ЛитМир - Электронная Библиотека

— Убийца! — вскричал Брион. Глаза его потемнели от ярости.

— Нет, вы только послушайте! — всплеснул руками Джон. — Я хотел его самого прикончить — и ему хоть бы что, а когда он узнает о муках какого-то простолюдина, приходит в ярость! Что за тупица — он печется о чьей-то жизни более, чем о своей собственной!

Брион метал глазами молнии. Рука его скользнула к рукоятке меча, он подтянул к себе за уздечку коня.

Джон ждал. Губы его разъехались в ухмылке, глазки сверкали.

— О да, ваш брат чуть было не сделал глупость. Он был готов выйти из себя и из-за гневливости стать мишенью для ваших злых чар, — поспешил прояснить ситуацию Мэт.

Брион замер. Джон, похоже, был вне себя от разочарования. Он устремил на Мэта полный ненависти взгляд. В этом взгляде явственно читались те пытки, коим с превеликим удовольствием Джон подверг бы Мэта, окажись тот у него в руках.

Мэт невольно поежился под этим злобным взглядом.

— Вы посвятили себя Злу, — прошептал он. — Вы продали душу дьяволу!

— Думаете, я подписал союз с Князем Лжи? — скривился Джон. — О нет, не настолько я глуп! Нет, я ничего не продавал, но я знаю, что власть добывается не добродетелями, не справедливостью, а нарушением всех заповедей до единой — тем более что все, кто стоял на моем пути, придерживались этих дурацких установлений!

— Все так и есть, как я сказал, — вы продали свою душу.

Джон побледнел и задрожал:

— Нет! Я не делал этого! Я не проклят!

Мэт гадал, что же могло так отравить детство Джона, и понимал, что пока ему известно далеко не все. Кое о чем он мог догадаться. Маленький принц был чрезвычайно нехорош собой, неуклюж и неряшлив, не умел находить подхода к людям, вот и избрал для себя роль отрицательного героя. Даже Эдипов комплекс у него приобрел извращенное выражение из-за того, что мать обожала Бриона, а его едва выносила. Из-за этого Джона снедала зависть — особенно же из-за того, что мать была готова расстаться с отцом и отдать ему младшего сына. Но он видел, как кланяются и пресмыкаются перед королем придворные, и стал так же вести себя с отцом и решил сам стать королем, убив братьев, тем самым вдобавок отомстив им за все.

— Вы все еще имеете возможность покаяться, — сказал Джону Мэт. — Однако я сильно сомневаюсь, что вы будете каяться, если так гордитесь убийством отца и старшего брата.

— Да, это сделал я — то есть я все придумал. — Джон снова раздулся от гордости. — Мне бы хотелось, конечно, самолично заколоть Гагериса, но я должен был находиться вдалеке оттуда, чтобы на меня не пали подозрения.

— И вы понимали, что шанс вам может представиться, когда все семейство будет с визитом в Меровенсе, — догадался Мэт. — Когда ваши братья решили пойти поразвлечься...

— Решили? Так ведь это я их подговорил! — возмутился Джон. — По меньшей мере я подговорил Гагериса. Я же знал, что Брион потащится за ним, чтобы его прикрыть на случай драки. Сам он, пожалуй, далек от таких развлечений. Об одном жалею — о том, что он переоделся, отправившись туда, и посланный мной человек не распознал его во время потасовки.

— Стало быть, трюк с переодеванием придумали не вы?

— Придумал-то я, но кто знал, что Бриону взбредет в голову нарядиться простым солдатом?

«Всякому, кто его хорошо знал», — подумал Мэт, но вслух не сказал.

— И для совершения покушения на Гагериса вы отправили Ниобита.

— О нет. Он должен был только присмотреть за тем, как это будет проделано.

— Повинуясь приказу принца, я дождался мгновения, когда Гагерис поднялся наверх со шлюхой, затем проскользнул в комнату и украл его кошель, — вступил в разговор Ниобит. — Это я сделал сам, но убить Гагериса своей рукой не мог. Мне нужно было заняться другим делом: спровоцировать потасовку.

— Так почему же тогда ты выпрыгнул из окна? — спросил Мэт и тут же поднял руку. Он уже догадывался об ответе. — Нет, дай-ка я угадаю сам... для того, чтобы отвлечь внимание от истинного убийцы, дабы дать тому возможность убежать.

— Или избежать подозрений, — добавил Ниобит.

— Так кто же убил Гагериса? — недоуменно проговорил Мэт. Он был не на шутку растерян.

Джон запрокинул голову и расхохотался:

— Если угадаете, лорд маг, я сразу же сниму корону и сдамся!

Не то чтобы Мэт поверил Джону, но перспектива достичь цели без боя так обрадовала его, что мозг его заработал на повышенных оборотах. И вдруг, глядя на узурпатора и псевдодруида, он ухитрился связать воедино разрозненные факты, которые привели его к единственному возможному выводу.

— Ловлю вас на слове. Это был сержант Брок.

Глава 25

Брион и сэр Оризан обернулись к сержанту. Брок, смертельно побледнев и страшно дрожа, опустился на колени и с испуганным криком склонил голову.

Мэт позволил себе на секунду отвлечься от Джона и Ниобита и бросил быстрый взгляд на сержанта. Только теперь он заметил, что в нише между гобеленами притаился рослый лучник в куртке с надвинутым на глаза капюшоном. Лук у лучника был заряжен, тетива натянута. Лица в тени было не разглядеть, но зато хорошо просматривались «меховые штаны». Мэта слегка замутило. Он понадеялся на то, что Бохи нынче к нему будет благоволить.

— Сержант, ведь вы были таким славным, таким надежным спутником! — воскликнул сэр Оризан. — Как вы могли совершить такой бесчестный поступок!

— Он поступил так потому, — ответил за Брока Мэт, — что был одним из самых первых мнимых друидов. На самом деле он не больно-то понимал, во что ввязался, — ему просто нравились рассказы о новой вере. Кроме того, Ниобит внушил ему, что идет борьба за правое дело, что сильные имеют право забирать у слабых все, что захотят. А ведь это так привлекательно для солдата.

— Все верно, — поджав губы, еле слышно вымолвил Брок. — К стыду своему, я отрекся от Христа и всем сердцем отдался Ниобиту. И даже тогда, когда он уговорил меня убить принца и пообещал, что из-за суматохи никто не узнает, что это сделал я, сердце мое пело от радости, потому что никто не хотел, чтобы Бретанглией правил Гагерис... Простите меня, ваше величество...

— Прощаю, — проговорил Брион. — Но как мне поверить, что точно так же ты не думаешь обо мне? — И сам себе ответил:

— О нет, ты обо мне другого мнения. Ведь там, в Эрине, у тебя было предостаточно возможностей убить меня. Но ты этого не сделал. Почему?

— Потому что вы — воин! — воскликнул Брок и устремил на Бриона взгляд, полный восхищения и искренней преданности. — Вы великий полководец, которому почти неведомы поражения, который всегда готов пощадить простых солдат, чтобы они не гибли зря!

Брион нахмурился:

— Неужели этого достаточно для того, чтобы ты был предан мне?

— Достаточно, — заверил его сэр Оризан.

— Дело не только в этом, — смущенно отвел взгляд Брок. — Чем дольше я странствовал рядом с вами, ваше величество, тем большим уважением к вам я проникался, потому что вы не только хороший принц, вы еще и добрый человек, вы верны своим друзьям, вы храбры перед лицом опасности, преданы вашей невесте.

Джон вскрикнул, словно его ранили в самое сердце, а Ниобит скривил губы в злобной гримасе.

— Предатель! За это ты сгоришь внутри ходячей статуи!

— Нет, ты сам предатель! — Брок вскочил на ноги, зарделся от ярости и, вытянув дрожащую руку, указал на главного «друида». — Ты лгал мне, ты лгал всем нам, ты проповедовал не древнюю веру, а какую-то издевку над нею! Я узнал правду, я все узнал от друидов Эрина, узнал от пуки, а она — дух этой страны, не имеющий возраста! В тебе нет ни капли правды, ни крошки истины, ты предал тысячи людей, и я проклинаю тот день, когда впервые стал слушать тебя!

Ниобит стоял не шевелясь, но глаза его наливались злобой. Казалось, он старается запомнить Брока в мельчайших подробностях, чтобы затем поразить его заклинанием, от которого он будет корчиться в вечных муках.

Сержант, казалось, даже не замечал этого. Он снова обратился к Бриону:

98
{"b":"25787","o":1}