ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Третье крушение Алонсо де Лейвы

Бухта Киллибегс расположена на северной стороне залива Донегал, глубоко врезающегося в остров Ирландию. Испанские моряки хорошо знали ее: их рыбачьи и купеческие суда часто вставали здесь на якорь.

Испанские солдаты устроили де Лейве триумфальную встречу. Кроме неаполитанского галеаса «Хирона» сюда почти одновременно вошли еще два небольших судна. Одно село на камни, «немного не дойдя до бухты». Второе, грозившее вот-вот затонуть из-за многочисленных течей, было покинуто экипажем.

Под лучами неяркого ирландского солнца Киллибегс во многом сохранил и сегодня свое прежнее очарование. Свернув в сторону от современного мола, где причаливают рыбачьи баркасы, я добрел до старинной пристани, сложенной из больших камней. Море немного отступило, водоросли успели высохнуть и почернеть. Над головой жалобно кричали чайки — точно так же они кричали, кружась над палаткой де Лейвы много-много лет назад. Возле покинутой пристани из черной тины торчали деревянные обломки, обрывки канатов… А что, если?.. Нет, конечно, не те, что сверху, но в глубине?..

Плотники взяли дерево с потерпевших крушение судов и вытесали новый руль для «Хироны». Максуини помог им, дав несколько лодок и подвезя провиант из своих скудных запасов. Все это быстро долетело до ушей лорд-наместника: «Испанцы, жившие у Максуини, едят из его кладовых. Максуини опасается, что в его владениях наступит голод… Испанцы, нашедшие приют у Максуини, починили корабль». А Джеймс Макгарри позже показал: «Дон Алонсо вновь разбил лагерь на берегу и ждал со своим полком двенадцать или четырнадцать дней, пока не починили галеас. Ему неоднократно доносили, что лорд-наместник Фицвильям готовится выступить против него с войском».

Прошел уже почти месяц. Дон Алонсо по-прежнему находился на суше. Он размышлял. Что делать — укрепиться и зимовать? А если плыть, то в какую сторону и кого брать с собой?

Куда плыть? Пытаться взять курс на Испанию было бы чистым безумием. Штормовые ветры дули с запада, близилась зима, а судно в таком состоянии не выдержало бы двухнедельного плавания по бурному морю. Наскоро сделанный руль не вселял никаких надежд. Дон Алонсо решил плыть в противоположную сторону, огибая мыс Клэр. (Этот мыс был фикцией, испанцы ошибочно принимали его за крайнюю северную точку Ирландии, и под этим наименованием он фигурировал на их неточных картах.) «Дон Алонсо рассчитывал добраться до Шотландии, где его ждала подмога» (Нова и Борха ).

Действительно, Западная Шотландия была оплотом католицизма, местное дворянство было тесно связано с Францией и герцогами Гизами. Но король Шотландии Яков VI во время всего похода Армады сохранял нейтралитет. Он вежливо выслушивал своих католических дворян, которым герцог Пармский в мае передал через графа Мортона и полковника Семпла 43.000 дукатов, с тем чтобы они в нужный момент двинулись в Англию. Столь же внимательно король принял в августе обещания Елизаветы: если останется в стороне, ему будет выплачиваться рента в 5000 фунтов ежегодно, подарено герцогство в Англии и обеспечено содержание гвардии в пятьдесят рыцарей, сто пехотинцев и сто всадников. К тому же, намекал посланник королевы лорд Бэргли, разве не Яков остается единственным преемником Елизаветы? Ее величество уже не первой молодости, выйти замуж она так и не пожелала, детей у нее нет…

Когда победа англичан была уже вне всяких сомнений, Яков заявил о своей преданности протестантскому делу. Однако обещание ренты, герцогства и гвардии сразу улетучилось из памяти Елизаветы.

Де Лейва знал, что сын Марии Стюарт — Яков был воспитан врагами матери в протестантской вере, за что она отреклась от него. Сын в свою очередь не пошевелил пальцем, когда ее обезглавили. Тем не менее в глубине души он остался католиком — по крайней мере об этом ходили упорные слухи в Испании, Франции и Ватикане. (Помощь, оказанная им уцелевшим испанцам, еще более укрепила это мнение.)

Итак, де Лейва решил плыть в Шотландию.

Но кого брать с собой? Нельзя было физически разместить экипажи пяти судов на одном галеасе. Тем не менее дон Алонсо остался тверд в своем решении. «Он посадил на борт около 1200 человек из своего полка, не считая людей знатного происхождения, и всех, кто мог оказаться полезен в дальнейшей службе. На самом же галеасе было 700 или 800 человек» (отчет лорд-наместника по результатам проведенного расследования ).

Сэр Фицвильям ошибался в расчетах. На «Хироне» было 169 солдат, 120 моряков и 300 галерников, то есть в общей сложности 589 человек, а не 700—800. Цифра в 1200 человек тоже представляется завышенной. По официальной ведомости Счастливейшей Армады, на «Рате» находилось 419 человек и на «Дукессе» — 357. Еще сто человек составляли экипажи двух маленьких судов, потерянных в Киллибегсе. Если отсюда вычесть 10 процентов людей, погибших в боях, 10 процентов умерших от болезней (эпидемии не особенно затронули эти суда) и добавить примерно 350 пассажиров — слуг, лоцманов, ирландских католиков, монахов, цирюльников и т.д., то получится примерное число в полторы тысячи человек, находившихся в момент посадки в Киллибегсе. Из них де Лейва взял в плавание, судя по документам, 800, 1100, 1300, 1500 и даже 1800 (!) человек.

Кто же остался? Английские источники описывают «людей настолько голодных, что они отдавали крестьянам мушкетон за овцу»; «это был худой несчастный грек». Или же: «Никто из них не оказался испанцем». Джеймс Макгарри, взятый в плен в Кил-либегсе, очевидно, остался там добровольно, поскольку был родом из графства Типперери.

Скорее всего де Лейва не взял на борт иностранцев и пожертвовал безнадежно больными. Чтобы в точности ответить на вопрос, сколько людей он погрузил на «Хирону», надо найти письма, отправленные им из Киллибегса.

«Во время следствия (цитирую постскриптум доклада лорд-наместника от 10 января 1589 года. — Р. С. ) я узнал, что дон Алонсо Мартинес де Лейва написал здесь два письма, которые отправил в Испанию с нарочными. В каком направлении отбыли эти последние, не установлено». Два письма? Одно предназначалось королю; другое, возможно, было адресовано семье.

Письмо королю так и не дошло, я не обнаружил даже его следов. Быть может, оно лежит затерянное в пыльной кипе неразобранных документов, сложенных на стеллажах в Национальном архиве в Симанкасе, или Академии истории в Мадриде, или бог весть где.

А письмо семье? Я не имел доступа к семейным архивам Мартинесов де Лейва, чья кастильская ветвь жива до сих пор, но я отдал бы месяц своей жизни, чтобы подержать его в руках.

Пока же я склонен считать (основываясь на показаниях уцелевших после третьего крушения), что на борту «Хироны» ранним утром 26 октября 1588 года бухту Киллибегс покинули тысяча триста человек.

Дон Алонсо, конечно, перегрузил галеас сверх всякой меры. Но был ли у него иной выход? «Перед отплытием он отдал Максуини дюжину бочонков хереса, а некому Маккэрроу — четыре бочонка». «Максуини и их вассалы получили от испанцев много мушкетов и мушкетонов» (чиновник Генри Дъюк ). «Как только галеас отошел от берега, Максуини убил сорок человек из оставшихся» (донесение Ричарду Бингэму от 2 ноября ). Надо думать, из экономии — не кормить же столько ртов до бесконечности! Вот что писал его сосед, некто Джон О'Догерти, жалуясь лорд-наместнику 3 ноября: «Максуини кормил у себя три тысячи испанцев (!), а теперь, когда они уплыли, он направил оставшихся на меня, и они грабят мои земли, потому что Максуини меня ненавидит».

Шли дни. Минула неделя, потом десять дней. Куда подевался галеас? Из Шотландии никаких вестей; в Дублине, в Лондоне, в Испании теряются в догадках.

Лишь 5 ноября в субботу поздно ночью в замок лорд-наместника доставили первые сведения. Милорда подняли с постели. Генри Дьюк писал: его «лазутчик, посланный на север», сообщил, что «26 октября означенная галера, вышедшая из известного порта со всеми испанцами, которых могла взять, направилась к Шетландским островам, но наскочила на скалы Бонбойс, где корабль затонул, а все люди погибли, за исключением пятерых, которые добрались до земли, и из них трое явились сегодня, 27-го числа сего месяца, в дом Сорли Боя Макдоннела, где и рассказали о крушении. Скала Бонбойс находится рядом с домом Сорли Боя».

27
{"b":"25920","o":1}