ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Говорит и показывает искусство. Что объединяет шедевры палеолита, эпоху Возрождения и перформансы
Русалка высшей пробы
Я вас люблю – терпите!
Темная ложь
Тайная жизнь мозга. Как наш мозг думает, чувствует и принимает решения
Уроки обольщения
Жертвы Плещеева озера
Страсть – не оправдание
Исповедь узницы подземелья

Глава 17

Кьяра увидела, что Колл идет к ней по сцене, и с радостным криком бросилась к нему, но застыла, увидев хмурое выражение его лица. Она опомнилась и, подбежав к нему, прижалась лицом к его груди.

— Колл! Что печалит тебя?

— Можешь прогуляться со мной? — спросил Колл. — Мне много чего нужно тебе сказать.

— Конечно... — Ей предстояло еще хлопотать по хозяйству, готовить ужин, да и порепетировать не мешало бы, но неотложные дела Кьяра распознавала с первого взгляда и не сомневалась, что друзья ее поймут.

Они вышли с постоялого двора на деревенскую площадь. Колл молчал, пока они не сели на старый пень под раскидистым дубом.

— Они хотят, чтобы я руководил всеми советами сервов, — прямо сказал Колл.

Кьяра потрясение смотрела на него — словно в первый раз. В его лице ощущалась сила, которой она прежде не замечала, и какая-то новая мудрость. Глаза ее наполнились слезами, ибо она вдруг поняла, что он хочет ей сказать: что простой бродячей актрисе никогда не стать достойной парой тайному правителю простонародья. Но она сразу решила, что не будет пытаться удерживать его, — она-то понимала, что исковерканная судьба порождает озлобленного человека. Призвав на помощь все свое актерское искусство, она изобразила на лице ясную улыбку.

— О Колл, как замечательно!

И все же он уловил дрожь в ее голосе и тревожно повернулся к ней.

— Если ты не хочешь, я откажусь! Еще не поздно, — а жизнь с тобой значит для меня неизмеримо больше, чем любое положение, пусть даже самое высокое!

Она снова потрясение посмотрела на него, потом прижалась к нему всем телом и запрокинула голову, чтобы его губы нашли ее. Когда они наконец, едва не задохнувшись, отстранились на дюйм друг от друга, она едва набралась духу задать ему главный вопрос.

— Но можешь ли ты быть правителем сервов и оставаться моим мужем?

— Могу, — серьезно ответил он, глядя ей в глаза. — Могу, но это может быть очень опасно. Шпионы могут обнаружить меня, и тогда нас всех предадут пытке. Хуже того, они могут пытать тебя, чтобы заставить меня повиноваться. Я не могу рисковать твоей жизнью.

Дрожащей рукой коснулась она его лица и улыбнулась ему сквозь слезы.

— Глупенький! Разве ты не видишь, что я скорее готова рисковать жизнью, чем потерять тебя? И потом, мы — актерская братия — уж мы-то умеем хранить секреты и от солдат, и от горожан, и от кого угодно! Нет, Колл, ты можешь быть правителем сервов и моим мужем — если ты хочешь этого.

— Я не хочу быть правителем сервов, — со вздохом признался он. — Но я хочу быть твоим мужем. — Он опустился перед ней на колено и взял ее за руки, внимательно и с тревогой глядя ей в лицо. — Кьяра, ты согласишься выйти за меня?

Мгновение она сидела неподвижно, с трудом удерживая слезы при мысли о том, что все мечты ее сбылись. А потом она рассмеялась, и взяла его руками за лицо, и расцеловала его в глаза, в щеки и, наконец, в губы. Когда они оторвались друг от друга перевести дух, она зажмурилась.

— Да, Колл, — прошептала она. — О да, я выйду за тебя. — Она открыла глаза и бросила на него почти возмущенный взгляд. — Но только ты должен стать и правителем сервов!

Его лицо разом преобразилось от радости, но все же он еще возражал:

— У меня же ничего нет, ни дома, ни денег — и я не знаю другого ремесла, кроме крестьянского, да еще солдатского!

— Ну да, и еще ремесла вожака бунтовщиков, — напомнила она ему. — Ну что ж, раз уж ты больше ничего не умеешь, придется тебе поучиться еще и актерскому ремеслу — если мастер Андров тебя возьмет, конечно. — Сама она приложит все старания, чтобы мастер согласился.

Колл поговорил с мастером Андровом в тот же вечер — почти не оставив Кьяре времени на уламывание старикана.

— Я ведь совсем не разбираюсь в вашем ремесле, — признался он. — И не уверен, что смогу ему научиться. Но я могу помогать ставить сцену, и я могу продавать билеты и утихомиривать бузотеров в толпе — и еще я могу пригодиться, если на вас нападут в пути.

— Вот уж в этом я не сомневаюсь, — искренне заявил Андров и хлопнул его по плечу. — Ты уже показал себя полезным членом труппы, Колл, и я рад, что ты останешься с нами! И не сомневайся, даже если ты редко будешь выходить на сцену, ты окупишь себя трудом, как ты и предлагал!

Колл даже не ожидал такого быстрого согласия.

— Но вы уверены, что я придусь вам ко двору?

— Ко двору? Да мы не знаем, что бы мы делали без тебя! — Втайне мастер Андров радовался также тому, что он не потеряет Дицею, которая начинала выказывать неплохие зачатки сценического таланта, а к тому же забрала бы с собой Энрико, если бы вздумала последовать за братом. Но еще больше его утешало то, что с ними останется мать, которая выказывала замечательное искусство как в обращении с поварешкой и иглой, так и в непростом деле поднятия духа товарищей.

Вот так и вышло, что за ужином Колл объявил о своей помолвке, и вся труппа поздравила молодую пару и выпила за их здоровье. А потом Андров объявил, что Колл и его семья и дальше будут странствовать с ними, и тут все возрадовались и выпили еще. Один тост плавно перетекал в другой, и не успели они опомниться, как ужин превратился в развеселую пирушку.

Гар, правда, улизнул с нее довольно рано. Он вышел в поле и подождал, пока с неба к его ногам не опустился увесистый сверток. На следующий день он вручил Коллу свой свадебный подарок: стопку пьес, распечатанных за ночь бортовым компьютером, — самых лучших драм, комедий и трагедий, написанных человечеством с тех пор, как оно научилось писать. Они с Дирком одарили Колла также золотом в количестве, достаточном для того, чтобы округлить и его глаза, и пояс для хранения денег.

Они задержались на планете еще на три недели, чтобы дождаться свадьбы. Кьяра настояла, чтобы они венчались в церкви, а для этого труппе пришлось оставаться в городе, чтобы священник мог читать оглашение три воскресенья подряд, как того требует обычай. Гар понимал, что им не удастся собирать аншлаг столько времени, особенно с учетом того, что в ожидании окончания войны горожанам ничего не оставалось, как пересмотреть весь репертуар труппы. Поэтому он заплатил хозяину постоялого двора за три недели вперед с пропитанием, и вся труппа наслаждалась первыми на их памяти каникулами.

Так продолжалось, впрочем, только до тех пор, пока Колл не дал Андрову экземпляр одной из пьес, что подарил ему Гар, — шекспировской «Любовью за любовь». Тот прочитал ее, не отрываясь, потом вскочил и с криком погнал всех актеров на сцену начинать репетиции. Ко времени, когда Святая Церковь удостоверилась, что никто в городе и его окрестностях не видит причин, по которым Колл и Кьяра не могли бы соединиться, пьеса была готова к показу публике.

Даже тогда священник венчал их не в самой церкви, а у ее входного портика, ибо они были всего лишь актеры. Впрочем, невесту нарядили в лучшее платье из театрального гардероба, а все — и жених, и невеста, и портик, и даже сам священник были убраны цветами. Против этого священник устоять не смог, улыбнулся и благословил молодых.

— Согласен ли ты, Колл, взять эту женщину, Кьяру, в законные жены, дабы делить с ней, горе и радости, болезни и здравие, пока смерть не разлучит вас?

— Согласен! — прошептал Дирк за спиной у Колла.

— Согласен! — произнес Колл перехваченным от волнения голосом.

— А ты, Кьяра, согласна взять этого мужчину, Колла, в законные мужья, дабы делить с ним горе и радости, болезни и здравие, пока смерть не разлучит вас?

— Согласна! — объявила Кьяра с сияющим лицом.

— Раз так, объявляю вас мужем и женой. — Священник понизил голос. — Можешь поцеловать свою невесту.

Колл так и сделал, а Дицея бросила застенчивый, но и испытующий взгляд на Энрико, который ответил ей улыбкой. Тем временем остальные члены труппы разразились радостными криками и повели молодых из церкви обратно на постоялый двор — пировать. Все выпили от души и плясали до упаду, а потом с приличествующими случаю шуточками и пожеланиями проводили молодых в лучшую спальню из всех, что мог предложить постоялый двор.

47
{"b":"25800","o":1}