ЛитМир - Электронная Библиотека

Он протянул ей свою рацию.

– Умеешь пользоваться?

– Обязательно, – ответил за нее Колобок.

– Может он как раз в этом отеле? – задумался Крокодил. – Надо будет проверить.

– Надо будет много чего проверить, – ответил Чебурашка. – А в этом отеле я был. Туда кого попало не пускают. Да и не станет Карабас тратить такие бешеные деньги на жилье.

– Ну ладно, мальчики, у меня обед кончается, – прощебетала Шапочка, засовывая рацию в сумочку. – Отдыхайте, пейте чай. А если придет этот ваш Карабас, то я позову Томку из отдела мягкой игрушки и она его так придавит, что он будет валяться, пока вы не приедете. Пока!

Погода портилась с каждым днем. В порывах ветра, холодных брызгах дождя и прощальных криках птиц все больше ощущалась осень. Все больше портилось и настроение у наших друзей.

Вот уже который день они колесили вокруг «Дома игрушки», заглядывали во дворы, показывали старушкам у подъездов фотографии Карабаса, но безуспешно. Агенты Колобка тоже не радовали результатами. Все уже склонялись к мысли, что либо Красная Шапочка ошиблась и Карабас живет в другом районе, либо он вообще уехал из Москвы. И вдруг произошло одно неожиданное событие.

В тот день перестал моросить дождь. Чебурашка с Геной сидели в машине и подкреплялись горячими сосисками, когда вдруг ожила рация. Это был Мурзилка.

– Чебурашка, тут Спасатели.

– Я очень рад, – хмуро ответил Чебурашка. – Мог бы из-за этого не сажать батареи рации.

– Они сидят на крыше и кого-то пасут. Есть смысл с ними пообщаться. Это за цветочным магазином. Подъезжайте, а я их пока спущу вниз.

За магазином открылся пустырь, обнесенный забором и несколько старых построек. Летательный аппарат Спасателей стоял неподалеку.

– Вот, – сказал Мурзилка, – какой-то хмырь им деньги должен.

– Не заплатил и смылся, – уточнил Дейл.

– А мы тут уже почти неделю болтаемся, – добавил Чип.

Чебурашка достал из бумажника фотографии и протянул Спасателям.

– Не этот?

– Не, – помотал головой Чип. – Тот без бороды.

– Постой-постой, – заволновался Дейл и вытащил из стопки портрет Дуремара. – Вот же он. Я эту поганую харю навек запомнил.

– Куда он спрятался? – спросил Чебурашка, сдерживая волнение.

– Вот в этот дом. Видимо, в подвал.

– Господи! – еле слышно проговорил Крокодил. – Неужели нашли?

– Так, ребята, – сказал Чебурашка. – Сколько вы собирались снять с этого парня?

– Вообще-то он должен нам пятьдесят долларов, – важно проговорил Дейл. – Но с учетом морального ущерба…

– Вот вам стольник. И чтоб через две минуты вас здесь не было.

– Вот это деловой разговор! – с уважением отметил Чип. – Все, мы сматываем удочки.

– Как! – воскликнул Дейл. – Мы даже не постреляем?

– В тире постреляешь, – ухмыльнулся Чип и подзатыльником загнал его в кабину аэролета.

Мурзилка в тот момент вместе с Гаечкой копался в моторе и слишком уж оживленно с ней беседовал. Чебурашка позвал его и задремавшего за рулем Филю и спросил:

– Что будем делать?

– Накрыть их медным тазиком, – буркнул Филя.

Мурзилка почесал затылок.

– Я вот что думаю, – сказал он, со вздохом провожая глазами улетающую Гаечку. – Нет никакой гарантии, что они не смоются, пока мы будем ломиться внутрь. Я спросил у этих ребят и они мне сказали – Дуремар вошел в этот дом, но ни разу никто из него не вышел. Значит есть и другие выходы?

– Не забывайте и о том, – добавил Гена, – что нас могут запросто перестрелять на входе раньше, чем мы успеем крякнуть. Уж я-то знаю, как Карабас охраняет свои объекты. Я предлагаю осмотреть этот домик и быстренько смотаться домой. Там мы за пивком спокойно все обмозгуем.

Они приготовили оружие и вошли в тишину заброшенного дома. Как и предполагалось, ничего интересного они там не обнаружили – груды хлама, грязные стены и мертвые голуби.

Темный, залитый водой подвал тоже не вселял надежд. И лишь одно помещение в нем вызывало интерес. Это была сухая комнатка с окошечком под потолком и толстой железной дверью в стене. Было видно, что дверью пользовались совсем недавно.

– Здесь, – уверенно сказал Гена.

– Согласен, – ответил Чебурашка. – И что дальше? Вскрыть ее консервным ножом?

– Устроить засаду, – осенило Филю.

– Спасатели уже устроили, – сказал Гена, – и ничего не добились. Дверь мы нашли, теперь поехали домой. Дома думается лучше.

Хрюшу и Степашку оставили в тот день дежурить в гостинице на случай всяких неожиданностей.

Они и не возражали. С самого утра друзья развлекались тем, что выбирали из телефонного справочника номер наугад, по несколько раз звонили туда и извиняющимся голосом говорили:

– Здравствуйте, это вас из железнодорожного общежития беспокоят, из пятой комнаты. Федя с утра ушел посылку сестре в Витебск отправлять, а я сижу в ванной и жду его, а он все не идет. Может вы подъедете на «Щелковскую», потрете мне спинку, а то завтра к врачу идти…

Их проклинали, обещали разыскать и убить, но, выждав время, Хрюша опять брал трубку и говорил:

– Это Федя… У меня братан в ванной сидит, ждет, а я щас руку об бутылку распорол, мочить нельзя. Через полчасика к вам пацаны заедут, отвезут вас спинку ему потереть, а то ведь замерз уже, бедолага. Вы уж постарайтесь… А я еще перезвоню.

Веселье было в самом разгаре, когда телефон резко и настойчиво зазвонил. Друзья не на шутку испугались, неужели у кого-то из их жертв оказался определитель номера?

Степашка осторожно поднял трубку.

– Добрый вечер, пожалуйста, пригласите Чебурашку, – раздался далекий и мучительно знакомый голос.

– Он ушел, – подозрительно сказал Степашка. – А кто?..

– Передайте ему, что звонил Буратино и…

– Буратино! – воскликнул Степашка, подпрыгивая от радости. – Ты где?

– Степашка, это ты что ли? Я далеко – в Мексике.

– Приезжай, тут такие дела!

– Я все знаю. У меня мало времени, слушай внимательно. Зайдите в каморку моего отца, там за старым холстом – дверь. Ключ возьмите у соседей…

В этот момент в трубке пискнуло и раздался шум помех. Слышимость резко упала. Степашка с трудом разбирал отдельные слова.

– …пригодится… слева… много… самое главное…

Снова в трубке пискнуло и голос Буратино сменился короткими гудками. Связь оборвалась.

Степашка сплюнул, бросил трубку.

– Ну! – подступился Хрюша, зеленея от нетерпения.

– Он сказал, что в каморке папы Карло есть дверь, а там… Там много чего-то, что нам может пригодиться. Слева где-то. А самое главное…

– Ну, что?!

– А самое главное он не сказал, потому что разъединили. И вообще, я мало чего понял.

– Может еще перезвонит?

– Вряд ли… Он в Мексике, а наша связь не способна совершить одно и то же чудо дважды подряд. Давай лучше быстренько домчим до каморки и поглядим, чего там много.

…В этих кварталах, где селилась московская беднота, они не были уже много лет. И все же сердце защемило от возвращения в места, где прошло их детство. Вот в эту лужу они не раз бросали Буратино, поспорив с окрестными мальчишками на бутылку газировки, что он не утонет, даже если не будет грести руками. А вот к этому забору они едва не прибили за уши Чебурашку в первый день их знакомства.

Каморка старика Карло была заколочена и опечатана. Друзья хотели войти, но какая-то бабка маячила неподалеку, пытаясь продать мешочек мелкой сморщенной картошки. Привыкший действовать без свидетелей Степашка подскочил я рявкнул:

– Почему без кассового аппарата?!

Бабка самоустранилась.

Хрюша дернул за ржавый замок и вырвал петли из трухлявого дерева вместе с гвоздями.

Если бы не пыль и запустение, они бы решили, что вернулись на десятки лет назад. Все было точно также: цельносварной стол из отходов автомастерской, ящик с деревянными игрушками Буратино, рулон бракованной типографской бумаги, из которой Карло мастерил сыну курточки, брючки, носочки, телогреечки, бронежилетики и прочее.

– Буратино сказал, что это где-то слева, – проговорил Степашка, отрываясь от воспоминаний.

27
{"b":"25937","o":1}