ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава третья

— Как он мог! Как может он шляться с тем, кто только что оскорбил его сестру!

Взбешенная Корделия расхаживала по террасе, стуча каблуками крошечных туфелек. Сидящие рядом Род и Гвен молча наблюдали за дочерью. Во всяком случае, Род явно прикусил язык.

— Возможно, — предположила Гвен, — твой брат уже успел и осудить, и покарать Алена.

Корделия в ужасе посмотрела на мать.

— Ой, только не это! Я знаю, как может осудить Джеффри. — Она нахмурила брови. — Нет, быть того не может, иначе Алену и на коня бы не взобраться!

— Разве что Ален извинился, — подал голос Род.

Корделия вытаращила глаза.

— Ален извинился? Этот надутый, самовлюбленный хлыщ опустится до извинений?

— Мне кажется, дочь моя, ты в нем ошибаешься, — мягко возразила Гвен. — Он достаточно благороден, чтобы признать свою вину, если, конечно, ему объяснят, в чем она заключается.

— Хоть бы и так, все равно, это передо мной он должен был извиниться — при чем тут Джеффри!

— Пожалуй, — озадаченно проговорила Гвен. — Отчего бы ему не объясниться с тобой?

— Боится, — высказал свое мнение Род. — И я бы не решился, отвергни меня красивая девушка, да еще столь категорично.

Корделия удивленно посмотрела на отца:

— Да почему же?

— Так уж устроены мужчины. Очень-то мы чувствительны к тому, что ровно ничего для кого-то не значим.

Корделия нахмурилась.

— Но я ничего такого не говорила.

— Разумеется. Ты просто сказала ему «нет». Правильно?

Никаких объяснений, никаких оправданий — только короткое «нет».

— Там было и многое другое, — пробормотала Корделия, и в голосе ее впервые проступили виноватые нотки.

Род молчал, ожидая продолжения, но Корделия погрузилась в воспоминания и казалась совсем подавленной.

В конце концов молчание нарушила Гвен:

— Ты, дочь моя, никогда в карман за острым соловом не лезла.

— Ох, но я же почти никогда не имею в виду то, что вырывается в горячке!

— Ну, разумеется. Не более чем эффектная фраза, язвительная реплика, подумаешь, правда? Ты никогда не задумывалась над тем, как могут ранить слова?

— Да он сам понимает, что опрометчивое слово ничего не значит!

— Ален? Нет, — вмешался Род. — Сомневаюсь, что он хоть немного разбирается в столь тонких материях. Он очень серьезный молодой человек. На самом деле, я не удивлюсь, если он воспринимает злые слова как отражение истинных чувств.

— Ах, нет, только не это! — в отчаянии заломила руки Корделия. — Не мог он решить, будто я действительно думала все, что сказала!

— А сама-то ты в этом уверена?

Корделия задумалась, потом нерешительно сказала:

— Он слегка напыщенный…

— ., и бесчувственный, — продолжил Род. — Ты уверена, что он вообще тебе подходит? Не поискать ли тебе человека с чуточку более развитым чувством юмора?

Гвен метнула в сторону мужа возмущенный взгляд.

— Но ведь он может измениться! — воскликнула Корделия. — Я способна раскрыть его истинную натуру, обуздать его тщеславие, научить думать не только о себе.

Род покачал головой.

— Не обольщайся насчет своей способности изменить мужчину, дочь моя. Да, он изменится со временем, но совсем не обязательно в угодную тебе сторону.

— Женитьба сама по себе изменит его!

— Да, так и будет, — согласилась Гвен, — но, во-первых, не сразу, а во-вторых, не всегда так, как ты того желаешь.

К счастью, она не заметила брошенного Родом весьма виноватого взгляда.

— Но я всегда была уверена, что выйду замуж за Алена!

— Слова ты ему не давала, — сурово отрезала Гвен. — Посмотри, каков он есть, дочь моя, и скажи, действительно ли его ты желаешь.

— Да! Ах, мне ли не знать! Разве не о нем я мечтала бессонными ночами? Разве не его ждала год за годом, не на него рассчитывала?

— А спрашивала ты себя, есть ли любовь в твоем сердце?

— Со временем мы полюбим друг друга!

Род снова покачал головой:

— Никогда нельзя поручиться.

— Разве не так заключаются все королевские браки?

— Только не у Екатерины, — тут же заметил Род.

— Воистину так, — подтвердила Гвен. — Она вышла замуж по любви, и я не сомневаюсь, что сыновьям своим желает того же.

— Я точно знаю, что хочу именно его! — возмутилась Корделия. — Разве этого недостаточно!

— Нет, — в один голос откликнулись родители.

— Ах, замолчите! — вконец разбушевалась Корделия. — Вы ничего не понимаете, вы слишком стары! Вы давно забыли, что значит быть молодым!

Родители, скрипя зубами, припомнили недавнее признание дочери о том, что сказанное ею в запале истинным мыслям не соответствует.

— Хуже всего, что теперь мне придется следовать за ними. — Корделия принялась мерить шагами террасу.

— Следовать за ними? — удивился Род. — Святые небеса, это еще зачем?

— Это может оказаться не самым мудрым решением, дочь моя, — заметила Гвен.

— Мудрость для старикашек и для Грегори! А я должна проследить, чтобы ни один волосок не упал с головы моего принца!

— С твоим братом он в полной безопасности, — возразила Гвен. — Ничего с ним не случится.

— Ничего, если бы не солдафонское сумасбродство Джеффри! Этот бахвал напичкает Алена своими героическими россказнями! Не сомневаюсь, он уже вещает, что тот не настоящий мужчина, кто не выпьет галлон вина и не затащит девку в постель!

— Корделия! — изумленно выдохнула Гвен.

— Именно так, матушка, ты сама знаешь!

— Наверное, все же, не в таких выражениях, — предположил Род.

— Выражения! Какая разница! — топнула ногой Корделия. — Меня беспокоят дела, а не слова! Нет уж, с вашего позволения, дорогие родители, я должна лететь!

Она повернулась и, не дожидаясь ответа, удалилась прочь.

На несколько минут на террасе воцарилось безмолвие.

Затем Род глубоко вздохнул и сказал:

— Итак, что ты думаешь об этом, дорогая? От кого она действительно собирается его защищать?

— От смазливых и услужливых девок, — хмыкнула Гвен. — От кого же еще?

— Мне кажется, скоро она поймет, что от обычного набора колдовских заклинаний в этом деле большого толку не будет.

Думаешь, сможет она научиться чему-то новенькому?

— Как охмурить парня? Не сомневаюсь, что сможет, если захочет.

— Да, но ты ведь знаешь нашу дочь. Она слишком честна, чтобы захотеть, если сама не влюбится по уши.

— Ты же не порицаешь ее за это?

— Нисколько, — вздохнул Род. — Но интересно мне знать: что будет, если она пожелает очаровать Алена? Думаешь, у нее получится?

— Я думаю, что она может совершить величайшую ошибку в своей жизни, — ответила Гвен, — или сделать самый мудрый выбор.

— Будем надеяться на мудрость, что бы она сама об этом ни думала. — Род покачал головой. — Я рад хотя бы тому, что в моем случае мудрость и любовь шли бок о бок. — Он сжал ее руку и, глядя жене в глаза, улыбнулся.

Гвен улыбнулась в ответ, вспоминая, каких усилий стоило заставить его понять столь очевидную вещь.

— Он сбежал! Ужас! Прямо в лес! Один?

Туан подавил приступ раздражения. Ясно, что для его августейшей супруги — «один» значит менее, чем с двумя десятками сопровождающих.

— Не падай духом, моя милая. Охраняй его даже целая армия, наш сын не был бы в большей безопасности.

— Ах, ты слишком уж доверяешь этому бесшабашному мальчишке Гвендилон! Как они вдвоем устоят против целой шайки разбойников, я тебя спрашиваю? А как же им не встретить что-нибудь подобное, это в дремучем-то лесу?!

В таком духе она продолжала с того момента, как сэр Девон доложил о случившемся.

— Осмелиться поднять руку на наследника! — надрывалась Екатерина. — Это государственная измена, это страшное злодейство, это…

— ., стычка между двумя мальчишками, — перебил ее Туан, — и, если судить по совести, наш парень тоже далеко не безупречен.

— Что ж… согласна, он может что-нибудь ляпнуть опрометчиво, не подумав! Однако наследный принц неприкасаем!

8
{"b":"25784","o":1}