ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

За углом они увидели поджидавшую в темноте кучку папарацци. Журналисты бросились к ним, выкрикивая по-итальянски. Судя по тому, с какой резвостью они пустились вдогонку за Новаком и Майей, это были молодые парни. Нимбы пляшущего света оптоволоконных камер озаряли мокрую набережную. Польщенная, Майа улыбалась им. Ее реакция подстегнула воодушевление папарацци, и они загалдели еще громче.

– Кто-нибудь здесь говорит по-английски? – спросила Майа.

Папарацци окружили их и уставились на нее сквозь свои сверкающие линзы, торопливо переспрашивая друг друга. Сквозь кольцо пробилась молодая женщина и остановилась рядом с Новаком и Майей.

– Я говорю по-английски. Вы хотите нам что-то сказать?

– Разумеется.

– Отлично. А мы хотели бы знать, как вам удалось прорваться?

– Что вы имеете в виду?

– Например, как вы добились этого успеха? – уточнила девушка, поспешно вынув переводчик из ушной раковины. Она была американкой. – Вам кто-то помогал?

– Да, конечно да.

– Вы обязаны этим вашему спутнику? Он ваш спонсор? Какие у вас с ним отношения, скажите честно? И кстати, как вас зовут и кто он такой?

– Меня зовут Майа, а это мистер Йозеф Новак. И в наших отношениях нет ничего предосудительного.

– Не говори им об этом! – засмеялся Новак. – Если я стану причиной скандала, это растрогает меня до глубины души.

– Как вы познакомились с Джанкарло Виетти? Сколько вам лет? Откуда вы?

– Не говори им ничего, – посоветовал ей Новак. – Пусть эти бедняги кормятся слухами и сплетнями.

– Ради бога! – взмолилась бедная журналистка. Она протянула Майе визитку. На этой убогой карточке не значилось ничего, кроме имени и сетевого адреса. – Может быть, вы дадите мне интервью позже, синьорина Майа? Откуда вы?

– А откуда вы сами? – задала ей вопрос Майа.

– Из Калифорнии.

– Из какого города?

– Из Залива.

Майа изумленно взглянула на нее.

– Подождите минутку! Глазам своим не верю. Ведь я вас знаю. Вы Бретт.

Девушка засмеялась.

– Простите, но у меня другое имя.

– Но это правда! Вас зовут Бретт, у вас был приятель по имени Грифф, я как-то купила у вас жакет.

– Что же, меня зовут не Бретт, а если у кого-то оказался один из моих жакетов, то уж явно не у модели Джанкарло Виетти.

– Вы Бретт, у вас еще была змея! Ради бога, скажите, что вы делаете здесь, в Риме, Бретт? И что случилось с вашими волосами?

– Хорошо, так и быть. Мое имя Натали. А что я здесь делаю, вы и сами видите. Я слоняюсь по набережной рядом с показами моды и собираю всякие сплетни, вот что. – Бретт сняла наглазники, печально и удивленно поглядела на Майю. – А откуда вы столько всего обо мне знаете? Неужели я и правда с вами знакома? Но как? Где?

– Но это же я, Бретт. Это я, Майа, – проговорила Майа, дрожь пробрала ее с головы до ног. И внезапно она почувствовала себя очень плохо. Ее подташнивало, закружилась голова.

– Вы не можете меня знать, – настаивала Бретт. – Я вас прежде никогда не видела! Что здесь происходит? Почему вы хотите меня одурачить?

– Нас ждет машина, – напомнил Новак.

– Не уходите, – схватила ее за руку Бретт. – Вам известно, что миллионы девушек готовы пойти на все, лишь бы им повезло сделать то же, что и вам? Что нужно сделать мне, чтобы добиться удачи? Ответьте ради бога!

– Не трогайте ее, – проворчал Новак. Бретт отпрянула назад, точно от удара. – Если ты уже узнала, что здесь к чему, – сказал он ей, – то завтра же возвращайся домой! Полежи на пляже, стань нормальной молодой женщиной, живи и дыши! Здесь ты ничего не найдешь! Они были в этом уверены задолго до твоего рождения.

– Я так плохо себя чувствую, Йозеф. – Майа чуть не плакала.

– Садись в такси. – Новак подтолкнул ее в машину и усадил. Дверцы захлопнулись. Ошеломленная Бретт застыла на набережной, потом бросилась к машине, забарабанила в окно и что-то неслышно выкрикнула. Такси отъехало.

На следующее утро она получила по Сети несколько писем. Виетти прислал ей белые туберозы. Было восемь звонков от журналистов, освещающих модную тему. А один позвонил из вестибюля отеля. Он тоже снял здесь номер.

Чтобы их не обнаружили, они позавтракали в номере у Новака.

– Ты не в том состоянии, чтобы разговаривать с журналистами, – убеждал ее Новак. – Запомни, журналисты – это смертные враги знаменитостей. У них адреналин выбрасывается в кровь, когда они находят любой повод уязвить тебя или унизить.

– Я не знаменитость, – возразила Майа абсолютно искренне.

Она уже сняла с себя модное платье. Еще ей потребовался очищающий крем, щеточка для разгибания ресниц и полчаса, чтобы соскрести весь макияж с лица. Она не решилась спать в парике с электронной начинкой и утром обнаружила, что он уже не так хорош, каким казался накануне. Она даже не решилась его перезагрузить.

– Все это вполне справедливо, моя дорогая, но груда песка еще не богемский хрусталь.

– Я хочу стать фотографом, а не моделью.

– Не торопись. Тебе нужно научиться как следует работать с камерой, прежде чем ты начнешь мучить людей. Несколько небольших пробных снимков – и ты почувствуешь интерес к своим будущим жертвам. И может быть, станешь им симпатизировать. – Новак вытер салфеткой губы, встал и вытряхнул на кровать содержимое своей сумки.

Под двойной подкладкой лежали два завернутых в серую пену свертка с оборудованием. Четыре набора специальных стекол. Линзы в 35, 105, 200 и 250 миллиметров. Две камеры с небьющимися широкоформатными выдвижными объективами и фотоэкспонометр. Тренога. Фильтры. Еще две камеры. Провода для вспышки. Десятиметровый лазерный оптоволоконный шнур. Старая рулетка. Объемный графический ноутбук с высокоточным джойстиком и устройством архивирования. Многоламповый светильник со складными рефлекторами. Переходники для объективов. Непрозрачные тонкие экраны и карманный сверхпроводник.

– Помнится, ты сказал, что не привез с собой подходящего оборудования, – съязвила Майа.

– Я сказал, что не взял с собой оборудование для шоу, – ответил Новак. – Во всяком случае, ничего особенного в этом оборудовании нет. Если уж я собрался с силами и решил сюда поехать, то подумал, что смогу сделать снимки, ну, не знаю... каких-нибудь живописных римских развалин... Но снимать показ высокой моды! Это выше моих сил.

– А Виетти нам ничем не поможет? У него миллион помощников, он обязан дать нам все, что мы захотим.

– Дорогая, Джанкарло и я профессионалы. И в нашей с ним игре есть свои правила. Когда побеждаю я, то даю Джанкарло то, что хочется мне. Он платит мне. А когда я проигрываю, то Джанкарло предлагает мне страшное бремя своих добрых советов и услуг.

– Вот как!

Новак проверил разложенный на кровати арсенал цифровых фотоумножителей и задумчиво подергал свой большой стариковский нос.

– Показ высокой моды больше не гарантирует спокойной жизни, для этого на самом деле нужна команда. Вы не просто делаете снимки, вы ставите композиции. Дизайнер по костюму, дизайнер-оформитель... Опытные работники студии оказывают неоценимую помощь. Постановочная часть, парикмахер-визажист, косметолог – все они нам понадобятся.

– А как нам удастся заполучить всех этих людей?

– Мы их наймем. А после включим их услуги в счет Джанкарло. Это хорошая сторона дела. А суть плохой стороны очень проста – у меня нет в Риме необходимых и полезных контактов. А поскольку мой бизнес прогорел, я остался ни с чем, у меня нет и своего капитала.

Она задумчиво посмотрела на него. Майа чувствовала каждой своей клеткой, что у Новака деньги есть, и немалые, но выудить их у него казалось не легче, чем получить десять литров крови.

– Думаю, немного денег найдется у меня, – тихо проговорила она.

– У тебя? Это потрясающая новость, моя дорогая.

– У меня есть кое-кто в Болонье, способный нам помочь. У этой женщины масса друзей в сфере виртуальности.

– Молодых людей? Любителей?

– Да, Йозеф, молодых людей. Ты ведь знаешь, что это значит, не так ли? Это значит, что они станут работать на нас безвозмездно, и тогда мы сможем расплатиться по каким угодно счетам.

58
{"b":"25966","o":1}