ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

— Совершенно верно, — кивнул Грегори. — Но уверяю вас, мне доводилось видеть немало людей, преодолевших все препоны и построивших вполне надежный совместный дом. В нем они были укрыты от всех опасностей и, кроме того, приобретали не меньше, чем теряли. Однако в ходе строительства приходилось использовать все подпорки, все связи, чтоб оградить свое детище от враждебности окружающего мира.

— И где вы набрались подобных воззрений? — настойчиво поинтересовалась Лилия.

— У знакомых монахов.

— Ну так и отправляйтесь к своим монахам! В самом деле, их стерильные кельи — самое подходящее место для человека, способного так основательно развеять романтическое настроение дамы! Убирайтесь туда и сожалейте об этом дне до конца жизни, потому что сегодня вы упустили свой самый лучший шанс! — С этими словами девушка развернулась на каблуках и зашагала прочь.

Спустя несколько секунд она уже скрылась за поворотом.

Еще десять минут Грегори стоял неподвижно. Затем, убедившись, что Лилия не вернется, позволил себе опуститься на землю. Он прислонился спиной к дубу, пытаясь унять дрожь и справиться с той бурей чувств, которые разбередила в нем девушка. Он говорил себе, что наслаждения, обещанные Лилией, — не более чем несбыточные мечты, а ее чувственность — уловки искусной проекции. Все это было иллюзией! Но какая-то его часть восставала, не желая расставаться с этим призраком.

Грегори очень встревожил тот факт, что девушке удалось разбудить в нем желания, которые обычно успешно подавлялись или направлялись в безопасное русло. При этом он не мог не подивиться иронии судьбы: дело обернулось так, что Морага расшибалась в лепешку в своих стараниях активизировать его сексуальность, хотя изначальная установка была прямо противоположная. Ведь если б его просто оставили в покое, он, скорее всего, остался бы убежденным холостяком, прозябающим в обществе любимых книг и не мечтающим о женской любви.

В настоящий момент, однако, он не был уверен в правильности такого выбора. Теперь, когда цель его путешествия — препровождение Мораги в Раннимид на суд королевских ведьм — была почти достигнута, Грегори начали одолевать сомнения. Он чувствовал, что почти готов влюбиться и мечтать о браке, подобно тысячам мужчин до него. Внутренний голос предательски нашептывал ему о радостях семейной жизни, более предпочтительных, чем одинокое существование. Это манидо, но и пугало юношу, ведь речь шла о материях, знакомых ему лишь понаслышке. Надежды на любовь и счастье вполне могли оказаться пустыми химерами, погоня за которыми поглотила бы все его время и энергию! Обычно, столкнувшись с проблемой, Грегори полагался на собственный интеллект и опыт, но сейчас он оказался в тупике.

Ртуть ехала ко двору верхом в сопровождении пяти женщин-воительниц. Все они были одеты в мужские штаны и камзолы из плотной ткани, не пренебрегли также кирасами и поножами — это была уступка Джеффри. Тот был настолько озабочен безопасностью своей невесты, что никуда не отпускал ее без оружия и доспехов, защищающих в пути светлую кожу девушки от шипов и терний. Таская на себе все это железо, Ртуть не роптала: она ценила свободу передвижения наряду со свидетельствами любви и заботы ее жениха. Кроме того, нехотя признавала девушка, путешествовать верхом куда удобнее в штанах, чем с голыми коленками.

Увидев спешащую ей навстречу Корделию, Ртуть нахмурилась.

— Ну, и где же шляется ваш драгоценный братец? — спешиваясь, спросила она. Затем, вспомнив о хороших манерах, добавила:

— Приветствую вас, леди.

— Я также приветствую вас, леди-воительница! — Корделия остановилась перед будущей родственницей и перевела дух.

— Ваш жених отбыл в обществе моего, или, вернее, — наоборот: мой жених уехал с вашим! — она коснулась руки Ртути. — Омойте лицо свое от дорожной пыли и приходите в сад. Мы выпьем вина, и я расскажу вам, как обстоят дела.

Продолжая хмуриться. Ртуть обернулась к своим спутницам:

— Отдыхайте, пока есть такая возможность, леди.

Не исключено, что вскоре мы снова двинемся в путь.

Четверть часа спустя она сидела рядом с Корделией — умытая, надушенная, в пышном шелковом платье. Припекало солнышко, мирная картина радовала глаз. Сад представлял собой огражденную стенами пятидесятифутовую площадку, с клумбами по бокам и фонтаном в центре. Множество цветов и фруктовых деревьев свидетельствовало о том, что садовники трудились на славу. С полдюжины их и сейчас копались в земле, пропалывая грядки и сортируя луковицы цветов.

Девушки сидели, потягивая молодое вино и обсуждая вероломство возлюбленных, которые поспешили улизнуть от дамской опеки по своим мужским делам.

Предполагалось — на защиту несчастных обиженных крестьян.

— Так, значит, они оба отправились поразвлечься? — спросила Ртуть.

— Да, и чтобы помочь девушке в беде.

— Ах, в самом деле? — недобро сверкнула глазами Ртуть. — И не подождали меня? Не очень-то учтиво с их стороны. А она хорошенькая — эта девушка?

— Весьма — когда с нее смыли дорожную пыль и грязь ее родного пепелища. Однако, думается, не это главное: наших героев подогревала возможность оказаться спасителями целой деревни.

— Ну что ж, достойная цель, — пожала плечами Ртуть. — Во всяком случае, они ведь не запретили тебе лететь следом и приглядывать за ними?

— Да нет, — не очень охотно молвила Корделия.

— Прекрасно, значит, я отдохну часок, затем снова нацеплю оружие и отправлюсь вдогонку, — Ртуть допила вино и вновь наполнила кубок.

— Не уверена, что это благоразумно, — медленно проговорила Корделия.

— Благоразумно? — нахмурилась Ртуть. — Если учитывать, что против них выступит барон и вся его шайка, принцу и Джеффри не помешает лишний меч!

— Возможно, но не забывай, что Джеффри может остановить и обезвредить противника с помощью магии, — напомнила Корделия. — Кроме того, есть шанс, что барон, при всем своем неразумии, одумается и проявит уважение к наследному принцу.

— Скорее этот олух еще больше задерет нос перед Аденом, — сверкнула глазами Ртуть на свою будущую невестку. — Во всяком случае, мы же не откажем в помощи нашим женихам только потому, что о ней никто не просил!

— Ну, я бы не стала так сильно за них беспокоиться! — пожала плечами Корделия. — Кроме того, если дело действительно примет плохой оборот, Джеффри всегда сможет меня вызвать, и я достаточно быстро перенесусь туда на моей метле. А Грегори — тот и вовсе окажется там мгновенно.

— Грегори, помнится, весьма занят, — напомнила Ртуть. — Он эскортирует эту нахалку Морагу в Раннимид.

Взгляд ее упал на седовласого садовника за спиной Корделии, и девушка спросила:

— Ну-ка, дружище, что ты там хихикаешь втихомолку? Может, поделишься с нами?

Корделия удивленно оглянулась: она тоже не видела повода для веселья.

— Как зовут вас, милейший?

— Ну как же, миледи, я — Том Садовник, — старик с улыбкой поднялся с колен и сдернул шапку.

Затем он сделал над собой усилие, и его лицо снова стало непроницаемым.

— Мы, должно быть, сказали что-то очень смешное? — предположила Ртуть, обращаясь к своей собеседнице.

— Надо будет запомнить, чтоб рассказать их величествам, — в голосе Корделии слышался сарказм, она снова обратила взор на садовника. — Ну, так что же, причина веселья — наша беседа о женихах?

На этот раз слуге понадобилось больше времени, чтоб справиться с разбиравшим его смехом, но ответил он почтительно:

— Да, миледи. Не сомневаюсь, что принц и лорд Джеффри легко расправятся с бандой барона. Но, думаю, причина их поспешного отъезда не в этом, вернее — не только в этом.

Ртуть смерила садовника долгим взглядом и пожаловалась Корделии:

— Все ясно — мужской заговор!

Затем она снова обернулась к старику:

— Говори, виллан, что на самом деле задумали предпринять принц с Джеффри?

— Только то, что и говорили, — невинно ответил Том. — Но даже такой старик, как я, скажет вам, что заставило их сесть в седла.

10
{"b":"25807","o":1}