ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Алисанда сказала с улыбкой:

— Мы, конечно, не можем взлететь в воздух, но наши стрелы могут. Пойди и позови лучников.

Прошло несколько минут, и из рядов армии Меровенса взвились в воздух стрелы.

Но когда стрелы достигли высшей точки, наконечники вспыхнули ярким пламенем и сгорели.

Алисанда стояла и пристально вглядывалась и небо. Наконец сержант сказал:

— Я рад, что колдун сжег всего лишь наши стрелы.

— Да, — согласился Совиньон, — пусть уж лучше испепелят стрелы, чем нас самих.

Наконец заговорила королева:

— Совершенно с вами согласна. — Алисанда повернулась к Орто Франку, ученику Мэта. — Любезный, может быть, ты и новичок в магии, но ты участвовал во многих сражениях. Что скажешь? Как мы можем оградить наши стрелы от колдуна?

— Ах ты Боже мой, — вздохнул Орто. — Уж лучше бы я оставался солдатом.

— Но ты же был поэтом.

— И искусным бойцом, ваше величество. Было неплохо, когда люди говорили о моих стихах. Я покопаюсь в своих стихах и в тех, которые мне дал мой учитель и, может быть, найду среди них что-нибудь подходящее для данного случая.

Чтоб колдун не лез —
О, йес!
Этот старый бес —
О, йес!
Дождь пролил с небес —
О, йес!
Не задевши нас,
Но огонь погас!

Через несколько минут второй залп стрел взвился из рядов армии Меровенса. В самой высшей точке своего полета они снова вспыхнули, но вдруг ниоткуда хлынул дождь.

Стрелы продолжали свой полет, причем каждую окружало свое собственное облачко измороси, которое держалось до тех пор, пока пламя, кипя и плюясь, не погасло. Но прежде чем стрелы попали в свои мишени, их острия вдруг опустились вниз, и они в полном беспорядке попадали на землю, стукаясь друг о друга.

— Что же он мог такого сделать? — воскликнул Совиньон.

Стон пробежал по рядам вражеских солдат, когда налетевший вдруг ветер рванул их одежду и, сорвав с голов шляпы, погнал их по склону.

— Порыв ветра, — кивнув, заметил Орто. — Непродолжительный, по очень сильный, «нисходящий поток». Так бы назвал его лорд Мэт.

Резкая прохлада вдруг обволокла их, а потом волной покатилась дальше. Все задрожали, но не только из-за резко сменившейся температуры.

— Когда поток ударился о землю, — сказал Орто, — он выбросился фонтаном вверх, как вода в пруду. Его порыв ударил по солдатам Ибирии, но, пока он докатился до нас, это был уже всего-навсего бриз.

— Но что-то он сильно дышит безнадежностью! — вздрогнув, заметил Совиньон. — Когда прилетит такой ветер, холодеет не только тело, но и душа, не так ли?

— Я постараюсь найти средство против этого, — быстро ответил Орто, не обращая внимания на вопрос. — Вот увидите, ваше величество, с каждым полетом наши стрелы будут ложиться все ближе и ближе к цели.

— Они тоже выстрелили! — закричал сержант, и, подняв головы, все увидели рой летящих на них стрел.

Однако Орто пробормотал какое-то стихотворение о ком-то, кто поджигал чей-то еще костер, потом упомянул некую даму, которая несла факел для кого-то. Сам он ничего не понимал, но в свое время Мэтью настоял на том, чтобы ученик запомнил этот стих. Орто был вознагражден, рой стрел заполыхал огнем. И прежде чем стрелы достигли армии Меровенса, от них ничего не осталось. Алисанде удалось лишь расслышать позвякивание металлических наконечников — вниз по склону.

— Этот колдун Ибирии дает очень много ценной информации. Пользуясь его примерами и заклинаниями лорда Мэтью, я вот-вот начну считать себя магом.

Как ни странно, но в душе Алисанды затеплился лучик надежды.

Глава 21

ИСПЫТАНИЕ

Первое, что пронеслось в голове, когда Мэт наконец пришел в себя, было удивление. В конце концов, если король Гордогроссо окончательно убедился, что Мэт представляет собой достаточно серьезную угрозу, почему он тогда устраивает эту засаду и берет его в плен, вместо того чтобы просто тут же и убить.

Звучание этих слов — «убить» и «тут же» — было как-то не по душе. Хоть бы он так не думал!.. Мэт с тревожным ожиданием открыл глаза.

Перед собой он увидел круглое ухмыляющееся лицо под копной волос, подстриженных «под горшок».

— Я — королевский правитель, герцог Бруитфорт.

Мэт зажмурился, а потом чуть-чуть приоткрыл глаза в надежде, что лицо исчезнет, но оно так и осталось маячить перед ним. Оно ухмылялось. Все это начало раздражать Мэта, и он попробовал поднять голову. Неудача! Мэт попытался пошевелить руками, но они оказались привязанными где-то над головой. Живот сводило, и казалось, что он вот-вот вывернется наизнанку. Так, теперь понятно, почему этот человек не убил его сразу. Он хотел получить удовольствие от процесса, полное, до последней капли.

Похоже, герцог понял, о чем думает Мэт, потому что он расхохотался и, схватив мага за волосы, резко повернул его голову. Мэт постарался поскорее закрыть глаза, но даже за эти считанные секунды он успел разглядеть палача: раскаленным железом тот пытал полуобнаженного крестьянина. Наконец до Мэта дошло, что звуки, которые он слышал вот уже некоторое время, были пронзительными криками жертвы.

Голова мотнулась в сторону от нанесенного удара, и в ушах прогрохотал мрачный голос:

— Смотри!

Это просто вывело Мэта из себя. Он зажмурил глаза, и ему удалось подавить вот-вот готовый вырваться резкий ответ. Чей-то палец грубо ткнул его в лоб и начал раздирать веки. Мэт невольно вскрикнул. Рядом с полуобнаженным крестьянином Мэт увидел привязанную ремнями молодую женщину, которая, наверное, была некогда очень красива, но сейчас, растянутая на ремнях и кричащая от боли пыток, выглядела далеко не привлекательной. Герцогу же это зрелище, похоже, очень нравилось. Его дыхание было хриплым и возбужденным. Вздрогнув, герцог резко бросил:

— Все, кончай! Мы должны решить сначала государственные дела! А с этими двумя покончим чуть позже.

Все это было произнесено таким тоном, как будто герцог требовал подать ему еще одну порцию десерта. Мэт задумался о проблеме нравственного ожирения. Он готов был рассуждать о чем угодно, лишь бы отвлечься от того, что происходило перед глазами.

Тем более что в следующую минуту герцог, схватив Мэта за подбородок, резко повернул его голову в другую сторону. Мэт увидел Иверну: девушка была связана и обнажена по пояс. Такая картина была давней и тайной мечтой Мэта, но не при таких же обстоятельствах! Тем более что рядом с ней лежал сэр Ги. Ему тоже связали руки и сорвали рубашку. И Фадекорт, связанный и голый по пояс, — между ними. И хотя лицо рыцаря было разукрашено синяками и грудь исполосована кровоподтеками, глаза были совершенно спокойны. Его взгляд призывал Мэта не терять мужества и веры.

Потом появился раскаленный железный прут и коснулся плеча Иверны. Легкое касание, и Иверна закричала. Герцог отвел орудие пытки и захихикал:

— Как ты находишь это зрелище. Маг? Возбуждает, правда?

— Нет. Я абсолютно спокоен.

Это было не совсем правдой. Потому что на самом деле это зрелище возбуждало в нем мрачные мысли о том, что бы он мог сотворить с герцогом, будь его воля.

— Неужто! Ты как, предпочел бы быть гостем на моем празднике или жареной отбивной? Давай-давай, присоединяйся! Или я попрошу своих палачей поработать над тобой.

В подтверждение своих слов он резко ударил Мэта по пальцам, живот Мэта пронзила страшная боль. Мэт не успел сдержать крик, с изумлением увидев, как раскаленный прут удаляется от его кожи.

— Следующий удар будет пониже, — с ухмылкой произнес герцог, и Мэт почувствовал, как из уголка его рта тоненькой струйкой потекла слюна. — Каждый удар — все ниже и ниже. Поэтому лучше присоединяйся ко мне, и мы вместе выдавим мелодичные, приятные вопли из этой девки, а потом вместе пройдемся по ней сверху вниз. И я сделаю тебя главным среди моих колдунов. У тебя в руках будет власть, огромная власть, власть над моими владениями, почти над половиной королевства! А потом в конце концов и над всей страной! — Ухмылка расползлась еще шире по лицу герцога, и со лба покатился пот. — А потом, кто знает? Ведь тебе есть за что мстить Меровенсу, не так ли? Мэт все понял:

77
{"b":"25788","o":1}