ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Просто вошел. Он постучал, а я открыл дверь.

– Понимаю. Ты, конечно, истинный друг, Горацио note 1. Это у тебя в крови.

Вульф перевел взгляд на полицейского.

– А вас, сэр, прислали только за мной или также за мистером Гудвином?

– За вами обоими.

– Прекрасно. Тогда возьмите с собой мистера Гудвина. Меня вы можете увести только силой, а я довольно тяжел – вам меня не поднять. Прокурор может позвонить мне позднее, но я не думаю, что приму его.

Орангутанг чуть помялся, открыл пасть, захлопнул ее, потом снова открыл и пролаял, чтобы я шел за ним. Я повиновался.

Вульф, должно быть, смаковал победу, но он просчитался. Поскольку в общей потехе я не участвовал, я уже предвкушал, как повеселюсь, задираясь с прокурором.

По дороге я еще замыслил, что неплохо бы пригласить Салли Колт отобедать вместе, но, увы – когда прокурор наконец сообразил, что препирания со мной совершенно бесполезно, шел уже третий час. Я заскочил в ближайшую аптеку, позвонил Вульфу, сказал, что он плохо разбирается в животных, поскольку настоящий осел – прокурор, и спросил, нет ли каких распоряжений. Как и следовало ожидать, распоряжений не оказалось. Я набрал номер Салли, спросил, не хочет ли она сходить со мной в кино, и получил ответ, что она бы счастлива, но страшно занята и не может. Это она-то занята! Замечательно! Что ж, пусть попробует найти, как уберечь меня от электрического стула. Я зашел в закусочную, проглотил молоко с сандвичем, потом вспомнил, что все расходы на нашу поездку в Олбани будут оплачены, отыскал ресторан, который порекомендовал нам Стенли Роджерс, заказал и уплел роскошный обед на шесть долларов, и потребовал чек. Официант рассказал мне, где найти бильярдный зал, и я отправился по указанному адресу, позвонил Вульфу, доложил о своем местопребывании и сел последить за игрой. Какой-то жучок предложил мне сгонять партию. Я обставил его с подозрительной легкостью, после чего избежал полного банкротства лишь благодаря тому, что отказался поднимать ставки до суммы, которую предложил этот прохвост. Жучок решил, что не стоит тратить силы на такого скрягу, и отвалил. Время уже близилось к семи вечера, когда кассир окликнул меня и сказал, что меня зовут к телефону. Я не помчался сломя голову, а выждал с минуту. Пусть толстяк подергается.

– Алло.

– Мистер Гудвин?

– Да.

– Говорит Салли Колт. Меня мучает совесть, что я вам отказала, но у меня не было иного выхода. Вы, конечно, не захотите поменять кино на ужин?

Я не сразу совладал с собой. Только один человек мог сказать ей, где меня искать. Салли не виновата.

– Отчего же, – сдержанно произнес я. – Ужинаю я каждый день. Когда?

– Когда сможете – я уже свободна. В гостинице?

– Нет, я знаю местечко получше, всего в двух кварталах от гостиницы. «Хеннингер». Давайте встретимся там через пятнадцать минут.

– Договорились. «Хеннингер»?

– Да.

– Хорошо. Я скажу мистеру Вульфу, где нас искать, если что случится.

– Я ему позвоню.

– Нет, я сама ему передам. Он здесь рядом.

Когда я пошел одеваться, в моем мозгу царила полная сумятица. Чего я только не чувствовал. Холодную ярость. Да, по отношению к гению можно быть снисходительнее, но это уже чересчур! Любопытство. О чем он, черт побери, договорился с Салли? Облегчение. Все-таки Вульф встал с постели и оделся, если только его отношение к женскому полу не изменилось на противоположное. Радость. Как бы то ни было, всегда приятно посидеть с хорошенькой девушкой. Надежду. Возможно, в процессе беседы мне удастся выудить из Салли хоть какие-то сведения о дальнейших планах моего работодателя.

Надежда не оправдалась. Ужин удался на славу, так что в конце его я даже изменил отношение к сыщицам, но о деле Салли даже ни разу не заикнулась, а я, разумеется, вопросов не задавал. Вульф явно велел ей держать язык за зубами. Документальных подтверждений его вероломству у меня нет, но к десерту и кофе мы с Салли уже достаточно подружились, а когда девица начинает улыбаться мне определенным образом, но при этом старательно уклоняется от разговора на самую близкую для себя тему, дураку ясно, что кто-то совратил ее и сбил с пути истинного. Мы уже допивали кофе, когда подошел официант и сказал, что меня зовут к телефону. Я последовал за ним.

– Алло.

– Арчи?

– Да.

– Мисс Колт с тобой? Приходи сюда и приведи ее.

– Ладно.

Я вернулся к столу, поведал Салли, что нас ждут, попросил счет, расплатился, и мы вышли на улицу. Тротуар местами обледенел, и Салли взяла меня под руку – я прежде не думал, что сыщицы могут ходить под руку, – но, слава Богу, за локоть не дергала. Поднявшись на лифте, я подождал в коридоре, пока Салли сходит в свой номер, чтобы оставить вещи. Мне было приказано привести ее, и я был полон желания выполнить единственное за весь день поручение с должной ответственностью. Дождавшись Салли, я сопроводил ее до номера 902, отомкнул дверь своим ключом, и мы вошли.

Комната была битком забита людьми!

– Ого! – жизнерадостно проблеял я, не желая показывать, насколько я огорошен. – Опять пируем?

Вульф восседал в кресле возле дальней стены. Письменный стол, заваленный бумагами, передвинули, и теперь он стоял рядом с креслом Вульфа. По другую сторону стола сидела Дол Боннер. Она ехидно улыбалась. Если вы считаете, что я несправедлив к Дол, что она вовсе не ехидничала, а просто не выглядела несчастной, то вы абсолютно правы. Вульф кивнул мне.

– Можешь не закрывать дверь, Арчи. Мистер Грум и мистер Хайетт должны подойти с минуты на минуту.

8

Первой моей мыслью, когда я снял пальто и шляпу, было, что этот прохвост собрался выкинуть очередной номер и совместить приятное с полезным – не только указать Груму на убийцу, но и Хайетту испортить обедню, сорвав собеседование со всей нашей шайкой-лейкой. Похоже, он до конца решил обойтись без моей помощи – да что уж там, ведь у него была Дол Боннер. Вот будет жалость, подумалось мне, если вдруг окажется, что именно она и затянула галстук на шее Донахью, и моему шефу придется-таки обратиться за помощью ко мне.

Я оглянулся по сторонам. Айд, Керр и Амсел сидели в креслах, самых дальних от Вульфа, еще два перед ними пустовали в ожидании остальных. В коридоре послышались шаги, и я обернулся к двери. Грум вошел первым. Пальто и шляпы, видимо, они оставили внизу.

– Добрый вечер, господа, – приветствовал их Вульф и указал на кресла: – Присаживайтесь, прошу вас.

Они остались стоять, а Грум сказал:

– Чего-то в этом роде я от вас и ожидал. Вы, кстати, не говорили, что здесь будет такое сборище.

– Да, не говорил. Зато я сказал, что, если вы и мистер Хайетт придете, то к своим прежним показаниям я сумею присовокупить новые – весомые и убедительные. Мне хотелось, чтобы все свидетели присутствовали. – Он снова указал на кресла. – Может, вы все же присядете?

Грум бросил взгляд на Хайетта, крутанул головой, чтобы посмотреть на меня, протиснулся между Керром и Салли Колт и, подвинув вплотную к стене одно из пустующих кресел, опустился в него. Вульф и Дол Боннер оказались от него справа, а все остальные – слева: удара сзади, таким образом, опасаться не приходилось. Хайетт не так привередничал. Передвинуть свое кресло он не потрудился, а просто уселся, хотя мы пятеро – Айд, Керр, Амсел, Салли и я – оказались у него за спиной.

– Мы готовы, – обратился Грум к Вульфу.

– Пожалуйста, сэр. – Вульф тоже переместил свое кресло таким образом, чтобы смотреть Груму прямо в лицо. – Подробностей в этом деле масса, ни сейчас я не стану на них останавливаться. Вам и так все будет понятно. Прежде всего о том, что произошло вчера. Вы в порыве болезненного служебного рвения арестовали мистера Гудвина и меня. Значит…

– Я знаю без вас, что произошло вчера.

– Конечно, но не то, что знаю я. Значит, мне оставалось одно из двух: либо пустить все на самотек, положившись на ваш опыт и удачу, либо взяться за дело самому. Для начала необходимо было выяснить, имел ли дело с Донахью кто-нибудь из тех, кто находился в сорок второй комнате, помимо мистера Гудвина и меня. Я пригласил своих коллег посоветоваться, и все они пришли. Они…

вернуться

1

Друг Гамлета из трагедии Шекспира.

15
{"b":"25866","o":1}