ЛитМир - Электронная Библиотека

– На кого работаешь?

Потом, не давая опомниться, намекнул:

– Можешь пока побыть у нас.

И тут же дал понять:

– Кстати, здесь можно хорошо заработать.

Уговорить Сироткина не составило большого труда.

Карабас уже двигался к дверям, когда к нему подлетел один из охранников.

– Срочное сообщение из второго бункера!

– Что?

– Старый хрыч Карло…

– Ну?

– У него неприятности.

– Дальше?

– Он умер.

– Почему? – искренне удивился Карабас.

– Его кормили печеной редькой. Осмелюсь доложить, я бы тоже умер.

– Ну и черт с ним, – сказал Карабас и зевнул. – Все равно бы я его загубил.

Он повернулся, но охранник не дал уйти.

– Что прикажете делать с телом?

Карабас одарил его долгим тяжелым взглядом.

– Подайте его к кофе вместо бисквита.

– Осмелюсь доложить, не пойдет, – охраннику было не до шуток. – К кофе не подают мясных блюд.

– Ну тогда порубите на куски и украсьте рождественскую елку, – начал раздражаться Карабас.

– Тоже не годится. До Рождества еще долго, а мясо…

Карабас топнул ногой и закричал:

– Да бросьте вы в шахту этот кусок дерьма, в шахту! И не лезьте со всякой ерундой.

Он снова собрался уходить и снова это не удалось. Помешал Урфин.

– Слушай, а что с бабами-то делать?

– А… – махнул рукой Карабас. Вклейте им свистульки и поставьте… Ну хоть в спортзал – пусть ребята удары отрабатывают. Все, до утра меня не беспокоить.

– Шеф, – снова позвал Урфин. – А свистульки им вклеивать где?

Карабас побелел от гнева. Он взял телохранителя за шиворот и прокричал ему в лицо такое, что все окружающие стыдливо опустили глаза и захихикали.

За руль Колобок уселся сам. Выезжая на Фрунзенскую набережную, он вдруг спросил:

– А этот ваш Карабас – он блатной или так, фраер?

– Да так… – пожал плечами Чебурашка. – Приблатненный.

– Ну тогда сначала заедем в «Розу». Может там ребята что-то знают.

Через двадцать минут они остановились возле кооперативной закусочной, переделанной из обувной мастерской.

– Идите за мной и смотрите в оба, – строго предупредил Колобок. – Неделю назад здесь брали одного лопуха за подделку пенсионного удостоверения. Оказалось, тут целая мафия.

Посетителей в столь ранний час было немного – пожилой рабочий с тарелкой рогаликов и стаканом чая, а еще провинциальная бабушка, которая кушала привезенное с собой сало. Угрюмый бармен смотрел телевизор и изредка громко, но совсем невесело смеялся.

Колобок тихо проскочил к прилавку и рявкнул:

– Где ты был 14 мая 1976 года в 18 часов 50 минут?!

Бармен вскочил, бестолково хлопая глазами, затем узнал Колобка, еще больше испугался и залопотал всякую глупость:

– Это не я… Я в садик ходил… Я не хотел… Я…

– Что ты якаешь, как болван! – еще злее крикнул Чебурашка. – Отвечай на вопрос!

– Да я ж ничего не знаю, – едва не расплакался бармен.

Колобок подошел к нему вплотную и взял за пуговицу.

– Знаешь в чем твоя главная ошибка? – с напряжением сказал он. – В том, что держишь меня за фраера, которому можно впарить любую туфту. Но я-то не фраер…

Бармен окончательно растерялся, часто заморгал и выдавил тоненьким голосом:

– Это Хряк.

– Что Хряк?

– Это Хряк стянул у той бабы кошелек в троллейбусе. Он пьяный был. А деньги здесь у меня и пропил вчера вечером.

– Почему сразу не сообщил?

– Я боялся…

– Ладно, ты еще молодой, я тебя, может быть, прощу. Но чтоб завтра же в 11:00 ты принес мне бумагу, где все про этого Хряка напишешь. И не дай Бог опоздаешь!

– …Я же говорил, целая мафия, – сказал Колобок, когда ни сели в машину. – Но про Карабаса здесь ничего не знают.

– С чего ты взял?

– Чувствую. Контингент не тот.

– Острое у тебя чутье, – пробормотал слегка удивленный Крокодил. – Куда дальше едем?

– Теперь – в «Белую ночь». В народе это заведение называют «Кровавая харя». Там вообще одна сплошная мафия.

«Белая ночь» оказалась еще более гнусной забегаловкой, чем «Роза». С самого утра вокруг нее толпились синеватые граждане и клянчили у прохожих деньги. Счастливчики, которым это удалось, протискивались внутрь и там глотали мутное пойло, которое им разливал из трехлитровых банок небритый продавец в синем халате.

Колобок растолкал синеватую массу у входа и решительно прошел внутрь. Продавец сразу уловил легкий переполох в питейном зале, увидел Колобка и переменился в лице.

– Это они! – хрипло заорал он. – Вон те двое пришили бомжиху в подъезде. А подушки из магазина Федул воровал, он еще не пришел. Кассу в домоуправлении Лысый с Пупсом взяли, они сейчас у Костыля на даче отсиживаются.

– Почему не по уставу докладываешь? – оборвал его Колобок, не обращая внимания на алкашей, которые в панике выбегали на улицу.

– Виноват!

– Что б завтра все эти твои приятели были у меня. При себе иметь паспорт и заявление о явке с повинной. И не дай Бог, кто-то не придет. Ты меня знаешь…

– Все будет в лучшем виде! – надрывался продавец, размахивая трехлитровой банкой.

– Я смотрю, ты здесь свой человек, – заметил Крокодил уже в машине. – А что, эти ребята тоже про Карабаса не знают, ты опять почувствовал?

– Про Карабаса? Ах, да! – Колобок хлопнул себя по лбу. – Забыл спросить. Ну ничего, заскочим сюда попозже, а сейчас поехали ко мне, пообедаем. Пока доедем, как раз время обеда будет.

Дверь им открыла стройная улыбчивая девушка в чистеньком передничке.

– Познакомьтесь, – с гордостью сказал Колобок. – Моя жена, Красная Шапочка.

Молодая хозяйка пригласила их на кухню и начала накрывать на стол, не умолкая ни на секунду.

– Ты знаешь, дорогой, сегодня на работе я рассказала девочкам про секретную операцию, которую вы будете проводить в пятницу. Всем очень понравилось. Самое интересное, что жена того взяточника, которого вы собираетесь арестовывать, работает у нас в соседнем отделе…

– Красная Шапочка работает в «Доме игрушки», – пояснил Колобок. – Настоящая боевая подруга, я с ней всегда советуюсь.

– Да, утром забыла тебе сказать! – продолжала Шапочка. – Вчера вечером, когда ты спал, приходил сосед, просил молоток. Я у тебя в ящике поискала, молоток не нашла, дала ему какую-то тяжелую железку…

– Это наверно, был мой пистолет, – сказал Колобок. – Пойди возьми его обратно, или хотя бы скажи, чтоб они его разрядили. Я его сегодня все утро искал.

– Я уже ходила утром, но они сказали, что уронили с балкона и не нашли.

– Ладно, с соседом я позже разберусь. Надо же, не нашли!

– Куда поедем после обеда? – спросил Чебурашка.

– Есть еще несколько мест. Кстати, нам понадобится его фотография, чтоб я мог хоть людям показать.

– Пожалуйста, – Чебурашка бросил на стол бумажник, в котором хранились фотографии Карабаса и некоторых людей из его окружения.

– Ой, а я его знаю! – воскликнула Шапочка, указывая изящным пальчиком на портрет Карабаса. – Хотите, я передам, что вы его ищете?

Гена застыл с непрожеванным куском во рту.

– Не надо ничего передавать! – осторожно попросил Чебурашка. – Рассказывай дальше, девочка.

– В прошлом месяце он заходил к нам в магазин, купил настольную игру «Знай гражданскую оборону». Потом еще бывал, покупал кубики и еще что-то. А иногда просто так заходил, спрашивал, как дела, приглашал в гости посмотреть его коллекцию противогазов.

– Когда он появится в следующий раз? – спросил Гена слабеющим от волнения голосом.

– Не знаю. Давно уже его не видела. Но он живет где-то рядом, я заметила, что он всегда приходит пешком, хотя носит на ремне ключи от машины.

– Молодец! – порадовался Колобок. – Вот что значит – жена опера.

– Та-ак! – протянул Чебурашка. – Ну и где этот твой магазин?

– Это рядом с «Президент-Отелем». Метро «Октябрьская».

– Вот что, – сказал Чебурашка. – Хватит нам кататься по питейным заведениям, с этого часа мы будем патрулировать улицы вокруг «Дома игрушки». Наших ребят тоже вызовем. Спасибо тебе, девочка, за хорошие новости, если этот толстяк еще раз объявится, сообщи нам.

26
{"b":"25937","o":1}