ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Превышение полномочий
Лесовик. Вор поневоле
Сама себе психолог
Загадки современной химии. Правда и домыслы
Никогда не верь пирату
Я вас люблю – терпите!
Найди время. Как фокусироваться на Главном
Путин и Трамп. Как Путин заставил себя слушать
Счастливый животик. Первые шаги к осознанному питанию для стройности, легкости и гармонии
Содержание  
A
A

Сорли Бой Макдоннел владел землями на северо-востоке Ольстера. Его предки-викинги бороздили побережье Ирландии, Шотландии и Норвегии. Сам Сорли Бой был известен как ярый враг англичан. И не без причины. Тринадцатью годами раньше во время карательного похода граф Эссекс с челядью убил жену Макдоннела и его младших детей. Дом, о котором писал Генри Дьюк, на самом деле был замком Дунлус, в котором жил старший сын Сорли Боя — Джеймс Макдоннел.

Не успел лорд-наместник снова лечь, как прибыло подтверждение: «Испанский корабль, стоявший у Максуини, был замечен на траверзе Дунлуса и погиб в бурю. На берег было вынесено 260 мертвых тел и несколько бочонков вина, которые Сорли Бой взял себе» (капитан Мерримен, 5 ноября ). А де Лейва? О нем речи не было. Но ведь уцелело же пять человек, может, де Лейва среди них? Никакого подтверждения. Королевский Совет обеспокоен: если дон Алонсо жив, вся Ирландия в опасности.

Минул еще месяц, принося разноречивые слухи. Де Лейву «видели» то в одном, то в другом месте. В январе 1589 года в письме, доставленном из Франции в Эскориал, промелькнул лучик надежды. Посол Мендоса сообщал Филиппу: «Из Шотландии донесли, что дон Алонсо де Лейва высадился с 2000 человек в Ирландии, в провинции Макуин, и население встретило его ликованием» (27 декабря 1588 года ). Так хотелось верить в это, но сообщение было двухмесячной давности… К тому же Филипп хорошо знал цену достоверным сведениям дона Бернардино де Мендосы. Тем не менее на полях этого послания он нацарапал: «Разыскать, что за провинция, и доложить».

По воле судьбы вечером того же дня 27 декабря, едва Мендоса отправил королю донесение, к нему явился флаг-штурман Армады Маролин де Хуан, оставленный в Кале. Он сказал, что накануне в Гавр вошли шотландские суда с тридцатью двумя испанскими солдатами и несколькими матросами Армады, потерпевшими крушение у берегов Ирландии.

Эти матросы были с венецианского корабля «Валенсера». Дон Алонсо де Лейва, сообщили они, на галеасе «Хирона» попал в сильную бурю, которая сломала руль и бросила судно в полночь на скалы… Из 1300 человек на борту лишь девятерым удалось спастись. Они и рассказали эту историю прибывшим сюда матросам. Матросы с «Валенсера» уже жили у Джеймса Макдоннела в замке Дунлус, когда случилась беда, и были первыми слушателями рассказа о третьем и последнем крушении «Хироны».

Печаль охватила старого, почти слепого посла, которого с презрением третировал французский двор с тех пор, как флот его повелителя был разбит. Он умолял Филиппа принять его отставку. И вот теперь именно ему пришлось сообщать трагическую весть королю: «Матрос, находившийся в замке, подле которого погиб дон Алонсо и 1300 его людей, узнал многих вынесенных мертвыми на берег. Из пояса одного из них он взял 300 дукатов».

Испания погрузилась в траур по дону Алонсо. Говорят также, что «Король оплакивал его смерть горше, чем потерю всего остального флота».

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЗОЛОТО ПОД ВОДОЙ

Я видел сотни кораблей погибших!

И потонувших тысячи людей,

Которых жадно пожирали рыбы;

И будто по всему морскому дну

Разбросаны и золотые слитки,

И груды жемчуга, и якоря,

Бесценные каменья и брильянты;

Засели камни в черепах, глазницах, -

Сверкают, издеваясь над глазами,

Что некогда здесь жили, обольщают

Морское тинистое дно, смеются

Над развалившимися костяками.

Шекспир. Ричард III

Останки под двумя звездочками

Году, кажется, в 1952-м мне в руки попали книги Ризберга. Этот американский автор весьма лихо нагнетал страсти, описывая немыслимые битвы с единорогами, спрутами и акулами, сторожившими «поглощенные морской пучиной сокровища». В конце произведения отважные герои неизменно привозили из экспедиций «в Южные моря» сундуки с дукатами и дублонами. Книги читались взахлеб. В последующих изданиях их иллюстрировали цветными фото (снятыми в океанариумах) «золотых слитков» из гипса и «доколумбовых золотых идолов» из папье-маше.

Я не верил ни одному слову Ризберга, но, закрыв последнюю страницу, вдруг понял, что не могу отделаться от прочитанного.

Мне только исполнилось восемнадцать лет, и я учился в Высшей школе политических наук и дипломатии в Брюсселе. Предметы, которые я штудировал там, были далеки от поисков затонувших кораблей. Но новая страсть захватила меня без остатка. Я всерьез увлекся подводной работой и историческими изысканиями. Отложив в сторону книги Ризберга, я заполнил первую карточку в своем досье. (Сейчас картотека занимает целую комнату.)

В 1954 году я впервые принял участие в охоте за сокровищами. Было это в Испании, в бухте Виго, в провинции Галисия. Мы искали галионы «Золотого флота», затонувшие здесь в 1702 году. В книге об этой экспедиции, которая вышла под названием «Золотые россыпи» и которую теперь нельзя перечитывать без улыбки, я писал: «Лишь коснувшись рукой борта галиона на дне бухты Виго, я понял, что такое подлинная страсть. Действительно, можно потратить все свои дни без остатка на поиски полусгнивших кусков дерева. И если бы меня спросили, где я хочу быть, я бы ответил — в Виго на галионе».

Прошу прощения у читателя за эту цитату из юношеского сочинения, но она предельно ясно обрисовывает тогдашнее мое состояние. Я оставил институт, а с ним и надежды на дипломатическое поприще. Два года неудач не отбили у меня охоты продолжать начатое. Я стал профессиональным водолазом.

В 1964 году, познав уже сладкий вкус побед, но куда больше горечь разочарований, я писал в предисловии к «Книге потерянных сокровищ»: «Окружающие дружным хором убеждали меня в неразумности принятого решения, в необходимости „делать карьеру“. Но я видел, к чему ведет их опыт так называемой реальной жизни: он напрочь скрывал единственную живую реальность — море. Вместе с глотком воздуха, доходившим до меня с поверхности, я жадно вкушал на дне свободу, возможность жить без железной узды, пронзительное чувство настоящего дела».

Под этими строчками я был готов подписаться и в 1967 году, когда в Лондоне начал охоту за «Хироной». К тому времени подводный опыт сместил направление моих интересов в сторону археологии. Систематического образования я не получил, оставшись самоучкой, но богатая практика до некоторой степени компенсировала пробелы в теории. Сокровища «Хироны» обещали куда больше археологических радостей, чем материальных выгод.

Я исписывал кипы блокнотов, стараясь докопаться до истоков — собственноручных донесений, казначейских ведомостей, докладов и выводов комиссий, эдиктов королей, судебных приговоров, гравюр очевидцев и писем родным.

Я беседовал или состоял в переписке с большинством из ныне живущих искателей подводных сокровищ; мы проговаривали ночи напролет и обменивались посланиями такой толщины, что разорялись на почтовых марках. Впрочем, рано или поздно охотник за кладами все равно оказывается без гроша. Схему событий исчерпывающе изложил мой друг Жак-Ив Кусто:

«Не могу вообразить большей катастрофы для честного капитана, нежели открытие подводного клада. Для начала ему придется посвятить в дело свой экипаж и гарантировать каждому его долю. Взамен он, естественно, потребует от всех строжайшего молчания. Но после второго стакана, выпитого третьим марсовым в первом портовом кабачке, тайна станет известной всем. Едва капитан успеет поднять горсть монет с затонувшего испанского галиона, как наследники королей и конкистадоров извлекут из домашних сундуков полуистлевшие генеалогические древа, чтобы потребовать по суду свою долю, и немалую. Правительство страны, в чьих территориальных водах окажется находка, попробует наложить на нее эмбарго. И если в конце концов после долголетнего судебного крючкотворства несчастному капитану все же удастся привезти домой несколько пиастров, в него мертвой хваткой вцепится налоговый инспектор — и это уже до гробовой доски. Представьте теперь, как этот человек, потерявший друзей, репутацию и судно, будет проклинать разорившее его золото».

28
{"b":"25920","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
След лисицы на камнях
Происхождение
Плен
Здоровая, счастливая, сексуальная. Мудрость аюрведы для современных женщин
Мод. Откровенная история одной семьи
Вдали от дома
Ненависть. Хроники русофобии
Homo Deus. Краткая история будущего