ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Значит вы посодействуете нам отправиться в путь? — спросила Гвен.

— С большим удовольствием, — степенно склонил голову Шаклер.

Род задержал дыхание, набирая смелости и рискнул:

— Конечно, мы можем не согласиться уехать без своего проводника.

Йорик похоже удивился, а затем усмехнулся:

— Да, мы думаем, что нам понадобится его опыт, куда бы мы там ни отправились.

Шаклер смерил Шорнуа долгим, анализирующим взглядом. И медленно кивнул.

— Учитывая ее историю, я считаю, что ей вообще не следовало находиться у нас.

В глазах Шорнуа вспыхнула надежда.

— Я определенно не вижу никаких причин и далее задерживать вас, мадемуазель, — Шаклер со степенной вежливостью склонил голову. — И для уверенности, что никакие другие чиновники не поймут происшедшее неверно, я снабжу вас официальным помилованием.

Род со вздохом облегчения откинулся на спинку стула.

— Генерал, ваша готовность содействовать просто изумляет, — он нахмурился при неожиданной мысли. — Но есть небольшой вопрос с оплатой. Боюсь, что у нас не хватит денег на билеты.

Йорик начал было что-то говорить, но Шаклер уже глядел в пространство и кивал.

— Уверен, это можно устроить. Как я говорил, кое-какой торговый баланс у нас есть. Я считаю, что Вольмарский банк согласится авансировать средства для следующего отрезка вашего путешествия.

— Благодарим от всей души, — глаза у Гвен заискрились.

Несколько мгновений генерал глядел на нее. Возможно он всегда был спокойным и хладнокровным, но иммунитета от ее чар не было и у него.

Лично Рода изумляло, насколько сильно Шаклер стремится избавится от них.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ОТРАНТО

Гвен, озадаченно нахмурясь, освободилась от амортизационной паутины.

— Да ведь сие же было ничто, или по крайней мере ничто в сравнении с ужасом той дьявольской скачки с планеты на луну, — она повернулась к Роду с закрадывающейся в глаза тенью беспокойства. — Мы истинно в небе, милорд?

— Истинно, — заверил ее Род.

— И тот огромный голый зал, куда мы вышли с корабля — он истинно находится на луне? Истинно покоится на том круге света в ночном небе?

— Действительно так, дорогая. Конечно тот «круг света» на самом деле каменный, в пять миль толщиной.

Она погрузилась в спинку кресла, качая головой.

— Сие просто чудо! — а затем посмотрела на кресло под собой. — Также как и сей трон! Как он необыкновенно мягок и как чудесна сия покрывающая его ткань! — она подняла взгляд на Рода. — И они предназначены не только для знати?

— Ну, технически, да, — нахмурился Род. — Хотя, полагаю, всякий, кто может позволить себе путешествие в космос, должен быть таким же богатым, как аристократ.

— Или преступником, — добавил с другой стороны прохода между креслами Йорик. — В таковом случае, он вообще не обязан ничего платить.

— Да, но тогда и удобства будут совсем не такого класса. И он, к тому же, в действительности не хочет лететь туда, куда его везут.

— Верно, — рассудительно промолвил Йорик. — Конечно, если летишь из тюрьмы, то не будешь слишком привередливым по части сервиса.

— Тут все на самом-то деле отнюдь не так уж шикарно, — объяснил Гвен Род. — Вся эта каюта всего лишь небольшой волдырь на боку большого грузовоза, чтобы перевозить пассажиров, если такие найдутся.

— Или выпадает шанс их заполучить, — добавил Йорик. — Мы приносим куда больше денег на кубический сантиметр, чем груз.

— Сие несколько успокаивает, — Гвен посмотрела на Рода. — Но объясни мне еще раз природу того мгновения, странности коей мы только что пережили, когда показалось, что верх стал низом, и мне на миг подумалось, будто мы находимся вне сего небесного корабля.

— Не знаю, смогу ли я действительно это сделать, милая, — покачал головой Род. — Я знаю нужные для описания этого слова, но не уверен что они означают.

— Тогда скажи их мне, — не отставала она.

— Ладно. Ничто не может двигаться быстрее скорости света — примерно 186280 миль в секунду, помнишь? Но свет движется так быстро только потому, что он состоит из бесконечно мелких пылинок, называемых фотонами.

— В нем вообще ничего нет, — доверительно сказал Йорик.

— Правильно, — кивнул Род. — Вообще ничего нет. Фотоны ничего не весят, не имеют никакой субстанции, никакой «массы». Если б ты или я забрались в космический корабль и попытались лететь все быстрее и быстрее, пока не достигнем скорости света, то наш корабль становился бы все меньше и меньше, все тяжелее и тяжелее, все массивней и массивней. А чем больше у него будет масса, тем больше потребуется сил, чтобы заставить его лететь быстрее.

— Так значит, наступит миг, когда каждая новая малость силы создает настолько больше «массы» что корабль не полетит еще быстрее?

— Правильно! — просиял глядя на нее Род, снова восхищаясь быстротой ее понимания. Но в желудке у него возник холодок — как она могла так быстро понять, когда ее культура не дала ей необходимых общих понятий. — Технически, мы будем лететь лишь на долю быстрее, всегда будем чуть-чуть больше приближаться к скорости света, и еще чуть-чуть, и еще, но так никогда и не достигнем ее.

— Я не могу по-настоящему понять сего, — вздохнула она погружаясь в кресло. — Однако, раз ты так говоришь, милорд, я буду верить в сие.

— Ну, это малость помогает, но ты достаточно скоро вполне поймешь это, милая, или же я сильно в тебе ошибся. И тогда сможешь сама решить, веришь ли ты в это или нет.

— Однако, что за «иное пространство», в какое, как сказал ты, Йорик и Шорнуа, мы перешли?

— О, — Род закатил глаза в сторону, на мгновение поджав губы. — Ну, видишь ли, дорогая... э... Отранто, планета, куда мы летим, находится примерно в сорока пяти световых годах от Вольмара. Расстояние, которое свет проходит за год, равняется примерно пяти миллиардам восьмьюстам восьмидесяти миллионам миль, а сорок пять раз по столько будет что-то около двести шестидесяти пяти биллионов. Вот примерно в такой дали и находится от Вольмара Отранто.

Она повернула головой из стороны в сторону, широко раскрыв глаза.

— Сие непостижимо.

— Совершенно. Мы не можем даже вообразить такого громадного расстояния, во всяком случае, по-настоящему. Оно просто цепочка цифр.

— Но мы подходим к главному моменту, — сказал Йорик, — а он в том, что, даже если бы мы могли лететь почти с такой же быстротой, как свет, нам все равно потребовалось бы пять лет, чтобы добраться до Отранто.

— Я не знаю как у вас, — добавила Шорнуа, — но у меня лично найдется уйма куда более интересных дел, чем просто сидеть на борту корабля, играя так долго в шашки.

— Заверяю вас, у меня тоже, — задрожала Гвен.

— Но быстрее мы лететь не можем, — напомнил ей Йорик. — Во всяком случае, если хотим остаться твердыми. Не быстрее скорости света. Поэтому мы обходим ее, — объяснил Йорик.

Гвен плотно зажмурила глаза, качая головой:

— Сего я не в состоянии уразуметь.

— Я тоже, — признался Род. — Но в хвосте корабля есть одно устройство под названием «изоморфер», и когда пилот включает его, оно делает нас изоморфными с Г-пространством. Я не уверен, что такое Г-пространство, но, как я понимаю, это такое пространство, которое не совсем является частью нашей вселенной.

Гвен нахмурилась.

— И мы часть того Г-пространства?

— Ну, на самом-то деле не частью его, — Род откинулся на спинку кресла, поджав губы и пристально глядя в угол потолка. — Всего лишь тождественны с ним точка в точку, атом в атом. Именно таковыми мы и являемся прямо сейчас, — он обвел взглядом интерьер каюты.

— Но я нисколько не чувствую себя иной, — воскликнула она, — да и ничто иное тоже с виду не преобразилось!

— Так оно и есть, — покачал головой Род. — Мы вовсе не изменились по отношению к кораблю, по отношению друг к другу, потому что прямо сейчас мы все изоморфны с Г-пространством. Но когда корабельный компьютер извлечет схему того, на что похоже нормальное пространство, неподалеку от Отранто, и когда оно отождествится с той схемой, оно отключит изоморфер, и мы снова станем обыкновенными частями обычной вселенной.

33
{"b":"25782","o":1}