ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вполне возможно. А вы как думаете?

– Я об этом пока не размышлял. Не знаю, с чего начать. Могло ли это быть несчастным случаем? Например, если он вынул гранату из ящика и уронил ее на пол?

– Нет, – твердо ответил Файф – Об этом не может быть и речи. Тем не менее граната, когда взорвалась, была у него на столе, потому что крышку стола разнесло вдребезги сверху вниз. Кроме того, запал сам по себе не действует. Его надо поднять.

– Значит, несчастный случай отпадает, – констатировал Вулф. – Остается самоубийство и… Между прочим, что насчет этой женщины в его приемной? Женщины в военной форме? Где была она?

– Уходила обедать.

– Вот как? – поднял брови Вулф. – В четыре часа?

– Так она доложила Тинэму. Он разговаривал с ней, когда она вернулась. Она ждет у меня в приемной. Я послал за ней.

– Пусть войдет. Можно мне…

– Разумеется – Файф взял трубку телефона и отдал распоряжение.

Через секунду дверь отворилась, и в кабинет вошла сержант Брюс. Сделав три шага, она одним взглядом охватила нас троих, остановилась, по-военному держа пятки вместе, а носки врозь, и отсалютовала. У нее был невозмутимо торжественный вид. Файф подозвал ее к столу.

– Это – Ниро Вулф, – сказал ей Файф. – Он задаст вам несколько вопросов, на которые вы должны ответить так, как ответили бы мне.

– Слушаюсь, сэр.

– Садитесь, – предложил Вулф. – Арчи, подвинь стул. Извините меня, генерал, если я нарушаю устав, заставляя майора обслуживать сержанта, но я не в силах смотреть на женщину, как на солдата. – Он обратился к ней. – Мисс Брюс, так ваша фамилия?

– Да, сэр. Дороти Брюс.

– Вы уходили обедать, когда взорвалась граната?

– Да, сэр, – так же четко и спокойно ответила она, как в тот раз, когда сказала, что видит себя в моих глазах.

– Вы обычно обедаете так поздно? В четыре?

– Нет, сэр. Разрешите объяснить?

– Пожалуйста. И не надо всякий раз прибавлять слово «сэр». Я не фельдмаршал в штатском. Слушаю вас.

– Да, сэр. Извините, это получилось машинально. Час обеда у меня не определен. По просьбе полковника Райдера, я хотела сказать по его приказу, я обычно обедаю, когда обедает он, с тем, чтобы быть в приемной, если он у себя в кабинете. Сегодня он, по-моему, не обедал, по крайней мере, не проходил через приемною, как делал обычно, чтобы я об этом знала. Когда он позвонил мне без четверти четыре дать очередные распоряжения, он спросил, обедала ли я, сказав, что совершенно забыл об этом, и велел сейчас же пойти. Я пошла в аптеку, что на углу, где взяла сандвич и кофе, и вернулась в двадцать минут пятого.

Вулф не спускал с нее полузакрытых глаз.

– В аптеку, что на углу, – терпеливо повторил он. – И не слышали взрыва и не видели толпы любопытствующих?

– Нет, сэр. Аптека находится на углу следующего квартала, за Митчелл-стрит.

– Вы утверждаете, что полковник Райдер не уходил обедать? Был ли он у себя в кабинете до без четверти четыре?

– Думаю, да. Я сказала, что он не проходил через приемную. Конечно, он мог выйти и через другую дверь, которая ведет непосредственно в коридор, и через нее же вернуться. Он часто пользовался той дверью.

– Та дверь запирается на замок?

– Обычно да, сэр. – Она помолчала. – Следует ли мне продолжить объяснение?

– Нам нужна информация, мисс Брюс. Если у вас таковая имеется, нам бы хотелось ее услышать.

– Только насчет той двери. У полковника Райдера был ключ от нее. Но дважды мне довелось видеть, как он, выходя из нее и, по-видимому, намереваясь тотчас вернуться, нажимал кнопку, которая не давала замку захлопнуться, чтобы не возиться с ключом. Если вам нужны подобные подробности…

– Нужны. Есть ли еще?

– Нет, сэр, – покачала она головой. – Я упомянула об этом только потому, что вы спросили, запирается ли эта дверь.

– Есть ли у вас представление, почему произошел взрыв?

Она захлопала ресницами.

– Я решила… Насколько я поняла, взорвалась граната, которая была в столе у полковника Райдера.

– Откуда вам известно о гранате? – немедленно вмешался Файф.

Она повернулась к нему.

– Об этом говорят все, сэр. Если это секрет, то сейчас он известен каждому из сотрудников.

– Разумеется, нет, – разозлился Вулф. – С вашего разрешения, генерал, я продолжу. Есть ли у вас, мисс Брюс, представление о том, почему граната взорвалась?

– Конечно, нет. То есть, нет, сэр.

– Можно было остановиться и на «конечно, нет», – пробормотал Вулф. – Значит, вам ничего не известно про эту гранату?

– Нет, сэр.

– А какие поручения дал вам полковник Райдер, когда позвонил без четверти четыре?

– Самые обычные, сэр. Сказал, что уходит, и велел мне подписать письма. А также добавил, что, поскольку его не будет и завтра, то следует отменить все назначенные им встречи.

– И это все?

– Да, сэр.

– Он вам доверял?

– Не могу знать. Я работаю здесь менее двух недель и до этого никогда не видела полковника Райдера. Думаю, он присматривался, насколько я компетентна. Я приехала из Вашингтона лишь десять дней назад.

– А чем вы занимались в Вашингтоне?

– Я была секретарем у одного из помощников генерала Карпентера. У подполковника Адамса.

Вулф хмыкнул и закрыл глаза. Сержант Брюс пребывала в ожидании. Файф, поджав губы так, что они превратились в одну сплошную горизонтальную линию, явно еле сдерживался. Он не привык играть роль безмолвного слушателя, когда кто-то другой задает вопросы, и, вероятно, еще не забыл тот случай, когда Вулф сделал из него дурака в присутствии трех лейтенантов и одного рядового, которым было поручено следить за весьма почетным гостем из Мексики. Вулф хмыкнул снова, что, по моему разумению, означало явное недовольство, но чем, я понятия не имел. На мой взгляд, сержант Брюс вела себя вполне уважительно, не смущаясь, отвечала на вопросы и к тому же была весьма миловидной. Затем он открыл глаза и, положив локти на ручки кресла, переместил свой центр тяжести, чем и объяснил мне свое неудовольствие. Он был недоволен тем, что ему предстояло встать.

– На данный момент это все, мисс Брюс, – прогремел он. – Надеюсь, вы никуда не уезжаете? Как вам известно, генерал, я обещал мистеру Кремеру, что взгляну на руины, оставшиеся от кабинета полковника Райдера. Пойдем, Арчи. – Он двинулся к выходу, но его остановил генерал Файф.

– Одну минуту, пожалуйста. Можете идти, сержант.

Она встала, с секунду помедлила, затем обратилась к генералу:

– Можно мне задать вопрос, сэр?

– Да. В чем дело?

– Мне ничего не разрешили забрать из приемной, сэр, а у меня там остались личные вещи. Я уезжала на уик-энд и вернулась в офис утром прямо с вокзала. Полковник Райдер дал мне пропуск, но сейчас он, наверное, не действителен.

– Ладно, заберите ваши вещи. – Файфу очевидно явно все это надоело. – Я позвоню полковнику Тинэму. Между прочим… – Он прищурился, глядя на нее. – У вас теперь нет ни офиса, ни работы. Временно. Вы выглядите человеком интеллигентным и способным. Верно?

– Так точно, сэр.

– Ладно, посмотрим. Завтра утром явитесь ко мне в приемную. Если у вас там есть кое-какие вещи, заберите их сейчас, потому что нынче вечером ваш офис очистят. Скажите полковнику Тинэму… Нет, я сам ему скажу. Вы свободны.

Она отсалютовала, повернулась и двинулась вперед, как и подобает солдату.

Файф подождал, пока закроется за нею дверь, и затем обратился к Вулфу:

– Вы о чем-то упомянули. Еще до прихода сержанта.

– Это не имеет значения, – отмахнулся Вулф. Он не любил разговаривать стоя. – Несчастный случай исключается. Самоубийство? Возможно. Убийство? По-видимому, любой мог войти в отсутствие Райдера в кабинет незамеченным, раз у полковника была привычка оставлять выходящую в коридор дверь незапертой.

– Войти? И что сделать?

– Что заблагорассудится. Вынуть из стола гранату и забрать ее. Позже, кода мисс Брюс ушла на обед, сойти в приемную, открыть дверь в кабинет Райдера, выдернуть запал, бросить гранату прямо в Райдера и выскочить в коридор. Из чего следует весьма интересная деталь, поскольку лишь шесть человек знали о существовании гранаты в столе: Тинэм, Лоусон, Шетук, вы, Гудвин и я. Двое последних исключаются. Что же касается остальных, то мне пока о них ничего не известно. Возьмем, например, вас. Вы были у себя всю вторую половину дня?

6
{"b":"25872","o":1}