ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Будьте благоразумны, сэр, — проговорила она. — В случае же беды только позовите меня мысленно, и я тотчас прилечу.

— Непременно, — пообещал Ален. — Мысль о вас, госпожа моя, будет согревать меня в пути.

Он наклонился поцеловать Корделию. В этот момент в дверях кухни показалась давешняя девушка в сопровождении одной из дам.

Джеффри с улыбкой посмотрел на селянку:

— Ты покажешь дорогу к вашей деревне, милая девушка?

— С радостью, сэр, — еле слышно проговорила она, нерешительно поглядывая то на одного, то на другого всадника. Сейчас, когда возбуждение и шок миновали, она выглядела напуганным кроликом, очевидно, подавленная присутствием знатных особ.

Ален выпрямился в седле и вежливо спросил:

— Вы поедете верхом, мадемуазель?

Джеффри подъехал чуть поближе к девушке и спешился:

— Конечно же, верхом, ваше величество. Но она поедет в моем седле. Не стоит испытывать терпение вашей невесты.

Корделия окинула взглядом молодую крестьянку.

Теперь, когда девушка оправилась, ее красота стала несомненна.

— Конечно, поезжай с моим братом, милая. Но будь с ним осторожна!

— Ты несправедлива ко мне, сестрица, — засмеялся Джеффри и подхватил девушку в седло. — Ну, красавица, показывай дорогу нашим людям.

— Да, сэр, как вам будет угодно, — она говорила так тихо, что едва можно было разобрать.

— А что мне сказать твоей невесте, когда она вернется из своего странствия? — резко спросила Корделия.

— Ш-ш, — улыбнулся Джеффри и приложил палец к губам. — Побереги ее. Скажи ровно столько, сколько нужно. Иначе она, чего доброго, немедленно пожелает присоединиться к нашему веселью.

Хотя Джеффри по-прежнему усмехался, тень озабоченности набежала на его лицо и снова исчезла.

— Ртуть противостояла целой армии, брат, — мягко сказала Корделия. — За твою невесту можно не беспокоиться, если она решит сражаться рядом с тобой против этого выскочки, бандитского внука, и его людей.

— Да, однако в те времена у нее была собственная армия, — возразил Джеффри.

— Но, брат, подумай! Тебя ведь самого могут ранить в бою. Каково ей здесь будет мучиться неизвестностью, переживая за тебя?

— Переживая за меня? — озабоченность и вовсе исчезла с лица Джеффри и сменилась обычной ухмылкой, широкой и самоуверенной. — Да брось, Корделия, не выдумывай ерунды!

Пока проинструктированные люди Финистер собирали силы и разрабатывали план операции, она сама решила действовать, правда, более осторожно и осмотрительно, чем прежде. Выждав, когда на тропинке появилась молочница из ближайшей деревни, ведьма нанесла ей ментальный удар. Затем Финистер обменялась со своей жертвой одеждой и оставила валяться без сознания. Бедной женщине предстояло, придя в чувство, объясняться со своим дружком: каким таким хитрым образом на ней оказалась эта уродливая, бесформенная одежда, к тому же на восемь размеров больше, чем требуется. Впрочем, Финистер мало волновала судьба молочницы — она отправилась на поиски Грегори.

Юноша обнаружился довольно скоро. Он понуро брел по лесной тропинке, ссутулившись и опустив взгляд.

Ведьма возликовала: наверняка это из-за нее! Неужели он так быстро соскучился?

Однако затем возобладал здравый смысл. Финистер сказала себе, что, скорее всего, Грегори расстроен пропажей пленницы и проваленным заданием. А может, опять решает одну из своих многочисленных абстрактных проблем.

Ну по крайней мере этому она положит конец!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Ведьма ненадолго задержалась, чтобы поработать над своей внешностью. В результате ее фигура приобрела более чувственные очертания, лицо в обрамлении пышной шапки волос цвета красного дерева засияло красотой. В таком виде она могла бы соблазнить евнуха или заставить монаха забыть все его обеты. Удовлетворенная, Морага вышла из тени кустарника на дорогу и остановилась в десяти футах перед лошадью Грегори.

На лице ее блуждала игривая улыбка, глаза были многообещающе прищурены.

— Добрый день, сэр рыцарь.

— М-м-м, — Грегори был озадачен, хотя это никак не отразилось на его лице.

Он долго ехал, прислушиваясь к мыслям Мораги, становившимся все ближе. Он был готов ко встрече.

Однако женщина перед ним мало напоминала сбежавшую пленницу в ее малопривлекательном наряде.

Старомодная роба куда-то подевалась, вместо нее на девушке были юбка и блуза с лифом, эффектно обозначавшим высокую грудь и тонкую талию. Взгляд юноши задержался на соблазнительном изгибе бедер. Вот так сюрприз! Но ведь мысли-то…мысли принадлежали Мораге! В этом Грегори был уверен! Он узнавал их мельчайшие оттенки, их эмоциональную окраску, как узнал бы хорошо знакомое лицо.

— Боюсь, что я заблудилась, сэр рыцарь, — девушка нервно вертела в гибких пальцах сорванную травинку. — Не поможете ли отыскать дорогу в здешних лесах?

— Отчего же нет, мадемуазель, с превеликой радостью, — почувствовав, как поднимается в нем волна желания, Грегори судорожно сглотнул.

Он напомнил себе, что перед ним всего лишь иллюзия, проекция сознания Мораги, и отважно предложил:

— Если вас не пугает езда верхом, соблаговолите усесться позади меня, и я вывезу вас из леса.

— О, я бы предпочла, чтоб верхом оказались вы.

Хотела б я поменяться местами с вашей лошадью! Уж, будьте уверены: вы остались бы довольны! — промурлыкала мнимая молочница.

Грегори при этих словах попытался сохранить невозмутимое лицо и — потерпел фиаско!

— Ну, что ж, я поднимусь к вам в седло, — рука девушки скользнула на его колено. — Хотя, право, лучше бы вы спустились ко мне.

Пальцы девушки переместились на его бедро, но на этот раз Грегори был начеку. Его ответ звучал вполне хладнокровно:

— Благодарю вас за столь любезное приглашение, милая девушка…

— Я не девушка, — тут же возразила его собеседница своим грудным голосом. — Да и не желала бы ею быть! Откровенно говоря, единственное, что меня огорчает с тех пор, как я рассталась с девственностью, так это то, как мало на свете молодых людей, которые готовы играть в мои игры! Или имеют достаточно сил для этого!

— Боюсь, мадемуазель, что я не очень игрив, — парировал Грегори.

— Тогда я научу вас…

Юноша улыбнулся с облегчением — уверенность вернулась к нему.

— Сомневаюсь, мадемуазель. Долгие годы я был усердным учеником, но безрезультатно. Я проделывал все упражнения, надеясь вкусить обещанные наслаждения, однако испытывал только скуку.

Глаза Мораги вспыхнули радостью:

— Уверяю вас, мои игры не покажутся вам скучными, сэр рыцарь!

— Не сомневаюсь, — кивнул Грегори. — Но, похоже, мне недоступны радость и веселье в этом вопросе. И подумайте, мадемуазель, насколько вам самой понравилось бы развлекаться с мужчиной, контролирующим каждое свое движение и со всем тщанием анализирующим правила игры.

Финистер невольно содрогнулась такой перспективы. Тем не менее она попыталась игриво отмахнуться от его слов:

— Ну, полноте, кто же может быть столь прискорбно серьезен?

— Немногие, — согласился Грегори. — Подобная исключительность меня самого не сильно радует. Но таково положение вещей, и я к нему уже приспособился.

Полагаю, можно было бы достичь определенного успеха. Для этого нужно установить соответствие отдельных ласк вызываемому эффекту…

Это было чересчур даже для Финистер!

— Ну, так желаю вам получить максимальное удовольствие от этих опытов — похоже, это единственная радость, которая вам доступна! — она резко повернулась и через мгновение скрылась в подлеске.

Грегори поглядел девушке вслед, сдерживаемые чувства распирали его грудь. Облегчение от сознания, что он вновь нашел свою пленницу, сменилось более сильными эмоциями — сейчас, после словесной пикировки, Грегори так и трясло. Усилием воли сохраняя внешнюю невозмутимость, он чувствовал, как, подобно морской волне, внутри него поднимается незнакомое дотоле желание. Никогда прежде не приходилось Грегори испытывать ничего подобного. Впрочем, это-то было неудивительно: ведь до того он и не встречал подобной женщины, ослепительно прекрасной и соблазнительной одновременно. Хуже было то, что женщина являлась проецирующим телепатом и осознанно придавала своему посылу — чувству грубого вожделения, небывалую, почти фантастическую интенсивность. Похоже, однако, она перегнула палку: именно сила чувств напугала Грегори и уберегла от падения — с лошади прямо в объятия красотки! Будучи аналитиком по складу ума, юноша страшился потерять контроль над ситуацией, оказаться во власти той страсти, которая сулила ему небывалые наслаждения. С одной стороны, он горячо желал этого. Но с другой, Грегори претила перспектива отдавать этой неожиданной страсти время и силы в ущерб его исследованиям. Именно эта привычная осторожность сослужила ему добрую службу. Ведь теперь, когда объект его вожделения скрылся из виду, юношу посетила куда более трезвая мысль: что помешало бы ей всадить кинжал в спину трепещущей от страсти жертвы? Или, что тоже вероятно, силой гипнотических чар заставить несчастного чувствовать себя неким отвратительным существом, пленником вымышленного мира? Так уже случилось с его братом Магнусом, вообразившим себя змеем, обреченным вечно ползать по кругу у подножия дерева.

7
{"b":"25807","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Подсказчик
Кто не спрятался. История одной компании
Проклятый. Hexed
Крав-мага. Система израильского рукопашного боя
Круг женской силы. Энергии стихий и тайны обольщения
Монтессори. 150 занятий с малышом дома
Вам нужен бюджет. 4 правила ведения личных финансов, или Денег больше, чем вам кажется
Народный бизнес. Как быстро открыть свое дело и сразу начать зарабатывать
Театр отчаяния. Отчаянный театр