ЛитМир - Электронная Библиотека

— Как Йивни?

Шабар слегка кашлянул, улыбнулся ей.

— Да, — заметил он, — как Йивни. Он должен был вести «Раяни», он должен был занять место капитана. Не вы.

— А вы не шутите? — спросила Гресс.

— Какие шутки, — откликнулся пилот, — я боюсь этим открытием поделиться хоть с кем-то из экипажа. Боюсь, потому как нам всем тогда, после рейса в этот район, досталось. Не знаю, как поведут себя ребята.

— И что вы предлагаете? — спросила она, глядя в лицо мужчины с пронзительным прищуром.

— Пора звать на помощь. Если, конечно, не поздно. Лучше перестраховаться.

Она на мгновение задумалась. Вспомнился вечер, проведенный в садах Софро перед отлетом. Лицо Элейджа, его предупреждения. Они были серьезны. Но отмахнулась от них, сама не понимая по какой причине. Наверное, дело было в том, что она не любила признаваться в своих фиаско.

— А не рано? — спросила она осторожно. — Может быть, сейчас Кальтанн выловит вирус, мы просчитаем траекторию и уйдем в новый прыжок.

— Боюсь, — усмехнулся Шабар невесело, — что сейчас уже поздно.

Гресси, пожала плечами, посмотрев на хмурый вид лагалийца, слегка обозначила улыбку в уголке губ.

— Посмотрим, — ответила уходя.

Глядя в угол, она вдруг отчетливо ощутила тоску и нечто похожее на укол страха. Уже привычного страха. А так же отметила, негодуя на себя, что, несмотря на два часа проведенные в горизонтальном положении на койке так и не сумела заснуть.

Мозг был занят разными мыслями, что мешали полноценно расслабиться и уснуть. А еще мешало смутное, не до конца понятое ощущение тревоги. Напрягали слова Шабара. Она сама не понимала, почему они так сильно ее задели. Наверное, они совпали с какими-то смутными ее опасениями. С чем-то, что жило в ней, как предчувствие.

Прикрыв ресницами глаза, она смотрела на потолок, пытаясь разобраться в себе. В клубке эмоций, мыслей, образов и чувств. Почему-то, вспоминался Ордо. Вспоминался отчетливо, как никогда за прошедшие годы.

Его темные, внимательные глаза, выражение решительности и упрямства на лице. А еще улыбка, вспоминалась его улыбка, что освещала его, несколько диковатое лицо, преображая черты, заставлявшая вспыхивать упрятанные в глазах золотые искры. Улыбка, от которой исходило только тепло.

Он был невысок, несколько нескладен, но это не мешало быть ему отличным пилотом. Еще в Академии он выделялся из массы учеников. У него, словно с рождения был свой стиль полета, он чувствовал любой корабль как живое существо, и чувствовал пространство. Был быстр, стремителен, непредсказуем.

А еще, когда-то давно, он бросал ей в окно цветы, и тут же скрывался, словно надеясь, что она не узнает. Когда-то давно они вместе топтали тонкие тропиночки Софро, любуясь безумными восходами, нереальными закатами, пустыми ночами. Когда-то, давно, она его любила, не смея признаться в этом никому. Ни себе, ни ему.

И ее никогда не покидало ощущение цельности этого человека. У него был характер. Были свои принципы. Тогда, когда она знала его. Когда еще не было барьера бунта между ними. Тогда ей казалось, что он никогда не станет лгать. Сумеет солгать, если оно будет нужно, но только если захочет. И трудно было представить причину, что заставила б его захотеть солгать. Но тогда, после потери корабля, многие из прежнего круга общения стали считать его лжецом.

Гресси, вздохнув, вспомнила визит, которым ее почтили еще там, на Ирдале. Вспомнила заинтересованность на лице Ис-Шабир и пожала плечами.

«Поздно, — подумала она, — слишком поздно что-то спрашивать. И даже сам Ордо, если б его спросили, ничего б не ответил. Скорее просто бы усмехнулся и закурил. Потому как есть время для вопросов и ответов, и есть время на молчание, а преградой меж ними события и молва».

Она слегка улыбнулась, вспомнив восторженные рассказы Ордо, блеск его черных глаз. В то, что он говорил, верить было невозможно. В то, что он говорил, она сама невольно верила, скрывая это от всего белого света. И от него тоже.

Вздохнув, женщина опустила ноги на пол и, обувшись, вышла из каюты в коридор. На мгновение ей почудилось, что за его мягким изгибом кто-то то ли тихо плачет, то ли смеется — не разберешь. Но стоило сделать шаг, и звук исчез, заставив подумать о галлюцинации.

Гресси машинально пригладила короткую стрижку, направляясь в кают-компанию. Там, на стенах — экранах отражалось небо Софро, ее сады, фонтаны, изгибы зданий, устремившихся к небу. Она любила Софро. Этот мир был мал. И это был особый мир. Второго подобного никто и никогда не видел.

Отчего-то вновь накатила грусть. Грусть, что принесла с собой задумчивость, она изучала пейзаж на экране, узнавая улочки, по которым ходила вместе с Ордо, вспоминая былое. И только чьи-то тихие шаги заставили ее повернуться, расставшись с воспоминаниями.

— Привет, — проговорила тонкая, как тростинка, женщина с волосами, поднятыми в высокую прическу.

У женщины были красивые миндалевидные глаза, чистого, яркого зеленого цвета, присущего рэанам. У представителей иных рас этот тон не был так явственен и ярок. Тем более в сочетании со светлой кожей и темным, смоляным или иссиня-черным цветом волос.

— Привет, — проговорила Гресс, присаживаясь в кресло.

Рэанка, усмехнувшись, присела рядом. Глядя на экраны, пожала плечами.

— Я сменю вид, — проговорила она. — Я слишком долго жила на Софро в последнее время.

Гресс машинально кивнула. Рэанка, взяв в руки пульт, переключила вид. И Гресси тихонечко вздохнула. Казалось, что стены исчезли, оставив их наедине с пространством.

С экрана, издалека, смотрели три звезды — синеватая и желтый карлик, третья звезда не была, собственно, звездой, это становилось понятным, сразу, третьим компонентом системы была гигантская черная дыра, окруженная шлейфами раскаленного сияющего газа, вытянутым из одеяний соседок. Черная дыра и карлик находились достаточно близко друг к другу, а голубая звезда пряталась в стороне, словно все еще надеясь избежать объятий черной дыры.

Гресси тихо вздохнула, глядя на это зрелище. Там, в рубке оно никогда не выглядело так впечатляюще. Его гасили мощнейшие фильтры и отвлекали внимание графики и столбцы данных, идущих в своих секторах экрана. И услышала вздох рэанки, похожий на всхлип.

— Ангабар, — проговорила она, глядя, как та отирает слезы с глаз, вы плачете?

— Простите, — проговорила, та, — это от наплыва чувств.

Смутившись, рэанка вновь переключила вид, вызвав на стены коралловых рыбок, и Гресси невольно почувствовала разочарование. Гресс, поднявшись на ноги, посмотрела на рэанку и тут же отвернулась, чувствуя смущение от чужих слез. Прошла в рубку.

Равиго не было в рубке, вместо него она заметила седую шевелюру Шабара Кантхэ, вольготно расположившегося в кресле.

— А где Унари? — спросила она, чувствуя легкий укол недовольства.

— Я его отправил к Акорэ. У нас неполадки со связью. Передатчик вышел из строя. Ни мы не слышим, ни нас. Так-то.

Женщина недоверчиво покачала головой.

— Как странно, — проговорила тихо.

Шабар кивнул.

— Да, — ответил он, — Каюсь, после нашего разговора я помчался к Акорэ, решив нарушить ваше решение. Как видите, не удалось. Передатчик перестал работать сразу после выхода из прыжка. Он только не успел сообщить это нам в рубку. А Унари одно время интересовался связью. Так что от него толка больше, чем от нас с вами. Правда?

— Правда, — невольно согласилась она, и присев в кресло, пристально посмотрела в лицо Шабара. Он улыбнулся ей в ответ.

— Хотите о чем-то спросить? — мягко сказал он.

— Хочу. — Гресси вывела на экран, поверх всех остальных данных, вид системы Ками-Еиль-Ергу.

— Так спрашивайте.

— Шабар, это правда, что Ордо нашел здесь флот Аюми?

— Наверное, да. — проговорил тот, подумав. — ничьим другим, похоже, тот быть не мог.

Она замолчала, чувствуя, как в душе всколыхнулся целый океан. Сама она верила Ордо и не верила. Слушала, как слушают Легенды, сказки, заинтересованно, и все же не веря вполне, не веря совсем, потому, как легенды и есть легенды. Сейчас не поверить Шабару она не смогла.

114
{"b":"2597","o":1}