ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Всё та же я
Инферно
Креативный вид. Как стремление к творчеству меняет мир
Не сдохни! Еда в борьбе за жизнь
Любовь. Секреты разморозки
Продавец обуви. История компании Nike, рассказанная ее основателем
Ghost Recon. Дикие Воды
Лес тысячи фонариков
Сверхъестественный разум. Как обычные люди делают невозможное с помощью силы подсознания

– Две минуты сорок пять секунд, – сообщил Вамензон, когда последние солдаты добежали до батареи. – Взводным фейерверкерам записать опоздавших и вечером доложить мне через фельдфебеля.

Орудия Звонарев нашел в очень изношенном состоянии: стволы имели уже значительный разгар, в зарядных камерах прогорели обтюрирующие кольца[93], замки туго входили в свои гнезда.

– Вы часто стреляете? – справился он у Вамензона.

– По нескольку раз в день. Кроме того, я люблю делать тревоги и по ночам. Я буду просить о замене изношенных орудий новыми. Ведь моя батарея особенная: она предназначена для обстрела и моря и суши. Мне приходится первому открывать огонь, когда японцы подходят с севера. Ваш Утес и тот столько не стреляет.

– Я доложу об этом командиру артиллерии. Во всяком случае, по-моему, вам сейчас нельзя увеличивать пороховых зарядов, так как могут быть большие прорывы газов, что весьма опасно для орудийной прислуги, – сообщил свое мнение капитану Звонарев.

– Если дело только в прислуге, то, по-моему, с ней особенно считаться не приходится: на то и война, чтобы были опасности. Другое дело, если при этом может пострадать казенное имущество, лафеты или самое орудие.

– Солдаты ведь тоже, по военной терминологии, – казенное имущество.

– Во всяком случае, не ценное: у нас, в России, его более чем достаточно.

Покончив с осмотром батареи, Звонарев поспешил откланяться и уехать.

– Тебя покормили? – спросил он возницу, когда двинулись в дорогу.

– Так точно, – щи постные да каша тухлая с прогорклым маслом, – ответил солдат.

– У командира были прекрасные щи и каша!

– Так для них же кашевар отдельно в маленьком котелке приготовляет. Всем известно, что у капитана Вамензона хуже, чем во всей артиллерии, кормят. Зато у фельдфебеля ряшка всем на удивление, – красная да толстая. Промеж себя солдаты называют эту батарею «наши арестантские роты». В дисциплинарном батальоне и то легче. Тут каждый день по нескольку человек порют да еще розги в рассоле ночью вымачивают, чтобы больнее было. Особливо достается тем, кто плохо молится богу: лют до молитвы капитан. Видали, быть может, под винтовкой стоял низкий да широкий такой солдат.

– Блохин.

– Он самый. Почитай уже месяц его под винтовкой держат да через день на кобыле дерут за то, что перед иконами на батарее не хочет снимать шапку. Забьет его капитан до смерти, даром что силища в Блохине большущая.

– Ты земляк с ним, что ли?

– Никак нет, в новобранстве вместе были. Он из рабочих, медницкому делу обучен. Сперва в мастерских работал, а потом его оттуда выгнали за пьянство, что ли. Попал он на Двадцать вторую батарею, теперь и мучается. Или сбежит со службы, или помрет, не выдержать ему.

В Управлении артиллерии прапорщик никого не застал и прошел на квартиру Гобято.

– Каковы ваши сегодняшние успехи? – спросил его капитан.

Звонарев подробно доложил обо всем.

– Я предполагал, что дело обстоит приблизительно так, как вы сообщаете. На Двадцать второй батарее надо будет сменить орудия. Хотя батарея только что построена, но на вооружение были поставлены старые орудия, других тогда не было. Теперь мы получили тридцать новых пушек и сможем произвести замену у Вамензона.

– Я вас хотел попросить: нельзя ли будет с батареи Вамензона откомандировать в мастерскую Блохина, он медник по специальности.

– Он сам вас об этом просил? – удивился Гобято.

– Нет, он ничего мне не говорил, я прошу за него, так как был свидетелем, как его избивал Вамензон.

– Если всех избитых Вамензоном откомандировывать с батареи, так там скоро не останется ни одного. Блохин же туда попал от нас за пьянство, и едва ли стоит его брать обратно. У Вамензона не распьянствуешься. Был Блохин и на Электрическом, пропил казенное имущество, пошел под суд, да дешево отделался: Борейко на суде спас его от арестантских рот, только в штрафные его перевели да выпороли.

– Как бы он там Вамензона не убил.

– Убьют Вамензона – плакать не будем.

– Зато погибнет ведь и Блохин, и другие солдаты пойдут под суд. Их жалко!

– Больно вы, Сергей Владимирович, жалостливый человек. Всех все равно не пережалеешь, а Блохина жалеть и не стоит, – все равно рано или поздно сопьется и умрет под забором! Пойдемте-ка сейчас с докладом к Белому, чтобы завтра с утра приняться за работу.

Перед квартирой Белого стоял парадный экипаж, на козлах которого сидел кучер-матрос.

– Кого привез? – спросил его Гобято.

– Командующего флотом адмирала Макарова и флаг-офицера лейтенанта Дукельского.

– Вот и отлично, заодно договоримся и о работе на Ляотешане, – обрадовался капитан.

В гостиной они застали Макарова в полной парадной форме, очевидно, приехавшего с визитом к Белым.

Макаров приветливо с ними поздоровался и продолжал беседу. Сам генерал был занят разговором с Агапеевым и Дукельским. Гобято со Звонаревым подсели к ним.

– Прекрасную прогулку совершили мы сегодня в море, – рассказывал Агапеев. – Вышли еще на рассвете и только час тому назад вернулись. Море было чудесное – ясно, тихо, солнечно. Японцев даже на горизонте не было видно. После вчерашней бомбардировки скрылись куда-то. Адмирал проявил исключительную энергию. Сперва был на тральщиках и показывал, как надо тралить, потом на катере подъехал к одной из вытравленных мин, осмотрел ее и приказал тут же разрядить. Как ни уговаривали его поберечься, не ушел, пока не были вывинчены ударные приспособления. Затем на «Новике» обошел всю эскадру и проделал целый ряд перестроений, указывая каждому судну его ошибки. И, наконец, когда вернулись в гавань, лично проверил, как корабли становятся на якорь. Такая подвижность, такая неутомимость, что можно подумать, что ему не пятьдесят пять лет, а тридцать. С таким адмиралом мы смело можем потягаться с японцами, – восхищался полковник.

– Адмирал производит симпатичное впечатление, – заметил Гобято.

– Тебя вчера намечали послать на Ляотешань для установки там тяжелых орудий, – обратился к Звонареву Дукельский.

– Хочу отказаться от этой работы; плохой я еще артиллерист.

– Ничего, справишься. Помогут другие, если в чем будет заминка, – успокоил лейтенант.

– Что это за амазонка скачет по улице? – спросил Макаров, глядя в окно.

Все обернулись к окнам. Варя красивым курц-галопом обскакала вокруг дома, подъехав к крыльцу, соскочила с лошади и нежно поцеловала ее в разгоряченную морду.

– Это наша младшая дочь Варя. Она очень увлекается верховой ездой и готова целый день не сходить с лошади, – пояснила Мария Фоминична.

– Казацкая кровь сказывается, – заметил Гобято.

– Вы казак? – удивился Макаров, обернувшись к Белому.

– Да, мы с женой с Кубани, – ответил генерал.

В комнату влетела в запыленном платье, с плеткой в руках растрепанная Варя. Увидев Макарова, она смутилась и мгновенно исчезла.

– Резвая она у вас, – улыбнулся адмирал.

– Даже чересчур, – заметила сердито мать и вышла.

Когда мужчины остались одни, Макаров предложил в деталях выяснить вопрос об укреплениях Ляотешаня. Белый принес план крепости, и все принялись обсуждать порядок намеченных работ. Решено было, что силами гарнизона будет проведена дорога до самой вершины Ляотешаня: моряки брали на себя установку двадцативосьмисантиметровой пушки, артиллеристы, в случае нужды, – постройку и вооружение батареи.

Когда через полчаса в гостиной появилась Варя в сопровождении матери, все деловые разговоры были уже окончены. Девушка, успевшая переодеться, умыться и причесаться, розовая от смущения, подошла с подносом к Макарову и сделала ему реверанс.

Адмирал, улыбаясь, смотрел на смущенно стоявшую перед ним девушку.

– Так вот вы какая лихая амазонка! Оказывается, не только скакать на лошади умеете, но и хозяйничать мастерица. Дай бог вам женишка хорошего, – мягко проговорил он.

– Рано ей еще о замужестве думать, – вмешалась мать, – пусть сперва старшие сестры выйдут.

вернуться

[93]

Обтюрирующие кольца – приспособление на пушках для устранения пороховых газов при выстреле.

59
{"b":"25922","o":1}