ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Причина, по которой я записала себя на дискету, не считая того, что мне просто хотелось быть рядом с вами, когда вы увидите, как хорошо я о вас позаботилась, заключается в... у-у, дракх, я пошла и послушала кое-кого и... ну, они хотят, чтобы я кое-что сделала.

Ну вот, собственно говоря, и все. Я, наверное, глупая, потому что скучаю по добрым старым временам.

Изображение Иды замолчало, и Стэну показалось, что в уголках ее глаз блеснули слезы. Затем Ида внезапно встала, повернулась спиной и задрала юбку. На экране появилось нечто напоминающее огромные спаренные хлебные булки – с точки зрения сковороды. К счастью, этот образ оставался на экране всего один момент.

Затем экран погас.

– Эта девушка по-прежнему не носит трусиков, – прокомментировал Алекс.

С трудом придя в себя, Стэн и Килгур позвали банкира. Держа в руках увесистые чемоданы, являющиеся подтверждением того, что теперь они были богатыми-пребогатыми, друзья направились к ближайшему бару.

Пару дней спустя, слегка протрезвев и более-менее очухавшись, Стэн и Алекс начали подбадривать друг друга:

– Прости, приятель, что приходится расставаться, но против обстоятельств не попрешь. Дьявол, мир тесен! Может, нам снова повезет встретиться?

Стэн посадил Килгура на борт корабля, отбывающего на планету Эдинбург, и задумался.

Прежде всего ему хотелось найти такое местечко, где можно было спокойно обмозговать, куда отправиться для проведения отпуска и какую сумму денег с собой прихватить.

Стэн вспомнил о планете, которая оказалась его собственной. "Целая планета? – подумал он. – Никто не может быть владельцем планеты. Это отвратительно. А что, если мне на самом деле принадлежит планета? Если так, неплохо было бы взглянуть на собственные владения. Только желательно отправиться туда с подругой".

Стэн подошел к компьютеру и связался с полицией. Если конкретно, он позвонил в отдел по расследованию убийств, находящийся на Прайм-Уорлде, и вызвал Лайзу Хейнз. Много лет назад они были серьезно влюблены друг в друга. Их роман продолжался до тех пор, пока Стэна не послали на войну с таанцами. Потом он попал в плен.

Стэн смутно надеялся, что Лайза все еще не обзавелась партнером и помнит его. Робот-полицейский подтвердил, что Лайза Хейнз по-прежнему служит в полиции и что он передаст ей послание, но в данный момент она, к сожалению, находится в отлучке.

– Когда вы ожидаете ее прибытия?

– Мы не имеем права выдавать такую информацию, – произнес синтетический голос, после чего экран вдруг поблек, а через секунду раздался человеческий голос. Очень вежливый.

– Говорит центр по принятию сообщений. Вы пытались войти в контакт с Лайзой Хейнз. Мы готовы передать послание... оставайтесь на линии, пожалуйста. Не обращайте внимания на помехи. Не прерывайте связь. Через несколько минут оператор откорректирует сигнал и свяжется с вами.

В силу выработанной за время обучения в "Богомоле" привычки Стэн старался никогда не попадать в объектив кинокамеры. Поэтому его не было видно, когда загорелась красная лампочка ответа. Стэн выскочил из пункта компьютерной связи и пробежал несколько метров. Оказавшись в центре торгового зала, он увидел, как двое грузных мужчин с коротко остриженными волосами направились к компьютерной будке. Это были головорезы из разведки.

Стэн расплатился с продавцом за какую-то мелочь и затерялся в толпе. Лайзу поглотила война. Очевидно, она выполняла какое-то суперсекретное задание разведки.

"Вот тебе и центр по принятию сообщений", – подумал Стэн и скорчил гримасу.

Все сводилось к тому, что отпуск придется проводить в одиночестве – во всяком случае, до тех пор, пока он не откроет какой-нибудь местный талант на своей планете. Подумав об этом, Стэн решил отправиться в библиотеку, чтобы выяснить, была ли его планета вообще обитаема.

Не была – по крайней мере, судя по имеющимся данным, разумные существа ее не населяли.

Планета называлась Мостик, чуть меньше средних размеров, с пропорциональной гравитацией и нормальной атмосферой. Находилась планета в трех единицах от умирающей желтой звезды. Климат – средний между тропическим и субтропическим. Флора...

Судя по скупым данным, полученным имперской исследовательской миссией, в планете Мостик не было ничего интересного и примечательного. Впоследствии ее переименовали в Исследовательскую ХМ-Х-1134 со множеством еще и других букв и цифр. Жизнь растений и насекомых была изучена мало. Из собранных сведений невозможно было понять, вредные они или нет. Вода – годная для питья, но ее процентный состав изучен недостаточно. В море обитали некоторые виды съедобных моллюсков, которые стоили того, чтобы по возможности подвергнуть их коммерческому исследованию... Фауна... Насколько понял Стэн, на планете не водились животные, которые могли попытаться его съесть. На Мостике обитало маленькое, довольно застенчивое создание, похожее на кошку, которое способно оцарапать Стэна, если он вдруг окажется вблизи его логовища, да и то маловероятно.

Оказывается, Стэн стал владельцем маленького рая, ему несказанно повезло.

Кем же был человек, прошляпивший такую планету? Ведь в конце концов должен же был кто-то дать ей название Исследовательская. Стэн вставил в компьютер дискету из собственной картотеки.

Ответ – никто. Когда-то на ней поселился один авантюрист, заработавший деньги на сомнительном предприятии. Он построил для себя и, как понял Стэн, для своих высокооплачиваемых компаньонов по развлечениям прекрасный особняк – маленькое произведение инженерного искусства – с космопортом в придачу, а затем обанкротился, в очередной раз испытав судьбу.

Настоящий рай. Стэн грязно выругался на матерном таанском языке. Услышав, как кто-то хихикнул, он отпрянул от компьютера.

Смеялась очень молодая, очень высокая и очень белокурая женщина, сидевшая за столом напротив.

– Вы поняли, что я сказал? – спросил он.

– Поняла.

Стэн, отлично сознавая, что пребывание в лагере для военнопленных не лучшим образом отразилось на его и без того не блестящих манерах, покраснел от смущения и извинился.

Женщина, представившаяся Стэну как Ким Лаврансдоттер, объяснила, что владеет литературным, разговорным, матерным и военным стилями таанского языка. Она была доктором наук в области исследований таанской культуры, имела ученую степень по таанской истории и очень обрадовалась, когда узнала, что ее научные труды оценены по достоинству, а саму ее пригласили на Прайм-Уорлд для совместной работы с имперскими социальными аналитиками.

– Возможно, мне следует сказать вам о своей догадке, – произнесла Ким взволнованным голосом. – Мне кажется, разведка регулярно подбрасывает нам пищу для размышлений, хотя напрямик об этом никто не говорит.

Стэн разубедил Ким. У него был доступ ко многим документам, включая совершенно секретные, предназначенные для высшего имперского командования. Впрочем, он не стал посвящать Ким в такие тонкости.

Она была очень красива. А Стэн был очень одинок.

Он предложил ей выпить по чашке кофе. Ким по-прежнему оставалась красивой.

Стэн угостил Ким обедом. На следующий день он пригласил ее навестить своих старых друзей Марра и Сенна в светящейся башне.

Ким очаровала их.

Стэн не переставал восхищаться красотой Ким и на следующее утро, изучая ее обнаженное тело, лежавшее с ним на кровати. Возможно... Стэн был на седьмом небе от счастья, когда узнал, что Ким уже давно собиралась уйти в отпуск и сама уже подумала, как чудесно было бы провести его со Стэном на Мостике. Она никогда прежде не знала ни одного человека, которому принадлежала бы целая планета, не говоря уже о гоночной яхте, которая доставит их туда.

Ему следовало бы догадаться. И все же он не догадался. Возможно, мировосприятие Стэна все еще находилось на невысоком тюремном уровне? Или дело было в Ким? А может быть, в самой планете Мостик?

Настоящий рай... от арктических склонов до длинных островных берегов, омываемых бесконечными пенящимися волнами. Поистине лакомый кусочек. Особняк был комфортабельным, роботизированным. Холодильники ломились от всех продуктов и напитков, какие только существуют на свете. Даже кошкообразный хищник оказался вполне дружелюбным, проявляющим гораздо больший интерес к необходимым запасам продуктов, находящихся в спасательных лодках, чем к человеческой плоти.

49
{"b":"2580","o":1}