ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
7 принципов счастливого брака, или Эмоциональный интеллект в любви
Твой второй мозг – кишечник. Книга-компас по невидимым связям нашего тела
Марсиане (сборник)
Слишком близко
Верховная Мать Змей
Три царицы под окном
Не плачь
Мир-ловушка
Ликвидатор. Темный пульсар
A
A

– Постараюсь, – отозвался Вулф. Мы пересекли Сорок вторую улицу. – Арчи, поезжай медленнее.

– Есть, сэр.

– Постараюсь говорить по существу, – начал Вулф. – Если у вас что-либо вызовет протест, так и скажите. Прежде всего, хочу признаться, что то, о чем я наговорил вам и всем прочим, это – ложь.

– Но только мне вы в этом признались, – заметил Шетук. – Чем объясняется подобный факт? Чем он может быть оправдан? Продолжаю вас слушать.

– Я выделю… – Вулф крякнул, потому что машина налетела на какой-то камень, – всего лишь немногое из того, что наговорил. Я сразу понял, каким образом был убит полковник Райдер. С первого же взгляда на то, что осталось от его чемодана. Между прочим, у себя в офисе я приберег письменное изложение происшедшего. Я не получал никакого письма от генерала Карпентера, но у нас был разговор по телефону. Оп приезжает сегодня в Нью-Йорк и вечером ужинает у меня. Почти все, что касается мисс Брюс, было мною выдумано. Ее никто ни в чем не подозревает. Полковник Райдер не писал против нее никакого рапорта. Я не обращался в полицию с просьбой о том, чтобы за ней следили, когда она уйдет из моего дома. Дело в том, что мисс Брюс – личный помощник генерала Карпентера и пользуется его полным доверием. Вчера вечером он сказал мне, что она одна стоит двух мужчин из числа его сотрудников. Я, правда, в этом сомневаюсь, но она поступила очень разумно, прихватив чемодан. Увидев его на расстоянии нескольких футов от двери приемной, она сообразила, что его останки имеют большое значение.

– Какое, черт побери, значение могут они иметь? – не сдержался Шетук.

– Перестаньте, – остановил его Вулф. – Не стоит притворяться невинным младенцем. Мисс Брюс также смекнула, что чемодан нужно забрать и показать генералу Карпентеру. Он послал ее в Нью-Йорк, получив сведения о том, что кто-то из лиц, причастных к разведке, занимается перепродажей промышленных секретов. Именно она послала вам то анонимное письмо – правда, вас оно не испугало. Ни у кого к вам не было ни малейшего подозрения. Такое же письмо было отправлено тридцати адресатам – тем, кто занимает ключевые позиции и органах законодательства и администрации. Наобум. В том числе и полковнику Райдеру. Доказательств против него не было никаких, но его взяли под наблюдение, и поэтому к нему из Вашингтона в качестве секретарши прислали мисс Брюс. По-видимому, он заподозрил что-то неладное, из-за чего и решил поехать к генералу Карпентеру и объяснится. Кроме того…

– Господи боже! – перебил Вулфа Шетук. – Какой ужас! Какой позор! Если вы хотите выдвинуть против меня какие-то обвинения, я здесь могу о себе позаботиться и обязательно это сделаю. Но Хэролд умер. И распространять клевету о покойнике…

– Перестаньте, – оборвал его Вулф. – Я начинаю думать, что вы не только трус, но и дурак. Пытаетесь произвести на меня впечатление своей болтовней. Вы отлично знаете почему, не сопротивляясь, сели в машину и поехали со мной: выяснить, что и сколько мне известно. Позвольте мне продолжать и говорите только тогда, когда желаете произнести нечто существенное. На чем я остановился? Ах да, на мисс Брюс. Хватит о ней. Могу сообщить вам, что лейтенант Лоусон тоже прикомандирован к Нью-Йорку по приказу генерала Карпентера в качестве помощника мисс Брюс. Со своими обязанностями он неплохо справляется. Я не стал бы излагать вам каких-либо военных тайн, которые вы могли бы передать тем, кому об этом знать не следует если бы не был уверен, что, пожалуй, меньше, чем через час, вас уже не будет и живых.

Шетук молчал, не сводя глаз с Вулфа Мы катили по Вестсайдскому шоссе. Я сам был настолько ошарашен в не мог не поглядывать на Шетука, что, если бы вовремя не опомнился, обязательно ударился бы о кромку тротуара.

– Вы что, спятили? – наконец, опомнился Шетук.

– Нет, сэр, – Ответил Вулф. – Я, правда, выдал вероятное за действительное, но порой приходится действовать именно так.

– Меня не будет в живых? Через час? – рассмеялся Шетук и вовсе не загробным голосом продолжал: Это нечто невероятное. Вы, наверное, собираетесь пригрозить разнести меня на куски этой гранатой, если я не подпишу признания в том, в чем вы от меня потребуете? Немыслимая наглость!

– Не совсем так. Что же касается гранаты, то да. Я взял ее с собой для того, чтобы вы с ее помощью совершили акт самоубийства.

– Клянусь господом, вы спятили!

– Не кричите на меня, – спокойно отозвался Вулф. – Лучше приведите в порядок свои мысли и попытайтесь сохранить самообладание. Арчи, куда ты едешь?

– Съезжаю с шоссе к въезду в парк. А потом куда?

– В глубь парка. Туда, где нет людей.

– Есть, сэр. – Мы покатили вниз.

– Закричали вы потому, – продолжал Вулф, обращаясь к Шетуку, – что первый проблеск того, о чем я говорю, наконец-то дошел до вас. Вы поняли, что вам предстоит бороться за собственную жизнь. У себя в офисе я сыграл с вами злую шутку. Вы видели гранату на столе. Я сказал, что мисс Брюс, решив, что я угрожаю ее безопасности, провела в офисе семь минут, ушла, и граната исчезла. В эту минуту вы не могли не вспомнить, что сделали накануне с точно такой же гранатой.

Когда майор Гудвин принялся выдвигать ящики – в них могла оказаться именно такая ловушка, какой воспользовались вы, вы потеряли над собой контроль. Когда же я велел ему открыть чемодан… Жаль, что в эту минуту вы не могли себя видеть. Это было куда более красноречиво, чем если бы вы с криком вскочили с места и убежали. Арчи, черт побери, ты что, не видел ухаба? Вам же, конечно, хотелось узнать, насколько я осведомлен. Насколько осведомлен генерал Карпентер. Не собираюсь вам сообщать. Вы сели в машину с намерением потягаться со мной умственными способностями. Забудьте об этом. Будь мы в равном положении, еще можно было бы гадать, кто и сколько набрал бы очков, но сейчас я на свободе и в безопасности, вы же человек, обреченный на смерть. Вас загнали в угол, и деваться вам некуда.

– Я позволил вам говорить, – заявил Шетук. – Вы же несете явную чушь.

Мы въехали в Вэн Кортланд парк.

Вулф не обратил внимания на слова Шетука.

– Проходимец – не обязательно дурак, – продолжал Вулф. – Как вам известно, мистер Шетук, в общественной жизни на столь же высоких постах, как ваш, бывают люди продажные, бесчестные, предающие то доверие, какое им было оказано, и тем не менее встречающие смерть в собственной постели, окруженные всеобщим уважением и сожалеющие лишь о том, что им не суждено прочитать на следующий день некрологи, восторженно повествующие об их достоинствах. Вы могли бы оказаться в их числе. Благодаря доброй репутации, приобретенной вами за услуги, оказанные людям богатым и влиятельным с помощью мошеннических операций, которыми вы руководили и защищали от нападок, вы могли бы даже достичь предела ваших амбиций.

Но вам не повезло. Вы встретились со мной. Я обладаю двумя чертами. Во-первых, хитроумием, которым воспользовался сегодня, в результате чего вы оказались здесь со мной. Во вторых, упрямством. Я решил, что простейшим выходом из сложившегося положения будет ваша смерть. И рассчитываю, что вы согласитесь со мной. Если же нет, если вы попытаетесь со мной бороться и будете держаться за жизнь, вас ждет печальный конец. Достаточных улик, чтобы возложить на вас вину в убийстве полковника Райдера, нет. Может, никогда и не появится, но и существующих хватит для того, чтобы обвинить вас и привлечь к ответственности. Сделать это я постараюсь непременно. Если вас оправдают, я начну розыски и не остановлюсь, пока не отыщу. Ведь был убит и капитан Кросс. Найдутся и следы сомнительных сделок, свидетельствующих о вашей торговле промышленными секретами, доверенными армии, чтобы помочь ей одержать победу в войне.

Теперь, когда я знаю, кто вы и где искать, то много ли мне потребуется времени, чтобы найти документы, свидетельствующие о совершении вами тяжких преступлений, и подать на вас в суд, который признает вас виновным? Неделя? Месяц? Год? Что скажут ваши коллеги, когда убедятся, что вас вот-вот пронзит молния? Полковник Райдер уже никогда не сумеет вас изобличить, об этом вы позаботились, но есть другие. Что насчет них, мистер Шетук? Можете ли вы полагаться на них и дальше, как вы полагались на вашего старого приятеля Райдера, когда мы доберемся до них и они будут готовы заговорить? Всех ведь не убьешь, как вам известно.

16
{"b":"25872","o":1}