ЛитМир - Электронная Библиотека

Вот оно – спасение!

– Некогда на объезды время тратить, – деловито распорядился Филя, вылезая из кабины, – переплывем на лодке, а там и до милиции рукой подать.

Шурик попытался усомниться, что на заречных полях есть милиция, ибо доставлялся в это учреждение неоднократно и знал его адрес очень хорошо. Но Филя был неумолим, он почти силком втолкнул Шурика в лодку, разрубил веревку ударом ножа и с силой оттолкнул ветхое судно от берега. Течение тут же вынесло его на середину. Сироткин озадаченно вертел головой, мало чего соображая. Затем все понял и закричал, как Мальчиш-Кибальчиш:

– Измена! Измена… Родину предали! На помощь! Россию продали!

Но никто не слышал его протяжного крика. Лишь какой-то сонный рыбак тихо вздохнул и сокрушенно покачал головой.

А течение уносило его все дальше и дальше, мимо вспаханных полей, убогих деревень, ржавеющих комбайнов и унылых перелесков. Шура кричал, кричал, но потом упал на дно лодки и уснул, утомленный событиями прошедшей ночи. Филя постоял минутку, раздумывая, выносить ли ему резюме из этого случая, а затем махнул рукой и поехал в гостиницу.

– Поиски Карло мы начнем немедленно – сказал Чебурашка, убедившись, что все в сборе. Только что они выслушали рассказ Фили о происках Сироткина и теперь пили портвейн «Кавказ», обдумывая услышанное.

Чебурашка продолжал:

– Перемещаться такой толпой нам не резон. А потому мы с Геной и Мурзилкой летим в Москву, а вы трое – в Ленинград. Обо всех новостях докладываем друг другу на главпочтамт до востребования. А теперь отдыхать. Отправляемся завтра рано утром. И не вздумайте опаздывать на самолет.

2

Судьба разделила наших героев и теперь два самолета уносят их в разные концы необъятной страны. Группа Чебурашки летит на стремительном АН-24 в Москву, а неразлучная троица на облупленном «кукурузнике» выбирается из районного центра в областной, чтобы уже оттуда добраться до второй столицы.

Еще в начале полета Хрюша сообщил друзьям, что ему не нравится звук двигателя. Он был спецом в этих вопросах и все разделили беспокойство, что, впрочем, не помешало им устроиться на узлах и заняться игрой в карты.

Хрюша сидел на деревянной скамье у иллюминатора и с нарастающей тревогой следил за стуком поршней. Справа на него навалилась исполинская баба. Ее могучее дыхание доносило запах конюшни. Баба спала богатырским сном. Ей снилось, что она, вся обнаженная, несется на прекрасном коне по диким холмам с победным криком, и во сне она глухо смеялась от восторга, хотя увидь эту картину кто-то другой, он завизжал бы от ужаса.

Хрюша выглянул в иллюминатор и с грустью посмотрел на унылую русскую землю. Шел мелкий дождь. Пашни были прикрыты его мутной пеленой.

И вдруг Хрюша побледнел. Он увидел, что стропа, держащая крыло, сейчас оборвется – кронштейн держался на одной заклепке и уже отгибался.

Хрюша сбросил с себя спящую бабу и метнулся в пилотскую кабину. Один из летчиков спал, откинувшись в кресле, другой читал журнал «За рулем», изредка поглядывая на приборы.

Хрюша растряс спящего и вкратце все объяснил. Пилоты недружелюбно посмотрели на него и один из них, очевидно командир, сказал: – Пойдем на вынужденную.

И они взялись за штурвалы, принялись высматривать внизу подходящую площадку.

Как назло, под брюхом самолета были то деревья, то холмы, а между тем Хрюша уже телом ощущал, как рвется стропа.

Раздался короткий неуловимый звук и самолет немного качнуло. Выглянув наружу, Хрюша с ужасом убедился, что последняя заклепка вылетела и крыло болтается свободно без опоры. Он резко развернулся к командиру и процедил сквозь зубы:

– Дай штурвал…

– Ты что, очумел, парень? Иди проспись!

– Дай штурвал, придурок! – с этими словами Хрюша вытолкнул пилота из кресла и сел на его место.

Ждать было нельзя. Хрюша сразу приглядел себе холм с пологими склонами и направил самолет вниз. Что и говорить, машина плохо слушалась руля, плюс к этому отвратительная видимость – дождь пошел сильнее.

Хрюша сбросил газ и повел машину на посадку. Командир съежился в углу и испуганно наблюдал за его действиями, стряхивая пот уголком журнала. Крыло уже трещало. Все это слышали.

Хрюша закончил последний маневр, прижался к земле, и самолет, последний раз взмахнув элеронами, побежал по широкому склону. В ту же секунду заглох двигатель, а, когда самолет тряхнуло на кочках, с душераздирающим скрежетом отвалилось, наконец, крыло. Самолет замер на месте, Хрюша откинулся на спинку кресла и закурил. Второй раз в жизни.

В салоне уже зарождалась тихая запоздалая паника. Исполинская баба проснулась и глазела наружу, все еще не понимая, почему дикие холмы рядом, а прекрасного коня нет.

– Где учился? – спросил второй пилот после недолгого молчания.

– В Калифорнии, – чистосердечно признался Хрюша.

– Шутник… – ощерился пилот.

Командир раздраженно договаривался с диспетчером, чтобы за пассажирами выслали вертолет. Но через час выяснилось, что никакого вертолета не будет. Еще через два часа дождь утих и пассажиры, взвалив на себя мешки и ящики потянулись по скользкой грязи в сторону ближайшего поселка, благо до него было всего четырнадцать километров.

Чебурашке стоило огромных усилий найти в Москве приличный гостиничный номер. Однако усилия были вознаграждены: он выбил прекрасный трехкомнатный люкс с двумя телевизорами, холодильником и даже роялем. Пока они с Геной устраивались, куда-то исчез Мурзилка.

А дело было вот в чем. Он решил без свидетелей позвонить одной из своих подруг, которую не видел уже несколько лет. Поскольку все телефоны-автоматы в округе были изуродованы, он прошел пару кварталов и вдруг увидел интересную личность.

Это был худосочный средних лет гражданин с безумными глазами, который маршировал по улице, напевая:

Карабас нам нипочем!
По мошонке кирпичом!

Мурзилка позабыл о подругах и взял гражданина за локоток, а поскольку гражданин начал сопротивляться, пришлось его успокоить.

Когда Мурзилка доставил пленного в номер, Крокодил Гена схватился за сердце:

– Кащей… – только и смог сказать он.

– Вот, – объяснил Мурзилка, – иду, смотрю – идет. Что-то кричит про Карабаса. Ну я дал ему по голове и принес. Думал, может какая польза из него будет…

Кащей услышал имя Карабаса, вдруг тоненько пискнул и затараторил:

Карабас – наш дурачок,
Провалился раз в толчок…

Чебурашка обошел вокруг него и медленно проговорил:

– Неплохое начало… Ведь это бессмертные стихи Пьеро!

Наконец, пришел в себя Гена.

– Ты почему без камбалы?! И вообще, почему ты жив?!

– Оставьте меня! – завизжал Кащей. – Я бессмертный! Я Гагарина видел! – и тут же перешел на нежный ласковый шепот. – Девочки, мальчики играют в дочки матери. Доиграются…

– Да он бредит! – догадался Мурзилка.

– Слушай-ка, приятель, – обратился к Кащею Чебурашка, – и в каком яйце у тебя смерть – в левом или в правом?

Кащей захохотал.

– Не выйдет! Меня кастрировали! Кастрировали! Мое яйцо в институте мозга! А там – там знаете у меня знаете что? – Кащей перешел на шепот. – Кубики! Ку-би-ки!

Он расстегнул ширинку и оттуда действительно выпал кубик с женской задницей.

– По-моему, от него толку не будет, – предположил Чебурашка.

– У парня была слабая психика, – согласился Гена. – Ему многое пришлось пережить.

Мурзилка вышел вперед.

– Ну что, его обратно отнести?

Кащей тем временем лег на пол и заговорил нараспев.

– Легионеры бросили меня в море. Я плыл, плыл, и русалки щекотали мне пятки. И через несколько лет я увидел златые берега Греции. Но я все плыл, плыл…

13
{"b":"25937","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
7 принципов счастливого брака, или Эмоциональный интеллект в любви
Время не знает жалости
Мы – чемпионы! (сборник)
Черный человек
Луна-парк
До трех – самое время! 76 советов по раннему воспитанию
Моцарт в джунглях
Птицы, звери и моя семья
Марсиане (сборник)