ЛитМир - Электронная Библиотека

Уклоняясь от намеченной Гарри траектории, я успел подумать, что это будет несложно, ведь ему даже не пришло в голову нацелиться на что-нибудь более уязвимое и легче доступное, чем моя физиономия, но я ошибался. Он прекрасно разбирался в тактике рукопашной и, тоже решив, наверное, что задача не столь уж сложна, не стал ей следовать. Когда я отбросил голову в сторону, пропуская его кулак, а сам вложил весь свой вес в хук слева, уткнувшийся ему под ребра, и тем самым дал понять, что знаком с основами, Гарри сразу преобразился.

За какую-то минуту он трижды попал кулаками в мой торс и однажды – под челюсть. К этому времени я успел уразуметь, что, обладая весовым преимуществом фунтов в пятнадцать – двадцать, он превосходит меня во всем, кроме одного. В отличие от меня, он был взбешен. И поскольку в драке я высоко ценю роль превосходства и стараюсь следовать золотому правилу – не наносить ударов, которых не отбил бы сам, – я стал тщательно выбирать моменты, чтобы потратить драгоценный воздух на короткие реплики.

Когда Гарри промахнулся с ударом правой и был вынужден отпрыгнуть назад, восстанавливая равновесие, я сообщил ему:

– Три часа с нею… летят как три минуты… верно?

Когда же мне самому удалось протолкнуть короткий удар, второй тоже был на подходе, и Гарри пришлось взять меня в захват. Самое время пробормотать:

– Я все равно собирался бросить ее где-то через месяц.

В какой-то момент, отлетев после удачного удара, который Гарри нанес мне в солнечное сплетение, я вроде бы расслышал, как он поддерживает беседу. До меня явственно донеслись слова:

– С тем же успехом можешь отдать деньги сейчас. Зря он распустил язык. Нельзя же сразу и драться, и разговаривать.

Затем я несколько отстраненно сообразил, что этот странный комментарий отпустил вовсе не Гарри. Оба таксиста наслаждались бесплатным представлением, откинувшись на крыло машины, на которой приехали мы с Розой. Это меня возмутило, но, понимая, что сейчас не самое подходящее время чем-то возмущаться, я отмел помеху в сторонку.

Легкие у мужа Розы явно были на пару размеров крупнее моих. Гонга, который возвестил бы начало перерыва в поединке, ждать не приходилось, и я уже жалел, что не умею дышать через уши, а Гарри даже губ не разомкнул. И не ослаблял напор своих ударов. Как и прежде, я тщательно выбирал моменты:

– Даже, если ты меня усыпишь… я снова проснусь… и она тоже… не три часа… три дня и три ночи… оно того стоит…

Своей правой он запустил дугу решающего удара, нацеленного мне в голову, левую же разве что в карман не спрятал. Подобный трюк он проворачивал и раньше, но тогда я запоздал с ответом на десятую долю секунды.

Мой лучший удар – правой в корпус, точно по почкам, с вложенным в него всем моим весом. Не встретив сопротивления, такой удар заставляет меня самого совершить полный оборот. Когда момент и дистанция подобраны удачно, я творю чудеса.

На этот раз сопротивление было оказано; нет, Гарри не рухнул навзничь, но пружины в его коленях явно ослабли, а руки временно сковал паралич. Я набросился на него коршуном, подскочил ближе и отчаянно заработал локтями.

Наши лица разделяло не более шести дюймов, и когда я увидел, что Гарри готов осесть и в ближайшие две секунды не шелохнется, то немного попятился, чтобы угостить противника еще двумя ударами по почкам. Второй пришелся чуть выше намеченного, потому что муж Розы уже начал оседать.

Я стоял над ним, пытаясь разжать кулаки и понемногу замечая: меня всего трясет с головы до пят, и я ничего не могу с этим поделать. Взвинченное состояние. Тут раздался голос одного из таксистов:

– Мать честная! Картина – хоть в рамку вставляй. Два последних тычка я будто сам получил.

Я оглянулся по сторонам. Квартал не был столь уж густо населен и в это время дня обычно пустовал. Сражаясь, мы оба не орали благим матом, а потому не привлекли внимания. Ни души вокруг, не считая двоих водителей.

– Куда делась леди? – спросил я у них.

– Да ее как ветром сдуло, когда он припечатал тебя к капоту моей тачки. – Таксист выбросил большой палец в западном направлении. – Туда побежала. И ссориться с тобой я, кстати, не желаю. Какого черта, Мак, тебя хоть сейчас на ринг выводи!

Я все еще старался восстановить нормальное дыхание. Муж Розы приподнялся на локте и явно готовился встать, так что я заговорил первым:

– Ах ты, неугомонный черт женатый! Встанешь на ноги – сразу получишь добавки. Ты хоть знаешь, кто живет в этом доме? Ниро Вульф. Я вел к нему Розу обсудить разные важные вещи. Теперь она сбежала, и провалиться мне на этом месте, если я вернусь с пустыми руками! Короче, я забираю тебя с собой. И потом, тебе не помешает отряхнуться и выпить чашечку чаю.

Он выслушал это сидя, с лицом, отражавшим мое самочувствие.

– Это не шутка? – прохрипел он. – Ты притащил ее сюда, чтобы отвести к Ниро Вульфу?

– Да.

– Тогда прошу прощения. Извини. – Он не без труда выпрямился, встав на ноги. – Когда дело касается моей жены, я не пускаю в ход мозги. Сейчас я с удовольствием бы выпил, причем не чаю. И было бы неплохо заглянуть в зеркало.

– Тогда смело вперед. Я знаю, где там висит зеркало. Не забудь шляпу, она под той машиной.

Один из таксистов вручил ему головной убор. Следуя по пятам за Гарри, я одолел семь ступеней крыльца и воспользовался своим ключом. Мы развесили свои вещи в прихожей, и я сразу потащил его в кабинет. Вульф был на месте, сидел за столом. Окинув мужа Розы быстрым взглядом, он перевел глаза на меня и потребовал ответа:

– Какого дьявола ты натворил на сей раз? Это и есть та молодая женщина, с которой ты ужинал?

– Нет, сэр, – ответил я. Пусть меня поколотили, я смог выстоять в драке и уже успел отдышаться. – Это ее муж, мистер Гарольд Энтони из финансовых кругов, выпускник колледжа. Он следил за ней после выхода из конторы и последовал за нами сюда, решив, что я веду ее к вам поразвлечься. Видимо, наслышан о вашей репутации. Он целил мне в лицо и промахнулся – прямо здесь, у крыльца. Затем мы начали практические занятия, и всего за десяток минут я научил его нескольким приемам. Черту подвели три удара по почкам. Я все верно изложил, мистер Энтони?

– Да, – был ответ.

– Отлично. Скотч, ржаное виски или бурбон?

– Бурбон, да побольше.

– Найдется. Мистер Вульф попросит Фрица принести бутылку. Ванная комната за этой дверью. Идем.

Голос Вульфа настиг нас сзади:

– Проклятье! Куда подевалась миссис Энтони?

– Да бог с ней! – ответил я с порога ванной. – Вам придется подавить свои низменные желания. Сегодня она решила пройтись, а муж ее подменяет.

Глава тринадцатая

В нескольких футах от стола Вульфа помещается удобное и просторное, обитое красной кожей кресло, у подлокотника которого выставлен небольшой столик из массива экзотической массарандубы[5], основная функция которого – подпирать чековые книжки, когда в них выводят свои каракули наши клиенты. Более часа, пока Вульф опрашивал Гарольда Энтони, наш гость провел в этом кресле, время от времени отворачиваясь к столику за новой порцией бурбона.

Мистер Энтони свято верил, что отдел фондов корпорации «Нейлор – Керр» – вертеп, рассадник блуда, где, подобно росткам сладкого картофеля, проклевываются самые гнусные пороки.

Мистер Энтони и сам был не без греха. По возвращении с армейской службы в прошлом ноябре он устроил четыре мордобоя, отделав четырех мужчин, которых застиг в обществе своей супруги по пути куда бы то ни было. Один из этих бедняг угодил в больницу со сломанной челюстью. Оскорбленный супруг не имел понятия, звали ли кого-то из побитых Уолли или же Мур.

На время убийства Мура у мистера Энтони имелось алиби: весь вечер четвертого декабря он провел в боулинге с компанией друзей. Они закончили игру около половины двенадцатого, и мистер Энтони прямиком направился домой. Когда Вульф заметил, что это не помешало бы ревнивцу переехать Мура на Тридцать девятой улице, Энтони не замедлил согласиться, однако подчеркнул, что никак не мог оказаться в том самом автомобиле, поскольку машину угнали еще до одиннадцати двадцати, в каковое время владелец, выйдя из театра, обнаружил пропажу транспортного средства со стоянки.

вернуться

5

Массарандуба – произрастающее в тропических лесах Южной Америки дерево, имеющее очень прочную древесину. Из его млечного сока получают неэластичную резину. – Перев.

15
{"b":"25867","o":1}