ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Три товарища
Выйди из зоны комфорта. Измени свою жизнь. 21 метод повышения личной эффективности
Богатый папа, бедный папа
Крампус, Повелитель Йоля
Король на горе
Пропащие души
Цветы для Элджернона
Что посеешь
Поводырь: Поводырь. Орден для поводыря. Столица для поводыря. Без поводыря (сборник)
A
A

Она с азартом сжевала два огромных кренделя, запила их водой и вскоре увидела еще более хорошенькую девушку, с длинными белокурыми волосами, в бархатном пальто. Миа последовала за ней и так добралась до Мариенплац.

На площади, к которой вел куполообразный переход, располагался отдававший безвкусицей фонтан, окаймленный каменным бордюром, и большая мраморная колонна. Подойдя, Миа обратила внимание на четырех бронзовых херувимов, сцепившихся в схватке с нечистой силой. Колонну венчала позолоченная статуя Девы Марии, как будто наблюдавшая за прохожими. Можно было подумать, что она тоже работает в службе социальной помощи. На углу площади находился пункт телеприсутствия, а за ним тянулся ряд фешенебельных магазинов со сверкающими двигающимися манекенами. Рядом парковались высокие красивые европейские мотоциклы с большими педалями. По площади разгуливали толпы самых разных людей. Туристы со всех концов света. Среди них преобладали индонезийцы.

Она, как и собравшиеся на площади ребятишки, присела на каменную ограду фонтана. Посреди него стояли три мускулистые бронзовые статуи, из их массивных бронзовых корзин беспрестанно низвергались струи воды. Солнце уже взошло, и было довольно прохладно. У детей раскраснелись щеки, волосы растрепались от порывистого ветра. Они были в куртках, ярких разноцветных шарфах и странного вида европейских молодежных ботинках.

Когда на площади появились две патрульные немецкие овчарки, ребятишки сразу притихли, немного испуганные.

Мариенплац была красивой площадью. Ей понравилось, что мунхенцы заботятся о своей церкви с острыми готическими арками, балконами, искусно изваянными каменными святыми, святыми, умерщвлявшими свою плоть. Но особое впечатление на нее произвели крашеные средневековые деревянные механические фигуры на башенных часах. Наверху, у шпиля башни, вытянувшись на цыпочках, стояли три обнаженных католика. Их руки были сложены в молитвенном жесте. Они двигались друг за другом, как заключенные на прогулке. Прохожие привычно не обращали на них внимания, да, по правде сказать, этих католиков трудно было разглядывать на такой высоте и видеть, как они раскачиваются на зубчатом выступе готического шпиля. Порывы ветра хлестали их обнаженные тела, им было холодно, но самоотверженно и фанатично они следовали ритуалу в совершенном одиночестве – до них не могли долететь даже воздушные змеи.

Кто-то подошел к ней справа и заговорил. Она повернулась, оторвав взгляд от узников на башне.

Рядом стоял красивый молодой человек в замшевом костюме. В сущности, он был с ног до головы одет в замшу, и даже его лицо закрывала, словно дубленая безглазая маска, тень от большого капюшона. Из-за этого костюма он сперва показался ей белокурым и кудрявым, но, присмотревшись, она заметила его черные приглаженные волосы и черные изогнутые брови.

– А, вы англичанка, – произнес он. – Нет проблем. Я говорю по-английски.

– Говорите? Хорошо. Привет.

– Привет. Откуда вы приехали?

– Из Калифорнии.

– Вы прибыли в Мунхен сегодня?

– Ja [1].

Он улыбнулся:

– Как вас зовут?

– Майа.

– А я Ульрих. Добро пожаловать в мой прекрасный город. Итак, вы совсем одна, ни родителей, ни друга? Вы стоите здесь, на Мариенплац, уже два часа, ни с кем пока не познакомились и ничего не сделали. – Он усмехнулся. – Вы заблудились?

– Мне некуда идти. Я просто гуляю по площади.

– Вы заблудились?

– Ладно, – сказала Майа, – может быть, я немного заблудилась. Но, во всяком случае, в отличие от вас я не шпионю за другими людьми два часа подряд.

Ульрих обворожительно улыбнулся, снял с плеч большой коричневый рюкзак и поставил его у ног.

– Как можно не наблюдать за такой красивой женщиной?

От неожиданности она раскрыла глаза:

– Вы действительно так думаете? О господи...

– Да, да. И конечно, я не первый мужчина, кто говорит вам об этом. Иначе и быть не может. Вы очаровательны. Вы красивы. Вы элегантны, словно большой кролик.

– Ручаюсь, Ульрих, что по-немецки это звучит очень мило, но...

– Я уверен, что сумею вам помочь. В каком отеле вы остановились?

– Я еще нигде не остановилась.

– В таком случае где ваш багаж?

Она подняла сумку.

– У вас нет багажа. Вы не забронировали номер в отеле. Вы не знаете, куда вам идти. У вас нет родителей и бойфренда. Ну а деньги-то у вас есть?

– Нет.

– А как насчет ID – удостоверения личности? Надеюсь, что ID у вас при себе.

– У меня нет и ID. В том числе.

– Итак, выходит, вы откуда-то сбежали. – Ульрих задумался и не мог скрыть своей радости. – Что ж, у меня для вас есть хорошие новости, мисс Майа-беглянка. Вы не единственная беглянка, оказавшаяся в Мунхене.

– Я уже подумала, что мне надо вернуться во Франкфурт поездом, сегодня вечером.

– Во Франкфурт? Зачем? Вы только потратите время зря. Франкфурт – это кладбище. Могила! Идемте со мной, я отведу вас в самую знаменитую на свете пивную.

– С какой стати я пойду куда-то с парнем, который так относится к овцам?

Обиженный Ульрих изумленно потрогал свой замшевый костюм.

– Вы забавно рассуждаете. Я сам убил этого барана, уложил его одним выстрелом. Он набросился на меня. Пойдемте. Я отведу вас в прославленный Хофбраухаус. Там едят мясо! И пьют пиво!

– Вы, должно быть, шутите?

– Тут недалеко. – Ульрих потер свои белые, тоже вроде как замшевые руки. – Так вы хотите увидать это или нет?

– Да. Я хочу увидать. О'кей.

Он привел ее в Хофбраухаус, как и обещал. Вход был украшен массивной каменной аркой. Они подошли к большой медной двери, у которой дежурили одетые в форму люди из службы социальной помощи. Ульрих сбросил куртку, мгновенно снял замшевые брюки, все спрятал в свой объемистый рюкзак. И оказался в легком костюме с расцветкой под леопарда.

Они спустились в зал. Потолок украшали арочные перекрытия, толстые стены были обшиты железом, на них были развешаны ярко горящие фонари. В духоте жаркой пивной сильно пахло подгоревшим мясом. Старики трубачи в причудливых шляпах играли польки двухсотпятидесятилетней давности. Эти народные мелодии так хорошо сохранились, что «доплыли» до слушателей двадцать первого века, подобно гальке в речном потоке. Туристы сидели за полированными столами на длинных лавках и наслаждались крепким пивом. Майа с облегчением заметила, что большинство не пьет ничего, кроме пива. Они потягивали ячменный напиток через соломинки, что в значительной мере уменьшало дозу и защищало печень от токсинов.

В зале было шумно.

– Вы не хотите поесть? – громко спросил Ульрих.

Майа посмотрела на проходившего мимо официанта. Куски мяса плавали в темном соусе, гарнированные капустой и вареным картофелем.

– Я не голодна.

– И не желаете выпить немного пива?

– Нет!

– Чего же вы тогда хотите?

– Не знаю. Думаю, просто посмотреть, что здесь происходит. Здесь есть какой-нибудь уголок, где мы могли бы посидеть и спокойно побеседовать?

Брови Ульриха удивленно поднялись, он с нетерпением взглянул на нее, а затем пристально осмотрел собравшихся.

– Сделайте для меня хоть что-нибудь, прошу вас. Вы видите вон ту пожилую туристку с ноутбуком?

– Да.

– Подойдите к ней и спросите, есть ли у нее туристическая карта. Поговорите с ней минуту, шестьдесят секунд, не более того. Спросите, не подскажет ли она, где находится Китайская башня. А затем выйдите из Хофбраухаус, мы встретимся на улице.

– Зачем? – Она обвела его недоверчивым взглядом. – Мне нужно сделать что-то дурное? Вы ведь это мне предлагаете?

– Возможно, это глупо, но очень полезно для нас. Ступайте и поговорите с ней. Никакого вреда от этого не будет.

Майа встала и подошла к пожилой даме, которая аккуратно доедала яичную лепешку, орудуя вилкой и ложкой. Майа отметила, что дама очень элегантная. Дама выпила глоток из бутылки под названием «Фрюхтлимо».

– Извините меня, мэм, вы говорите по-английски?

вернуться

1

В оригинальном тексте романа все иноязычные слова и выражения автор оставляет без перевода, поскольку их смысл понятен из контекста. (Здесь и далее примеч. ред.)

21
{"b":"25966","o":1}