ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Поистине, коль вы того желаете! — Гвен весело сбежала вниз по лестнице. Род же сбежал, споткнувшись, но поле дало ему мягкую посадку, и он схватился для устойчивости за руку Гвен, когда вернулся на ноги.

— Отчего они так раскричались? — Гвен, нахмурясь, оглянулась на охранников из службы безопасности, которые как раз появились на верху лестницы.

— От того, что наши действия опасны, — объяснила Шорнуа. — Вот, мы внизу! Видите ту чистую стену, миз Гэллоуглас, просто прогуляйтесь туда, хорошо?

Род вдруг сообразил, что именно они делают и побледнел.

— До конца, — направила Шорнуа. — До самого дверного проема. Вот так. А теперь подождем.

Гвен повернулась лицом к лестнице:

— А отчего мы боле не убегаем?

Охранники с громом скатились по лестнице, увидели всю компанию у дверного проема в чистой стене из пластобетона, и резко затормозили, замерев от ужаса.

— Этот туннель — линейный ускоритель, — объяснила Шорнуа. — Он облицован кольцеобразными электромагнитами, и они последовательно включаются и отключаются, отчего получается почти так, словно магнитное поле движется вперед по этому туннелю.

Глаза Гвен потеряли фокус, когда она усвоила эту идею.

— Изобретательно. Однако, для чего сие служит?

— В этот туннель помещают, э... «повозки», миз Гэллоуглас, трубчатые повозки, без колес, они называются «капсулами». Их начиняют сидениями и коврами, и каждая вмещает сто человек.

Гвен нахмурилась:

— Странный способ путешествия.

— Да в общем-то нет. Видите ли, эти капсулы проносятся по этим трубам со скоростью сотен миль в час, и проложена огромная сеть труб, так что по ним можно добраться почти до любого места в мире. Если мы заберемся сейчас в капсулу, здесь под островом Мадейра, то сможем через четыре часа оказаться на Пуэрто-Рико, узловой станции Америк. Это в тысячах миль отсюда.

— Невероятно, — выдохнула Гвен. Затем ее глаза сфокусировались и она нахмурилась. — И сколько же народу находится в сей миг в таких повозках?

— Вероятно, миллион с чем-то.

— И, — медленно проговорила Гвен, — что же произойдет, если сии ратники настолько наполнят пламенем мое поле, что я больше не смогу удерживать его в виде шара?

— Вся эта энергия высвободится в один миг, — тихо произнесла Шорнуа. — Она вся вырвется на волю в одном огромном взрыве. И, конечно, убьет нашу четверку, но вдобавок разрушит эту станцию, и этот сектор трубы.

Гвен медленно кивнула.

— И тогда сила больше не будет течь по ней.

— Совершенно верно, — подтвердила Шорнуа.

— И все повозки с этими людьми остановятся?

— Да. Постепенно, но остановятся. И свет в них погаснет. А также остановятся вентиляторы, нагнетающие в них прохладный воздух. Чем ниже опускается, миз Гэллоуглас, тем жарче становится.

— Значит, они все умрут? — слабо произнесла Гвен.

— Большинство из них нет, по крайней мере, не сразу же. Но некоторые из них будут в сотнях миль от ближайшей станции, даже в тысячах, из тех, которые под дном моря. Поэтому им потребуется так долго выбираться, что некоторые из них могут действительно умереть с голоду. А еще вероятней, они ударятся в панику и затопчут друг друга. Или задохнутся.

Гвен дрожала всем телом:

— Чего бы то ни стоило, я не стану убивать столько народу.

— Вы не станете, а они станут. Только на такой риск никак не пойдут, потому что знают, чего с ними сделают их боссы. Они не посмеют этим рисковать, особенно в виду того, что некоторые из находящихся сейчас в этих трубах могут быть важными чиновниками ПЕСТа. Или их женами и близкими.

И верно, охранники устроили быстрое совещание, обмениваясь мимолетными взглядами, в тоже время держа компанию под дулами бластеров.

— Встряхните их малость, — посоветовала Шорнуа. — Расширьте поле.

Гвен нахмурилась, но муар раздвинулся от них во все стороны. Он коснулся чистой стены, а затем прошел сквозь нее.

Охранники застыли, уставясь на них. Затем один из них рявкнул приказ, и они начали отступать к эскалатору, работающему на подъем. Постепенно они один за другим исчезли из поля зрения, пятясь назад.

Когда скрылся последний, Гвен выпустила задержанное дыхание одним огромным выдохом.

— Скажите мне, вы похоже знаете, как мне рассеять сей пузырь силы без взрыва, о коем вы рекли?

Шорнуа нахмурилась:

— Думаете вы сможете выпустить всю эту энергию постепенно?

— Да, сие я смогу. Однако, куда она уйдет, когда я ее высвобожу?

Шорнуа испустила вздох облегчения.

— В стену, миз Гэллоуглас. Слава богу, с этим затруднений нет. Просто отведите нас к одной из каменных стен, и разрядите энергию.

Гвен выглядела озадаченной, но медленно двинулась к ближайшей скальной стене.

— Вот так, чтобы пузырь только-только соприкасался с ней, — подсказывала Шорнуа. — А теперь, когда он станет меньше, подходите к стене поближе, так чтобы пузырь оставался в контакте с ней. Отлично, попробуйте высвободить ее.

Гвен сосредоточенно нахмурилась, и затрещали, словно пистолетные выстрелы, искры при каждом соприкосновении кромки пузыря со стеной.

Род благоговейно наблюдал за тем, как заземлялась энергия, гадая, как же он сможет когда-либо вновь обнять Гвен.

— Это коренная порода, — объяснила Шорнуа, когда пузырь уменьшился в объеме. — Энергия уходит сквозь стену и дальше в самые недра земли. Оно большое, миз Гэллоуглас, очень большое. Там хватает камня для впитывания мощи.

— Возможно, она впитывается недостаточно быстро, — нахмурилась Гвен. — Камень-то так и пылает.

Они посмотрели, и, верно, скальная стена сделалась вишнево-красной.

— Думаю, коренная порода может поглотить ее, — нахмурилась Шорнуа. — В конце концов, пузырь ведь почти исчез, и камень еще не размягчился.

Род кивнул:

— Покуда она только красная, нам, вероятно, ничего не грозит.

— Он исчез, — вздохнула Гвен, когда последние крохи энергии прыгнули в стену в одной последней, подобной пистолетному выстрелу искре. — И куда же мы отправимся теперь?

— Как куда, ну конечно же в трубный вагон, — усмехнулась Шорнуа. — Не так ли?

* * *

Они ждали у двери в чистой стене где-то около пяти минут. Для Рода это были чересчур долгие пять минут, он все время с опаской оглядывался на эскалаторы. Но трубный вагон наконец со свистом подлетел к двери и с шипением остановился. Дверь ушла в стену, и хлынул поток народа.

— Пусть выходят, пусть выходят, — прошептала Шорнуа. — Чем больше их высадится, тем больше будем места для нас.

Наконец, они смогли ступить на борт. В вагоне оставалось всего человек двадцать, и поэтому они смогли занять четыре места на сидениях лицом друг к другу, но в стороне от всех прочих пассажиров.

Гвен нервно глянула на дверь:

— Когда же он поедет?

— Он уже тронулся, — улыбнулась позабавленная Шорнуа. — Плавно едем, не правда ли?

— Да, в самом деле, — глаза у Гвен пораженно расширились. — Однако, скажите мне, как же мы едем? Отчего «начальство» того коротышки не остановило все повозки поблизости от нас?

— Не может, — объяснила Шорнуа. — Ему пришлось бы перекрыть всю энергию всему этому сектору, а это оставило бы застрявшими тысячи людей, пока не смогут найти нас. И мне думается, оно понимает, что если оставят нас одних в темноте в подобном туннельном комплексе, то может вообще никогда не найти нас.

Лицо у Рода сделалось деревянным, слушая, как Шорнуа объясняла Гвен реалии положения, он наполнялся мрачным негодованием. И потому зло глядел кругом, ища на чем бы сорвать свою злость, наверняка ведь она не могла быть ревностью?

Вот! Тот поблескивающий, скромный кружок, шириной в дюйм на передней стене.

— Улыбнитесь, — порекомендовал он, — мы красуемся у кого-то на экране.

Трое других обернулись, уставясь на переднюю стену вагона. Но глаза у Рода уже сузились, когда он прожигал этот кружок взглядом, и от него потянулся к ближайшему вентилятору самый слабенький дымок. Пассажиры в передней части салона начали, нахмурясь, принюхиваться.

61
{"b":"25782","o":1}