ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Метро 2035. За ледяными облаками
Эрта. Личное правосудие
Все чемпионаты мира по футболу. 1930—2018. Страны, факты, финалы, герои. Справочник
Предсказание богини
Будь одержим или будь как все. Как ставить большие финансовые цели и быстро достигать их
Несбывшийся ребенок
Попрыгунчики на Рублевке
Шепот пепла
Как написать кино за 21 день. Метод внутреннего фильма
A
A

Тем временем долина пробуждалась. Она потягивалась и вздрагивала спросонья. Рригель зацепился размытой кромкой за изломанную линию горизонта, и грязно-оранжевые лучи сначала робко, а потом все настойчивее заелозили по вершинам холмов. Купол неба выгнулся. Облака ожили и заскользили по нему бестолково – сразу в разные стороны. Обе луны, еще недавно выглядевшие глянцевыми, стали вдруг матовыми и начали бледнеть. Наступал день. Очередной день планеты Тиберрия. Влад де Арнарди по прозвищу Кугуар надеялся прожить этот день достойно, мужественно перенеся все невзгоды и лишения. А что таковые на его долю выпадут, даже не сомневался.

Пока же, спасая глаза от лучей коварной звезды, он вытащил маску и натянул на лицо. Поправил шляпу, пристально глянул на Тыяхшу и мысленно попросил: «Оглянись!» Девушка оглянулась. Посмотрела, ничего не сказала и отвернулась. Ее светлые волосы, собранные нынче в хвост, описали в воздухе дугу.

Влад усмехнулся.

Трудная девушка. Серьезная девушка. И неприступная. Ни грамма кокетства. Еще бы! Ей не до романтики – у нее великая миссия. Другие в ее возрасте на мужей охотятся, а она – на каких-то загадочных чудовищ. То, что землянин к ней неравнодушен, в упор не видит. Не интересует ее землянин. Ни капельки. Смотрит на него в этом смысле, как на пустое место.

Влад в отместку тоже старался глядеть на нее отстраненно. Как на картину за музейным стеклом. Или как на дом, в котором ему никогда не жить. Глядеть так на того, к кому тянет, трудно конечно. Даже очень трудно. Практически невозможно. Но Влад старался.

Чтобы отвлечься, пересчитывал стрелы в колчане Охотницы. Раз, два, три… Раз… Чертов Пыхм! И раз и два… Нет, заново… Раз, два, три, четыре… Восемь стрел. Восемь стрел у нее в колчане. А у него – шесть. Мистер Дахамо, помимо коня, ему еще и арбалет подарил. Нашел со стременем, подходящим под сорок четвертый растоптанный, и торжественно вручил. И еще в придачу колчан с шестью стрелами дал, не пожалел. Добрый человек. Хотя и колдун.

Тыяхша вдруг резко осадила Тукшу, и несуразная коняга Влада опять дернулась в сторону.

– Что случилось?! – воскликнул Влад, натянув поводья.

– Я так и не поняла, – сказала Тыяхша.

– Чего ты не поняла?

Вновь пустив коня, девушка разъяснила:

– Не понимаю, чем отличается нежелание жить от желания умереть.

– Фу ты, блин! – выругался Влад. – Перепугала насмерть.

Он дал коню шенкеля, чтобы поехать с девушкой вровень. Тропа метров двести назад расширилась, поэтому двух конных приняла свободно. Когда Влад поравнялся, Тыяхша скосилась на него и посетовала:

– Никак в толк не возьму, что ты имел в виду. Это выше моего понимания.

– Подумаешь, – хмыкнул Влад и признался: – Я и сам этого не понимаю. У меня ведь как получилось. Жить не хотел, вот и подался на фронт. А на фронте оказалось, что и умирать не хочу. Вот так и пошло: смерти искал и избегал ее. В пекло сломя голову лез – и всю дорогу цеплялся за жизнь. До последнего. – Он замолчал, что-то припоминая, потом тряхнул головой: – Ладно, что толку сейчас об этом. Ты вот лучше скажи, чем вы эти штуки намазываете?

– Какие? – не поняла Тыяхша.

– Вот эту вот сыромять, – потряс Влад поводьями.

– Смесью дегтя и жира рыб. А что?

– Да ничего. Духан такой, что голова кружится.

– Не нравится – пешком иди.

– Потерплю.

Какое-то время они ехали молча, потом Тыяхша спросила:

– А тебе воевать нравилось?

– Когда как, – ответил Влад. – Сначала в таком состоянии был, что просто не задумывался. Тупо на автомате работал – зуб за зуб, око за око. Была причина. Личная. А потом… Потом был период, когда во вкус вошел. И на кураже много чего понатворил. Ой, много! Но однажды…

Влад осекся.

– Что «однажды»? – ухватилась за слово Тыяхша.

– Неважно.

– Не хочешь вспоминать?

– Совершенно.

– Ну и не вспоминай.

Тогда Влад попробовал объяснить, ничего не объясняя.

– Знаешь, – сказал он, – война дает возможность человеку кое-что понять про себя. И приходит мгновение, когда ему это удается. Но потом он с ужасом обнаруживает, что истину, за которой пошел на войну, там найти невозможно. Ее попросту нет. Там вместо истины много-много всяких правд. Своя правда у «гаринчей», своя – у «цивилов», своя – у нас, у «кирпичей», и у наших бравых генералов тоже есть своя правда. И все эти правды раздирают друг друга. И друг друга, и человека, попавшего на войну. На куски раздирают… Они даже убить его могут. Без всяких снарядов и пуль – наповал. Сердце хлоп – и все.

– Это, наверное, смотря какой человек, – заметила Тыяхша.

– Ты о чем?

– Если у человека толстая кожа, то ему все нипочем. Даже на войне. Ведь так?

Влад не ответил. За других говорить не хотел. Мало ли, как и что у других. Пусть за себя сами отвечают – толстокожие они там, не толстокожие. О себе-то трудно сказать что-то определенное. Спросит кто: а ты какой? – черта два ответишь. Можно сказать, какой из себя в данную секунду. И то с огромной долей условности. Соврав процентов на девяносто девять. А вообще, в целом по жизни – так и вовсе сказать ничего нельзя. Любой человек по натуре, что древнегреческий бог Протей. Все время меняет свой лик. Любая ипостась у него истинная, а единой – нету. И не было никогда. И не будет.

Поэтому ничего Влад на этот счет Тыяхше не ответил. Зато сам начал расспрашивать о том, что его мучило со страшной силой уже без малого сутки.

– Слушай, подруга, можно у тебя про одну вещь спросить?

– Спрашивай, – разрешила Тыяхша.

– Только пообещай говорить правду.

– Не буду обещать.

– Почему?

Девушка многозначительно повела плечом:

– Мало ли. Кто знает, что у тебя на уме? Обещание – не та вещь, которой можно разбрасываться.

– Ладно, – отступил Влад. – Пусть так. Все равно пойму, врешь или нет.

– Не пыхти, землянин. Говори, чем озаботился?

– Вот ты вчера утверждала, что всю силу Мира в районе пупка можно собрать. Что Зверя взглядом можно удушить. Что все такое. Признайся, врала?

– Не веришь?

– Нет.

– Почему?

– Что-то здесь не так.

– Но ведь сам же вчера чувствовал в себе переливы энергии, – напомнила Тыяхша. – И ведро в колодец взглядом сбросил. Ведь было?

77
{"b":"25950","o":1}