ЛитМир - Электронная Библиотека

Мне удалось не только ознакомиться с делами, но и переговорить с полицейскими, занимавшимися ими: с двумя – по делу Дайкса и с одним из Бронкса – по делу Джоан Уэлман. Ушел я почти в три, унося много ценной информации в записной книжке и еще больше в голове.

Вот вкратце, что я разузнал. Леонард Дайкс, сорока одного года, тело которого, зацепившееся за сваю, выловили из Ист-Ривер в первый день нового года, в течение восьми лет работал доверенным делопроизводителем, а не адвокатом в юридической конторе «Корриган, Фелпс, Кастин и Бриггс». Еще около года назад контора именовалась «О’Мэлли, Корриган и Фелпс», но О’Мэлли лишили практики, произошла реорганизация. Дайкс был холост, отличался здравым умом, преданностью и хорошо разбирался в делах. Каждый вторник вечером играл по мелочи в карты с друзьями. Имел двенадцать тысяч долларов в ценных бумагах, банковский счет, а также тридцать акций «Юнайтед стейтс стил», которые отошли по наследству его замужней сестре, живущей в Калифорнии, единственной близкой родственнице. Врагов и завистников не было. «Знакомств женского пола не имел», – бросилась мне в глаза фраза в одном из донесений. К делу были приложены один малопривлекательный снимок, сделанный, когда труп выловили из реки, и фотография живого Дайкса в его квартире. Объективности ради замечу, что до того, как утонуть, Дайкс выглядел симпатичнее. Немного, правда, пучеглазый, да и скошенный подбородок не слишком его красил.

В деле набралась бы еще добрая тысяча фактов, имевших к убийству такое же отношение, как и те, что я привел в качестве образца.

Что касается Джоан Уэлман, то в уголовном отделе полиции Бронкса версия о случайном наезде отнюдь не пользовалась такой популярностью, как считал Уэлман, к счастью не имевший доступа к делу об убийстве дочери. Не доверяли полицейские и версии о свидании в пятницу, изложенной в письме Джоан родителям, тем более что среди сотрудников Джоан не нашлось никого, кто бы об этом слышал. Последнее я бы поставил полиции в упрек, зная, как кишат мелкими сплетниками подобные конторы; и наоборот, готов отдать должное дочери нашего клиента: она умела держать язык за зубами и о личных делах не распространялась. Оставив тщетные попытки разыскать машину, которая переехала мисс Уэлман, полиция Бронкса сосредоточила все усилия на поклонниках девушки. Если хотите занять среднего полицейского сыщика любимым делом, усадите его с мужчиной, которого встречали в обществе хорошенькой девушки, только что злодейски убитой. Представьте себе, какие вопросы будет задавать полицейский, как он будет смаковать интимные подробности и вторгаться в личную жизнь незадачливого воздыхателя, кем бы тот ни был, не рискуя нарваться на отпор.

Полиция Бронкса буквально вывернула ухажеров Джоан Уэлман наизнанку. Особенно досталось некоему сочинителю рекламы Атчисону, скорее всего, потому, что его фамилия начиналась на А, а в середине имелось Ч, как и у Арчера. К счастью для Атчисона, в пятницу днем, второго февраля, он сел в четыре тридцать на поезд, чтобы провести уик-энд с друзьями в Уэстпорте. Двое агентов трудились как каторжные, стараясь развенчать его алиби, но тщетно.

Судя по полицейским протоколам, Джоан отличалась не только миловидной внешностью и умом, но и воистину викторианской добродетелью. В этом все трое допрошенных поклонников были единодушны. Они восхищались девушкой и уважали ее. Один из них целый год домогался ее руки и льстил себя некоторой надеждой. Если кто-либо из троицы и носил против Джоан камень за пазухой, то полиция Бронкса подтверждений тому не нашла.

Я вернулся домой, напечатал для Вульфа подробный отчет и принял по телефону донесения от Сола, Фреда и Орри.

Большую часть среды я провел в издательстве «Шолл энд Ханна» на Сорок пятой улице. В результате у меня создалось впечатление, что издательский бизнес – замечательный способ зашибать бабки. Само издательство размещалось на двух этажах, утопавших в коврах и обставленных роскошной мебелью. Как мне объяснили, Шолл отбыл во Флориду, а Ханна не приходит раньше половины одиннадцатого. Из приемной меня провели в кабинет одного из мелких начальников, срочно нуждавшегося в стрижке и жевавшего резинку. Когда я предъявил записку от нашего клиента, начальник проблеял, что они с радостью пойдут навстречу повергнутому в горе отцу покойной мисс Уэлман и я могу задавать вопросы всему персоналу, начиная с него самого. Только не смогу ли сначала рассказать, есть ли хоть какие-то сдвиги в расследовании? Не далее как вчера к ним снова нагрянули детективы из городской полиции и провели здесь чуть ли не целый день, а теперь Арчи Гудвин от самого Ниро Вульфа пожаловал. Наклевывается что-нибудь важное?

Я соврал что-то безобидное и взялся за него.

То обстоятельство, что Вульф никогда не покидает дом по делам, разве что побудительный мотив более важен, нежели перспектива получения гонорара, как, например, спасение собственной шкуры, во многом определяет мой стиль работы. Когда я иду по следу и мне удается раздобыть ценные сведения, я люблю их как следует обмозговать, прежде чем передоверить Вульфу, но когда я вышел из «Шолл энд Ханна», я ощущал себя как слепой котенок в потемках. Можно ли поверить, что я провел почти пять часов в издательстве, где работала Джоан Уэлман, опросив всех, от посыльного до самого Ханны, и не выведал ни одного мало-мальски значимого факта? К сожалению, все выглядело именно так. Лишь одна запись в толстой конторской книге, которую мне показали, имела отношение к интересующему меня делу. Привожу ее полностью.

НОМЕР: 16237

ДАТА: 2 окт.

ИМЯ И АДРЕС: Бэйрд Арчер, Нью-Йорк, Клинтон-Стейшн, до востребования.

НАЗВАНИЕ: «Не надейтесь…»

ЖАНР: Роман, 246 стр.

ПОЧТОВЫЕ РАСХОДЫ: 63 цента, расписка прилагается

ПРОЧИТАЛ(А): Джоан Уэлман

РЕШЕНИЕ: Отклонить. Отпр. почтой 25 окт.

Вот и вся моя добыча. Рукопись доставили по почте. Никто не слышал о Бэйрде Арчере. Никто больше не видел рукопись и ничего про нее не знает. Если Джоан и говорила кому-то про рукопись, то никто об этом не помнит. Она никому не рассказывала ни про телефонный звонок Бэйрда Арчера, ни про предстоящее свидание. Подобные «не» я могу перечислять еще долго.

Вечером я доложил Вульфу следующее:

– Похоже, дело в шляпе. Двести сорок шесть страниц напечатанного текста весят куда больше чем двадцать одна унция. Либо он печатал на обеих сторонах, либо использовал папиросную бумагу, либо поскупился на почтовые марки для пересылки. Нам остается только выбрать одно из трех, и он в наших руках.

– Шут гороховый! – прорычал Вульф.

– Можете предложить что-то лучшее? Из того мусора, что я раскопал?

– Нет.

– Но хоть что-то я раздобыл?

– Нет.

– Ладно. Тогда вот что. Мои два дня – ноль. Считая по две сотни на круг за день, четыреста долларов из мошны Уэлмана уже вылетели в трубу. Сыскному агентству или полиции это сошло бы с рук – таков их стиль, но на вас это не похоже. Ставлю на карту недельный заработок, что за последние сорок восемь часов вы даже не пытались пораскинуть мозгами!

– О чем? – осведомился Вульф. – Я не могу фехтовать с тенью. Дай мне хоть какую-то зацепку – жест, запах, слово, звук, на худой конец. Любую мелочь.

Я мысленно согласился, хотя ни за что не признался бы ему, что он прав. Да, верно, целая армия специально натасканных ищеек Кремера рыскала в поисках Бэйрда Арчера, но это ничего не значит. Никто даже понятия не имел, как он выглядит. Они не встретили никого, кто бы когда-либо знал или просто встречал человека под таким именем. Кроме имени, никаких доказательств, что Бэйрд Арчер – реальное лицо, а не фантом, не существовало. С тем же успехом можно было придумать человека под именем, допустим, Фритэм Чоад, а потом пуститься на его розыски. Ну посмотрите вы в телефонный справочник, убедитесь, что его там нет, а потом что?

Остаток недели я провел за сбором весьма любопытных сведений о вкусах и убранстве офисов различных издательств. И выяснил, что «Саймон энд Шустер» в Рокфеллеровском центре сходят с ума по модерну и скупают все подряд, невзирая на цену; что «Харпер энд бразерс» обожают старую мебель и не жалуют пепельницы; «Викинг-пресс» при приеме на работу женщин отдает предпочтение внешности и изяществу форм; помещения «Макмиллан компани» обставлены мягкими диванами, как пульмановские вагоны, и так далее. Короче говоря, я охватил практически всю отрасль, но вознаградил себя за терпение, лишь договорившись поужинать с молоденькой сотрудницей «Скрибнерс», которая, как подсказывало мне чутье, могла знать кое-что стоящее. Что же касается Бэйрда Арчера, то о нем никто и слыхом не слыхивал. Если он и передавал свою рукопись в другое издательство, то никаких следов не сохранилось.

5
{"b":"25878","o":1}