ЛитМир - Электронная Библиотека

- Эй, не пугай меня так, - его рука ощупывает мой лоб, видимо пытаясь оценить температуру тела, древний глупый способ.

- Я здорова, не переживай. Когда я упала в обморок, меня нашел Алекс и привез в больницу. Там видимо мне сделали экспресс тест крови и….

- И?

- Я беременна, Егор.

Вот и все. Я так и стою, опустив взгляд в пол и стараясь дышать через рот, глубокими глотками воздуха, чтобы меня не вывернуло на асфальт прямо тут.

Я вижу, как его белые кроссовки делают шаг назад, еще и еще один. Сердце бухает, куда-то в сторону тошнотворного комка внутри. Ну, вот и конец моей романтической сказки!

А потом я слышу такой дьявольски заливистый и красивый смех, что даже подпрыгиваю на месте. Егор как маленький ребенок держится за живот и не может остановить рвущиеся наружу трели колокольчиков, где-то из области его груди?

- Беременна?

Ничего не понимая, просто еще раз киваю головой.

- Ты беременна?

Как же я начинаю злиться, от такой его реакции.

- Да.

- Волкова, как же я тебя боюсь, - смех прекращается, и я вижу как, утирая выступившие слезы, парень начинает оглядываться на прохожих, чье внимание мы явно привлекли.

- Что? – мой голос хрипит, не уверена что выдержу все это, после бессонной ночи и длительного обморока.

Раз.

Вдох.

Два.

Выдох.

- Я говорю, что боюсь. А если тебя отнимут? Я же умру.

Давлюсь вдохом, мне страшно до такой степени, что начинает знобить так, что зубы выбивают друг об друга чечетку.

- Что? – так же глупо повторяю я.

- Глупая, - мое лицо в его ладонях и, пожалуй, только это не позволяет мне упасть, - я говорю тебе, что если с тобой что-то случится. Хоть что-то. То я умру, тебя это не пугает?

В этот момент мне казалось, что я отупела. Действительно в раз потеряла весь свой интеллект, и сейчас развитием пятилетнего ребенка я просто хотела залезть к нему на ручки и наконец-то уснуть.

- Не страшно, мы справимся.

Не те слова.

Всегда не те слова.

Да и нет их тех слов, потому что любовь, ее слишком мало выразить словами.

- Не сомневаюсь.

Глава 56.

Жизнь - это не сюжет, жизнь - это детали.

© Джоди Пиколт. Похищение.

Я видела, как блестит кубок в руках Егора, о Господи, как же счастливы мы были в тот момент. Верно, говорят, что жизнь проявляется в деталях.

Неделей ранее, мы с Егором получили долгожданный снимок нашей дочки маленькой дочки, благодаря современным УЗИ аппаратам. Видели бы вы улыбку капитана команды Медведей, я тогда действительно верила в то, что если и могу описать счастье, то оно выглядит именно так. В сиянии синих глаз, готова поклясться он почти плакал, все время, повторяя, что хоккеиста я ему родить еще успею, а вот такую умницу и красавицу как я, нужно клонировать срочно.

И вот теперь, глядя на то, как вспотевшие, выдохшиеся, румяные парни попеременно целуют увековеченный кусок металла в форме кубка, у меня начинало щемить сердце. Выиграли они или бы проиграли, я думала, не имеет для меня решающей роли, но видеть то, как твой мужчина стремиться к победе, самого дорогого стоит.

А потом случилось и вовсе что-то странное, до родов оставалось еще несколько недель, и именно поэтому я и поехала с командой в Москву.

- Тссс, - только и вырвалось из моих сомкнутых губ, и я увидела, как прозрачная лужица растекается у моих ног.

Ну, мы с дочкой хотя бы дотерпели до конца матча все, что было, потом я помню с трудом. Почему-то смеясь, я сжимала руку Егора и говорила ему, что все в порядке, и он может спокойно отмечать победу. Признаться на меня смотрели как на ненормальную, и кто из команды мне только не повторял, что это ребенок хоккейного клуба Медведи и победу они отметят в приемном отделении родильного дома. С кубком и детским шампанским в руках. Кисляк еще плел что-то о том, что нужно запечатлеть на фото две главные победы на сегодня и заснять нашу дочь и их приз. Егор кричал что-то в ответ о том, что они сумасшедшие и пусть расступятся, а то к нам и скорая помощь не проедет.

Лично у меня на споры и удивления их жизнелюбию сил уже не оставалось. Боль внизу живота казалась какой-то странной, я утопала в темно синих глазах, про себя отмечая какой же он у меня красивый с румянцем на лице и лихорадочным блеском в глазах. Всю дорогу до больницы Егор так и держал меня за руку, а у самого они так дрожали, что я удивлялась, как он в таком состоянии мог твердо держать клюшку в руках.

- Не волнуйся ты так, - голос звучал звонко и счастливо, так и должна себя чувствовать та, которую любят.

- А я и не волнуюсь, просто поразительно, правда? Дочка решила меня сегодня порадовать, именно сегодня! Чувствовала, что папка стал чемпионом!

Фельдшер на скорой был искренне удивлен месту прибытия и тому, что парень в хоккейной форме и запахом пота, несет на руках беременную девушку, а за ними несется толпа с блестящим кубком. Видели бы вы, каких усилий Василию Геннадьевичу стоило уговорить ребят поехать за нами на автобусе, а не забиться в карету скорой помощи.

- Мммм, - непроизвольно из груди вырвался стон.

Значит вот они, какие схватки. Сказать что это больно, по-моему, ничего не сказать. Вероятно, это закон жизни, все самое ценное в ней появляется через боль.

- Сколько?

Вопрос Егора выдернул меня из горячего омута скручивающегося внизу живота и раздирающего там все почти на части.

- Лучше тебе не знать.

Я увидела испуг в его глазах. Мой отважный мальчик не отходил от меня ни на шаг и, одевшись во все стерильное, последовал за мной и в родильный зал.

- Егор, правда, не стоит.

- Когда мне было больно, ты была рядом, - он стиснул мою руку свободную от катетера в вене, - и я всегда буду.

Столько пустых слов произносили люди вокруг о том, какая же у нас трогательная любовь, на что я могла лишь посмеяться. Поверьте, не многие из вас бы выдержали все через что мы прошли, придя к такому счастью.

- Люблю тебя, - только и слышала я шепот на ухо.

И впервые….

Впервые!

За всю свою жизнь, я поняла, чем можно победить любую боль.

Лишь такой любовью.

Только такой, рецепт до смешного прост, но как же не легко его достать.

Это было странным, но первой дочь на руки взяла не я, а ее отец. А я и не возражала, пусть сегодня в его руках побывает два кубка в награду за борьбу.

В хоккее.

И в жизни.

- Какого цвета у нее глаза, Щукин?

Он улыбнулся, конечно же, понял о чем я.

- Она вылитая ты, Виктория Юрьевна.

Мне было совершенно все равно, что о нас подумают окружающие, это был лишь нам известный язык слов.

- А глаза?

Говоря это, я смотрела в его сини омуты и четко понимала, что вот теперь все будет хорошо. Я буду заниматься любимым делом, рожать ему детишек, если попросит, хоть целую хоккейную команду.

А он, он пусть воюет за победу, я поддержу этого такого юного и взрослого одновременно мужчину во всем, чего он только в жизни пожелает.

Потому что люблю.

И даже больше.

Потому что живу им.

Им и этим маленьким кричащим комочком в его сильных руках.

- А глаза? Глаза у нее … синие, Волкова.

56
{"b":"258899","o":1}