ЛитМир - Электронная Библиотека

Дознаватель внимательно изучил результаты своей работы.

– Сразу видно – человек писал правду. – Он с довольным видом убрал листок в папку и поднялся из-за стола. – Лекарь будет у вас через минуту.

– Сейчас мне уже все равно – лекарь или палач.

– Ну что вы, любезный, – умиротворяющим голосом произнес следователь, – ваша жизнь только начинается. Причем после сегодняшней ночи ее цена существенно возросла. Главное теперь – не ошибиться в покупателе.

Дверь захлопнулась, пламя свечи погасло. Мурланд остался в темной комнате наедине с нестерпимой болью и противоречивыми мыслями, вызванными последней фразой ушедшего.

– Чем отличается мальчик от мужчины? – экзаменовал своего подопечного Варлок.

– У подростка нет предназначения, а у взрослого есть, – не задумываясь ответил Арлангур.

В дремучих чащобах кровожадная живность всевозможных размеров и форм попадалась довольно часто, но обшаривали хищники, как, впрочем, и их добыча, не все закоулки неприветливого леса. Существовали редкие оазисы, куда их было не заманить никакими коврижками. Здесь произрастали все те же деревья-вампиры, известные у городских жителей под названием дурманиты. Черный остроухий хищник знал об одной полянке, на которой опасные для магических существ деревья росли по периметру, образуя привлекательную посадочную площадку для григлонов. С высоты птичьего полета вид растений определить трудно, а когда зверь приземлялся на краю поляны, сразу попадал под чары вампира и полностью лишался своих собственных, на сутки превращаясь из грозного хищника в большую беренку. Потом магия возвращалась, и он вспоминал, что умеет летать, если, конечно, его не успевали съесть другие любители плоти. Как не воспользоваться задумчивостью бредущего куда глаза глядят собрата по ремеслу? Не съешь ты его сейчас, он со временем опомнится и съест тебя. Закон леса – штука суровая.

– Ответ неправильный, вернее, односторонний. – Варлок расположился в самом центре полянки, куда не доставали чары дурманитов. Если бы не поваленное молнией дерево, он не смог бы проникнуть на запретную территорию по земле. – Мужчиной можно считать лишь того человека, кто умеет постоять за себя и за своих близких. В противном случае он так и остается подростком, будь у него хоть десять предназначений.

– Десять… – мечтательно произнес юноша. – Как у верховного мага?

– Молодой человек, я попрошу быть внимательным и не отвлекаться по пустякам. Сейчас речь идет не о магии и не о предназначениях. Ты хочешь стать настоящим мужчиной?

– Очень хочу.

– Тогда перестань пускать слюни по поводу предназначения! – сурово отрезал Варлок.

– Но как….

– Узнаешь со временем. А мы начнем с выяснения того, что ты умеешь. Я обратил внимание, что у тебя западный стиль владения копьем.

– Так меня учил отец.

– Показывай.

Юноша знал несколько боевых танцев с копьем. Западный стиль отличался от восточного тем, что на востоке удлиненное древко с наконечником чаще использовалось в качестве вспомогательного оружия. При столкновении лоб в лоб им сбивали противника с драгана или использовали как метательное оружие во время охоты. Не важно на кого – на зверя или человека. В Саргандии же, наоборот, копье считалось одним из основных видов вооружения. Копьеносцы редко применяли его для метания во врага и использовали в качестве колющего и рубящего инструмента. Вот почему наконечники копий на западе были похожи на укороченные мечи, да и длиной древка они значительно уступали восточным собратьям.

Отряд специально подготовленных копьеносцев в войсках Саргандии часто называли мясорубкой. Варлок только теперь понял – почему. Несмотря на некоторую скованность движений парня, хищник, знающий толк в боевом искусстве, отметил смертоносность непредсказуемых выпадов мелькающего, как лопасти мельницы в ураган, лезвия.

– Недурно, Ар, – сказал он запыхавшемуся пареньку, когда тот закончил. – Но дыхание никуда не годится. Десять минут такого боя – и ты выдохся. Будем работать. Что еще ты умеешь?

Отрок, к нескрываемому удивлению остроухого учителя, легким движением отсоединил лезвие от древка.

– Могу драться шестом. – Юноша едва не произнес запрещенное «я», спохватившись в последний момент. – Арлангур был первым бойцом в деревне. Самым лучшим среди подростков.

Хвастовство ученика несколько покоробило учителя, но тот удержался от замечания:

– Сейчас посмотрим.

– А можно мне чуть-чуть передохнуть?

– Только в том случае, если ты не спешишь стать взрослым. – Черный хищник демонстративно повернулся спиной.

– Уже показываю. – Паренек снова закружился в стремительном вихре, пытаясь предстать перед учителем в самом лучшем свете.

Варлок отметил, что парень не остановился, пока не закончил весь каскад движений с шестом. «Характер у него есть. Другой бы закончил на полпути и сказал, что так и должно быть».

– С шестом у тебя получается лучше, но все движения тренировочные. Таким ударом ты лишь свалишь противника на землю, не больше.

– Не устоял на ногах – значит, проиграл, – немного отдышавшись, пояснил Арлангур правила Маргуды.

– Чем быстрее ты об этом забудешь, тем лучше. Настоящий враг упадет не раз и не два, снова встанет и продолжит бой. И встанет он как раз в тот момент, когда ты, посчитав его поверженным, повернешься спиной.

Картина грандиозной битвы на несколько секунд предстала перед глазами Варлока. Он видел сотни воинов с озверевшими лицами, несущихся навстречу друг другу, видел, как они сталкиваются, вонзая в тела друг друга смертоносную сталь, слышал стоны раненых людей и истерзанной магическими ударами земли. «Что за наваждение! Почему я помню то, чего не знаю?» Зверь потряс мордой.

– Учитель, что случилось?

– Ничего. Просто задумался. На чем мы остановились?

– Ты говорил об ударе в спину. Но так же нечестно!

– Святая наивность! Тот, кто пришел отобрать у тебя имущество, жену, ребенка или саму жизнь, уже задумал подлый поступок. Неужели он будет действовать честными методами?

– А зачем кому-то чужая жизнь?

«Действительно, зачем?» Хищник внимательно посмотрел на юношу:

– Причин много, и о них мы в свое время поговорим подробно.

– Прибыл гонец Его Величества, – доложил бледный дворецкий, появившийся из-за спины Еерчопа.

Призрак в это время был настолько увлечен поглощением «совершенно ненужной» ему пищи, что не обратил внимания на негромкий звук открывшейся двери, поэтому голос слуги заставил Еерчопа вздрогнуть от неожиданности. И это привело к катастрофическим последствиям: обжора резко налетел прямо на птичью ляжку, которую собирался отправить в рот. Она сработала в качестве тормоза, остановив движение головы. Хорошо еще, что парню не нужно было дышать: окорочок плотно закупорил горло, причем настолько «удачно», что всесильный дух разрушения не смог его вытащить.

– Пять плетей, – с трудом сдерживая смех, строго сказал агрольд. Он получил невыразимое удовольствие от результата неожиданного визита дворецкого, но не наказать нарушителя установленного порядка не мог: никто не имел права входить в столовую без вызова во время трапезы. Впрочем, не доложить о прибытии королевского посыльного тоже было нельзя, такая неисполнительность каралась еще строже.

– Благодарю вас, господин! – с чувством поблагодарил дворецкий.

– Через полчаса проводи его в зал для гостей, а пока пусть подождет во дворе. – Дербиант подошел к беспомощному едоку и мощным ударом в затылок оказал медицинскую помощь. «Пробка» вылетела, словно пуля, и, ударившись о спинку стула, с грохотом его опрокинула.

– Слушаюсь, господин, – получив задание, слуга поспешил откланяться.

– Ходят тут всякие, поесть спокойно не дадут! – принялся жаловаться пришелец из потустороннего мира. Он наскоро вытер лицо и руки скатертью и сдвинул стол в сторону. – Хочешь, я отправлю этого гада восвояси?

– Какой смысл? Тогда мы не узнаем, зачем он прибыл. Короля раньше времени обижать не стоит.

16
{"b":"25926","o":1}