ЛитМир - Электронная Библиотека

– Где вы достали Лумину?

– Я не могу вам сказать.

– Это было здесь, на Мадодари? – Джошуа взглянул Пенруддоку прямо в глаза.

– Я уже ответил вам, что не могу…

– Вы только что это сделали. Кто вам ее продал?

– Человек, связавшийся со мной напрямую, – произнес Пенруддок ворчливым тоном.

– Откуда он узнал, что вас заинтересует Лумина?

– Я говорил о том, что хочу ее приобрести, некоторым своим друзьям.

– Другим коллекционерам?

– Да. Один из них сказал, что ему предложили купить Лумину, точнее говоря, на продажу было предложено сразу два камня, но цена для него оказалась слишком высока.

– Где он сейчас?

– Он умер. Он умер… своей смертью… примерно через два месяца после того, как я купил камень.

– Значит, человека, который вам его продал, вы нашли здесь. Он был коренным жителем Мадодари?

– Нет. Я встретился с ним рядом с космопортом. Он сказал, что на Мадодари проездом и ожидает нужный ему звездолет.

– Вы знаете, откуда он прилетел? Куда направился дальше?

– Нет. Меня интересовало только то, что он собирался мне продать.

– Как вы ему заплатили?

– Наличными.

– Сколько?

На лице Пенруддока появилось упрямое выражение.

– Сколько?

– Два миллиона пятьсот, – выдавил он.

– Это большая сумма денег за предмет, который вы просто хотели положить в сейф и любоваться им раз в неделю. Как вы еще планировали его использовать?

– Я уже говорил – никак. Я просто хотел иметь этот камень! Вы не коллекционер, так что не сможете понять меня.

– Вероятно, не смогу, – согласился Джошуа. – Вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Сутро?

– Нет. Когда я позволил вам сюда прийти, то и представить себе не мог, что меня будут допрашивать, как какого-нибудь преступника.

– Так значит, Лумина пропала и вы не знаете никого, кто мог бы на нее позариться? – продолжил Джошуа, не обращая внимания на слова судьи. – Вы хотели ее вернуть?

– Да… но…

– Примите решение.

– Я не хочу получить назад этот камень. К тому же я сильно сомневаюсь в том, что вы сможете его вернуть, – заявил Пенруддок. – Особенно если то, что вы сказали, – правда и другой коллекционер подослал этого сукина сына Ходьяна украсть его у меня. Но мне нужен другой экземпляр.

– Не вижу, где здесь здравый смысл.

– Мне не нужно, чтобы вы видели смысл, Вольф, – сказал судья, пытаясь восстановить контроль над ситуацией. – Возможно, я сам только что его увидел. Вы говорили, что прибыли сюда в поисках работы. Очень хорошо. Считайте, что вы ее получили. Я возьму на себя все ваши расходы и заплачу вам как посреднику, если вы гарантируете мне приобретение второй Лумины. Я готов отдать за нее те же деньги, что и за первый камень.

Джошуа пересек кабинет и, приблизившись к окну, посмотрел вниз на вход в особняк и ведущую к нему подъездную аллею. Он услышал слабый шум, и в поле его зрения появился маленький зеленый лифтер, направляющийся к воротам. Джошуа снова повернулся к судье.

– Если я возьмусь за эту работу, – начал он, – мне необходимо узнать то, о чем вы мне еще не сказали.

– Что вы от меня хотите услышать?

– Мне нужно знать, кто был тот человек, у которого вы купили камень, как он вышел на контакт с вами, откуда прибыл и почему вы поверили ему настолько, что отправились в космопорт с такой суммой наличных денег. Это только для начала.

– Я рассказал вам абсолютно все!

Джошуа достал из кармана гостевую карточку отеля и положил ее на стол.

– Вы сможете найти меня здесь.

Ворота закрылись за спиной Джошуа, и он зашагал по направлению к городу. Вскоре он услышал вой турбины и, обернувшись, увидел зеленый лифтер. Им управляла Ариадна Пенруддок. Она остановила лифтер, и боковое стекло с шипением опустилось.

– Вам предстоит долгий путь, хотя дорога идет вниз по склону. Хотите, подвезу?

– Я никогда не хожу пешком, если можно этого не делать.

Джошуа обогнул лифтер сзади и, усаживаясь на место пассажира, бросил взгляд на особняк. В окне второго этажа он увидел белое пятно, которое могло быть чьим-то лицом.

Устроившись на мягком сиденье, он захлопнул дверь.

– Я остановился в «Акрополисе», – сказал он.

– Мистер Вольф, вы не возражаете, если мы немного побеседуем?

– Вовсе нет. А о чем?

– О моем муже. О камне Лумина.

– Я чувствовал чье-то присутствие во время нашего разговора. Где вы подслушивали… или вы используете более изощренные методы?

Не отрывая глаз от дороги, леди Пенруддок открыла свою сумочку и показала ему маленький ком.

– Иногда женщине необходимо знать, что про нее говорят, даже если она находится далеко от дома. Я установила микрофон в его кабинете сразу же после того, как мы поженились.

– Может быть, – предложил Джошуа, – для нашей беседы лучше выбрать место, где вас никто не знает?

– «Акрополис» вполне подходит. Никто из нашего круга там не бывает.

Бар в отеле «Акрополис» оказался автоматическим. Он был пуст, если не считать двух менеджеров, сердитым взглядом сверлящих экраны своих ноутбуков. Ариадна изучила меню, установленное на стойке.

– Денебское шерри, – решила она и нажала нужный сенсор.

Здесь не подавали армяньяк, но в меню значилось местное бренди. Окно выдачи открылось, и в нем появилось шерри леди Пенруддок, а также вода и бренди Вольфа. Он приложил палец к сенсору оплаты, притронулся губами к бокалу и сделал глоток ледяной воды.

– Позвольте мне рассказать о себе и о моем муже, – начала Ариадна без преамбул. – У каждого из нас были свои собственные причины для вступления в брак, и мои намерения с тех пор не изменились. Каждый из нас живет так, как ему нравится. То, чем занимается муж, его личное дело. Если ему нужна моя поддержка, я всегда рада помочь. Если нет… – Она пожала плечами. – У меня есть свои друзья, свои жизненные цели. Малькольма мало беспокоит, чем я занимаюсь, если только это не ставит его в неловкое положение или не заставляет обращать внимание на мое поведение. Если бы я нашла вас привлекательным – а так оно и есть – и мы решили бы провести некоторое время вместе, то это касалось бы только нас двоих. Хотя вряд ли подобный шаг можно назвать разумным. Для меня. Но я пока еще думаю. – Она коснулась пальцами застежки на блузке, а затем резко отвела руку в сторону. – Но Малькольм, возможно, пока не понимает, что того же самого я жду и от него. Меня приводят в шок его необычные поступки.

– Например, покупка Лумины?

– Совершенно верно. Он лгал, когда говорил, что Лумина нужна ему только как очередной экземпляр коллекции.

– Знаю.

– Мой муж одержим стремлением к власти, – осторожно продолжила Ариадна. – Именно по этой причине он стал судьей по гражданским, а не уголовным делам. Такой выбор казался вполне разумным перед войной, когда наш мир процветал. На протяжении всей своей работы судьей Малькольм принимал решения, основываясь не столько на принципах правосудия, сколько на том, какую выгоду он получит. И он хорошо преуспевал. Затем война разрушила все его планы, так же как она разрушила этот мир. Когда же война закончилась и Федерация оставила Мадодари, всем привлекательным операциям с землей, недвижимостью, инвестициями практически пришел конец. Малькольм рассчитывал на то, что основанные им Комитеты Лояльности приведут его в большую политику, может быть даже в самые высшие эшелоны. Но когда наступил мир, к власти пришло новое правительство, которое сократило управленческий аппарат. – Она пожала плечами. – Лично меня не беспокоит положение рабочих, как и то, что они думают или делают. Малькольм ушел в отставку со своего поста по совету нескольких адвокатов, которые сказали, что в противном случае может начаться расследование его профессиональной деятельности и законности решений, принятых им во время войны. Так что ему пришлось искать новые ступени для продвижения наверх. Одной из ступеней была я. Моя семья весьма опрометчиво вкладывала средства, и в результате, когда война закончилась, наше финансовое положение оказалось очень шатким. К тому же еще в совсем юном возрасте я была несколько… неосторожна. Жителей Мадодари не беспокоит, что происходит в спальнях соседей, до тех пор, пока окна занавешены. Я же проявила легкомыслие, за что и поплатилась. Тот мужчина со своей женой имел возможность уехать, а я осталась здесь, как в капкане, так что предложение Малькольма оказалось для меня настоящим спасением. Я вижу, вы удивлены, мистер Вольф. Разве женщине не позволено быть искренней, когда она рассказывает о себе и событиях своей жизни?

14
{"b":"2581","o":1}