ЛитМир - Электронная Библиотека

- Я не могу.

Он раздраженно вздохнул:

- Ты должна хоть немного поспать.

Развязывая галстук, он исчез из поля зрения.

- Джосс? - прошептала обеспокоенно Лив, привлекая к себе мое внимание. Она волновалась за меня. - Девочка моя, что ты делаешь?

 «Что я делаю? Что Я делаю?»

- Не надо.

Она была не в курсе всего этого дерьма. Так мы и сидели в тишине, потягивая кофе.

- У меня поздняя встреча с Адамом.

Мы услышали фразу Брэдена, которую он бросил, проходя по коридору.

«Очередная ложь».

За ним захлопнулась входная дверь. Я вздрогнула и отчаянно старалась не заплакать. Эта беременность превратила меня в эмоциональную черную дыру.

- О, дорогая!

Лив встала, всем видом показывая, как хочет подойти и обнять меня. Я жестом остановила ее:

- Ты обнимешь меня, и я не смогу перестать плакать. А я не должна плакать.

 Она замерла, выглядя при этом беспомощной и злой. Я точно знала, что она чувствовала.

- Это не я.

Мне нужен был кто-то еще, кроме доктора Причард, кто знал бы об этом.

- Я не игнорирую его. Мне сейчас действительно очень тяжело, и я все порчу. И ему я все испортила.

- Он не разговаривает с тобой?

- Он говорит. Но это… Это выглядит так, словно он с трудом может находиться со мной в одной комнате. Он не спрашивает как я себя чувствую сейчас, после того первого шока от известия. Он не хочет знать. Он не хочет, чтобы я трогала его...

- Мне так жаль, Джосс.

- Он никогда не был таким.

На ум сразу пришло письмо, и меня целиком поглотила паника.

- Кажется, я облажалась.

Мой истерический смех переродился в громкие, жесткие рыдания, которые я была не в состоянии контролировать. Я была так подавлена, что просто сломалась. Я плакала так сильно, что меня это мало заботило.

Я почувствовала утешительное тепло Лив. Она мягко подтолкнула меня в сторону на кресле и прижалась, усаживаясь рядом со мной, крепко обнимая.

А потом все просто исчезло, когда я дала ей утешить себя. Пока слезы промокали ее рубашку, я чувствовала – я не одна.

Я не знаю, когда прекратились слезы и содрогания. Все почернело и я, наконец, провалилась в глубокий сон облегчения.

***

Мои глаза словно были засыпаны песком, ко мне стало возвращаться сознание, а с ним и ощущение тяжелого тепла, покоящегося на моей талии.

Открыв свои гляделки, я почувствовала как они опухли и, затем, вспомнила почему. Я напряглась, вспоминая как плакала на руках у Лив, и в то же время смотрела в лицо спящего мужа.

 Тяжелым теплом на моей талии оказалась его рука.

 Мы лежали в постели вместе.

 Я не знаю как мы очутились здесь.

 Я начала плакать.

 Рука Брэдена сжала меня, и через размытое пятно слез, я увидела, что разбудила его.

 - Я не была несчастна, - прошептала я, слизывая соленую воду с губ. - Я был так счастлива, что пришла в ужас.

 Его теплые пальцы коснулись моего подбородка, я почувствовала нежное давление его прикосновения, он повернул к себе мою голову, внимательно посмотрел на меня и переспросил:

- В ужас?

 Я кивнула.

- Просто то, что я проделала долгий путь не означает, что я уже не ощущаю подобного. Ты не позволил мне объяснить. Я до сих пор боюсь потерять все хорошее, что у нас есть. Точнее было.

 Брэден нахмурился и сел:

- Ты боишься потерять нашего ребенка, поэтому закрылась от меня прежде, чем я…

- Нет! - Я села, не отрывая от него взгляда. - Это ты закрылся от меня.

- Я думал, мы все это преодолели в прошлом.

- Тогда позволь мне, черт побери, объяснить!

Он сердито посмотрел на меня, но заткнулся. Я ответила таким же сердитым взглядом.

- Ты знаешь, что я боюсь потерять людей, которых люблю. Но мой ребенок, наш малыш… Я уже люблю его так, что не могу дышать. Мысль о том, что что-то произойдет…

Брэден покачал головой:

- Ты всегда избегала разговоров о детях… Я начал беспокоиться, что ты не хочешь их. Я думал, твой побег к замку означал, что ты собиралась отгородиться от меня, потому что… Ты не хочешь нашего малыша. Затем, когда ты пыталась объяснить, я был…

Он вздохнул.

- Ты был что?

- Испуган, - мягко признал он, его глаза встретились с моими. - Моя мать никогда не хотела моего существования, Джоселин.

- Никогда. Я был несчастливым ребенком, и никому не пожелал бы такого детства, не говоря уже о собственных детях. Я пообещал себе, что если у меня когда-нибудь будут дети, я стану таким отцом, какого у меня никогда не было, и я, конечно, не женюсь на женщине, которая не будет относиться к ним, словно они - весь ее мир. Так что я не знал, как отнестись к тому, что моя жена не хочет нашего малыша. Я не знал, как реагировать на это, и не знал, как это отразится для нас.

Словно боль от ножевого ранения появилась в груди.

- Поэтому ты съезжаешь?

- Что? - спросил он недоверчиво, его глаза потемнели. - О чем ты говоришь?

- Письмо. - Я подняла дрожащую руку, указывая в холл. - Я нашла письмо в гостевой комнате. В нем просят жильцов твоей старой квартиры переехать в течение месяца.

Между нами повисла тишина.

Брэден выскользнул из постели, на мгновение уставился в пустоту и разразился знакомым мне гневом:

- Это второе письмо квартирантам. В первом говорилось, что их выселяют из-за жалоб, которые я получил от жителей дома. Письмо, что ты видела, стандартное уведомление, сообщающее сколько времени им дается на выезд.

«Ой».

«Черт…».

- Ты подумала, что не посоветовавшись с тобой или не попытавшись разобраться с этим дерьмом, я… Что я… Уезжаю от тебя!?

Он был в недоумении. Правда, больше не злился.

Я слезла с кровати с противоположной стороны.

- Ты игнорировал меня. Мне было страшно, я была запутана, а ты оставил меня одну! - крикнула я.

Мой голос дрогнул и снизился:

- Ты не позволял коснуться себя. Ты избегал меня.

Я увидела, как смягчилось его лицо.

- Ты поклялся, что мне никогда не будет одиноко, но вместо этого заставил думать, что ненавидишь меня. И мне кажется, я тебя немного ненавижу за это.

Я отвернулась, чтобы он не видел снова подступивших слез. Две секунды спустя он держал меня в своих руках.

- Черт, детка, - прошептал он хрипло. – Ты умеешь поставить мужчину на колени.

Ощущение обнимающих меня рук, его груди под моей щекой, накрыло меня таким облегчением, что измерить его силу было невозможно.

Вдыхать его запах. Задерживать его в себе.

И все же, я не могла заставить себя обнять его в ответ.

- Мне так жаль! - выдавил он мне в ухо резко, отчаянно. Ослабив хватку, он откинулся посмотреть мне в глаза.

Убрав волосы с моего лица, он обхватил его руками. Было в этом что-то паническое.

- Джоселин, я никогда больше не позволю вернуться этому чувству. Обещаю. Прости меня!

Он крепко поцеловал меня, пробуя на вкус слезы.

- Я был напуган. Я вел себя как идиот, но только потому, что это наш ребенок. Он значит для меня больше, чем что-либо на свете. Я облажался. Я облажался в этот раз, но я прошу прощения. Мне так жаль, дорогая. Я люблю тебя. Ты веришь мне?

Он прижал меня к себе, наглаживая рукой спину.

- Ты мне веришь?

Я сделала глубокий вдох, пытаясь отпустить последние несколько дней. Было бы так легко перевести их на боль и гнев. Но вместо этого я перенеслась на несколько лет назад, когда я так же лежала в руках Брэдена, умоляя о прощении за все, через что я заставила его пройти.

Я подняла руки и обняла Брэдена, сцепив руки за его спиной.

- Я верю тебе.

Он снова поцеловал меня, на этот раз медленнее, глубже. Отстранившись, он нахмурился.

- Я облажался, - повторил он тихо.

- Будут времена, - пробормотал он мне в губы, - когда мы не будем любить друг друга настолько сильно, но мне нужно, чтобы ты знала, что я никогда не перестану тебя любить. На этот раз, я был в ужасе от того, что могу тебя потерять, и оттолкнул тебя из-за страха услышать то, что ты можешь мне сказать. Если, не дай Бог, я когда-либо причиню тебе боль, скажи мне. Не закрывайся от меня. Не закрывай передо мной дверь душа. Кричи на меня. Не дай мне уйти с этим, пока ты носишь в душе все это дерьмо и выглядишь как загнанный зверь. Потому что… Клянусь Богом, твой взгляд в тот вечер практически разбил мое гребаное сердце. Мы должны прекратить делать это друг с другом. Сейчас же.

16
{"b":"258955","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца