ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Чередуя праздное времяпрепровождение с исследованием собственной планеты. Стэн кое-чему учился у своей спутницы. Лаврансдоттер, как он понял, вполне заслуживала присвоенных ей ученых степеней. Она была настоящим экспертом таанской культуры. Даже Стэну, полагавшему, будто он поневоле выучился всему, что касалось искусства воина, было чему у нее поучиться. И его ненависть к таанцам утихла. Он испытывал почти жалость к любому простому таанцу, искалеченному обществом и его культурой. Почти, но не совсем. После того, как таанские лорды были низвержены, а от самой культуры остались жалкие руины, Стэн мог допустить возможность того, что таанцы имеют право примкнуть к какой-нибудь цивилизованной расе.

Итак, отпуск, состоявший из мечтаний и фантазий дни и ночи напролет, прошел.

Стэну следовало понять. Но он не понял.

Вплоть до того утра, когда проснулся от неясного шума, доносившегося со стороны его космопорта.

Ким зевнула, приподняла с ноги Стэна голову, фыркнула и снова заснула. Стэн потянулся и включил компьютер. На предангарной бетонированной площадке сидел громадный корабль, по сравнению с которым яхта Стэна казалась карликом. Он ругнулся и вскочил на ноги. Заметив, что Ким снова проснулась, Стэн сердито посмотрел на нее и натянуто улыбнулся.

– В каком ты звании?

– Очень хорошо, Стэн. Я – полковник.

– Корпус "Меркурий"?

– Корпус "Меркурий".

Огромным кораблем, севшим на площадку космопорта, была яхта Вечного Императора "Нормандия".

– Как мне могло взбрести в голову, – удивился вслух Стэн, – будто я, черт возьми, настолько обаятелен, что самая красивая женщина в мире, сидевшая в лаборатории или библиотеке, могла ни с того ни с сего влюбиться в меня?

– Ты себя недооцениваешь, – сказала Ким.

– Спасибо. Но почему ты?

– Вечный Император просил передать – когда или если ты узнаешь, кто я такая, – что самый лучший вид словаря – тот, с которым ты спишь.

– У-у... черт!

– Ужасы войны, – сочувственно произнесла Ким. – А теперь... не лучше ли нам одеться и обо всем доложить начальству?

Глава 33

Полный невеселых мыслей, Стэн подошел к сходням "Нормандии", салютовал старшим офицерам, сердито проворчал в ответ на попытку Ким сказать "прощай" и стал подниматься наверх, как положено, в сопровождении одетых с иголочки адъютантов.

Стэн отметил интересный факт – у всех восьми салютовавших ему гурков на руках были белые перчатки, что придавало им необычно глуповатый вид.

Как только адъютанты ввели Стэна в конференц-зал, загудели двигатели Юкавы, и корабль оторвался от поверхности планеты.

Стэн вовсе не удивился, когда обнаружил в помещении младшего офицера Килгура. Алекс громким голосом выражал свое недовольство:

– Хренов Император! Надул меня, черт побери. Я-то думал, что прибыло грузовое судно с мрамором для моих палат. Зарубили, гады, весь отпуск, даже не предупредив, а на следующей неделе открывается охотничий сезон!

Поток резкой критики сменился паузой, достаточно длительной для того, чтобы Килгур смог заметить Стэна.

– Босс! Искренне сочувствую, что этот мерзавец вцепился в тебя, как клещ, – и в меня тоже. Чертов Император! И откуда он только взялся на наши головы?

Это было уж слишком. Пальцы Стэна вмиг образовали композицию, обозначающую на языке "Богомолов" следующее: "Заткнись, болван. Помещение прослушивается".

Килгур усмехнулся.

– Да пошел он!.. Пошли все его прихлебатели вместе с их Империей!.. Говорю, что хочу. Чего им от нас теперь нужно? Послать обратно на проклятую планету Хиз?

– По правде говоря, вы недалеки от истины.

Сухой голос, конечно, принадлежал Вечному Императору.

Маршал Ян Махони подождал, пока политики вдоволь наговорятся, подошел к окну конференц-зала и многозначительно посмотрел вверх. Двенадцать имперских боевых кораблей зависли над столичным городом планеты Гори.

Махони снова повернулся лицом к собравшимся правителям.

– В общем, ситуация такова: правители Гори решительно настроены сохранять нейтралитет в этой войне. Император уважает такую позицию. Тем не менее, согласно действующему международному договору, подписанному Императором и представителем Гори, ваша планета рассчитывает на нашу помощь и поддержку в случае возникновения угрозы нападения со стороны Таанского Союза. В этом договоре вы обязуетесь предоставить нам любую тыловую помощь.

Император считает, что над Гори нависла серьезная угроза. Планета может быть уничтожена таанцами. Этого нельзя допустить. Мы предлагаем гарантию безопасности вашей планеты в обмен на ее независимость. Все, о чем мы просим, – это получить доступ к трем вашим главным космопортам да немного жилья для размещения имперских экипажей и обслуживающего персонала.

– А если мы не предоставим вам возможности занять наши порты?

– В соответствии с законами Империи к вам будут применены либо силовые, либо другие меры воздействия. Естественно, Империя возместит все убытки, связанные с использованием космопортов.

– Таанцы не собираются нападать на нас!

– Они очень скрытные, – сказал Махони, почувствовав, что беседу нужно вести как можно дипломатичнее, хотя ему хотелось начать встречу следующими словами: "Послушайте, ребята! Вы, шуты гороховые, сидели здесь, на самой границе с Тааном, и пользовались всеми благами своего нейтрального положения, поэтому особенно не выступайте. Но так не может продолжаться вечно. К нашему сожалению, нам очень выгодно воспользоваться вашей развитой промышленностью".

– Мы будем протестовать! – заявил один из политиков.

– Имеете полное право. Могу посоветовать обратиться к истории. Имперский Адмиралтейский суд рассматривал подобное дело лет семнадцать назад... Не совершайте подобной ошибки! Наши военные силы будут введены немедленно.

Махони вежливо поклонился, снова взглянул на висевший в воздухе флот и поднял со стола свой шитый золотом головной убор.

– У вас есть шесть часов на принятие решения. До свидания, господа.

* * *

Война длилась достаточно долго для того, чтобы даже самые прекрасные моральные принципы подверглись действию коррозии.

Все стенные экраны огромной аудитории показывали моржеподобное существо, плещущееся в энергетическом плавательном бассейне. "Моржом" была Рикор, самый выдающийся в Империи психолог, а зал был полон высшими советниками и элитой имперской пропагандистской машины.

Рикор стряхнула пену с усов – при этом спикеры, находившиеся в аудитории, взвизгнули – и подвела итог.

– Вряд ли при помощи имеющегося оборудования мне удастся подробно объяснить каждому из вас, господа, как нужно выполнять работу. Всевозможные предложения и рекомендации, увиденные вами на экране, были разработаны специально для того, чтобы вы взяли их на вооружение.

Естественно, ни одну из секретных или совершенно секретных операций нельзя обсуждать на этом собрании. Могу только сообщить, что наш удар должен быть двойным. Во-первых: победа в системе Дюрер – начало конца. Те, кто доблестно служил Империи в деле скорейшего достижения победы, будут награждены по заслугам. Во-вторых: народы, находившиеся под игом Таанской империи, в особенности нетаанцы, должны развивать и совершенствовать свою культуру.

Освобожденные от врага планеты следует готовить к скорому визиту аккредитованных журналистов и героев войны. Политика, которая будет проводиться на этих планетах, должна оказаться наиболее либеральной.

Спасибо за внимание. На наших следующих семинарах мы попытаемся и дальше развивать некоторые из основополагающих тенденций нашей долгосрочной стратегии.

В центре зала поднялась женщина.

– А какие меры будут предприняты относительно таанцев? О чем будут вещать средства массовой информации?

– Я снова хочу подчеркнуть, что не собираюсь обсуждать секретные операции. Могу сказать лишь одно: в окраинные районы Таанского Союза будут введены имперские соединения, которые, по мере освобождения новых планет, будут продвигаться в глубь систем. Средства массовой информации получат сведения, в точности отражающие реальную картину происходящего.

50
{"b":"2580","o":1}