ЛитМир - Электронная Библиотека

А потом, когда глаза уже устали, там, в центре, она увидела одну, яркую, вновь полную синевы, нереальной, слепящей синевы, каплю. Та все сжималась и сжималась, становясь, все ярче, ослепительней. Гресси невольно отступила на шаг, отмечая как тяжело идти, словно толкая не воздух, а прозрачный, тяжелый хрусталь, спиной.

А огненная, слепящая капля никак не прекращала сжиматься, она опадала, коллапсируя, словно что-то заставляло ее прорастать внутрь себя. А потом погас свет, качнулось время, зашатав стены замка.

Боль. Жизнь? Небытие? Творилось что-то непонятное. Зал исчез, словно растаял. Как во сне. За окнами, высокими стрельчатыми окнами, сияли звезды. Гроза, она еще бушевала внизу, под ногами, очень глубоко внизу. А от ощущения простора кружилась голова.

На горизонте Гресс видела сияющие вершины других замков, стоящих на островах, так же проткнувшие вершинами облака. Ушел туман, растаял, словно его не было, словно поднявшийся ветер сдернул его обманную кисею.

Простор. Вздохнув, женщина поняла, чего ей так не хватало в этом мире раньше. Простора. Теперь его было вдоволь. Можно было идти, бежать, уходить, удаляться, не натыкаясь на стену безвременья, на странное темное пятно, которое изменяется, соприкасаясь с твоими мыслями.

И больше не было летящих с вершины замка огненных искр. Они успокоились, их больше ничто не манило к горизонту. Огненные шары, она ясно вдела, как они, расчерчивая небо, оставляя за собой сияющий свет, ткали мосты меж замками, сотворяя похожее на кружево, облако переходов, издалека казавшееся невесомыми бликами, светом солнца запутавшегося в паутине.

Вздохнув вновь, Гресси посмотрела на Имрэна. Легкое, едва заметное глазу свечение окружало его; синь и золото, охра и индиго сменяли друг друга, играя, то, чуть вспыхивая, то, затухая на его маске. Маска легла и на лицо Джабариэля. И впервые ей удалось рассмотреть его облик, так, что б не заволакивало взгляд облако слез и не кружилась голова, без смятения чувств и мыслей.

Да, он, несомненно, был красив. В нем была та же соразмерность и та же гармония, которую она видела в лице Имрэна, в лице Лиит. Не правильная, классическая красота черт, а красота впечатления, оттенки мыслей, чувств, которые отражались на его лице, делали его прекрасным. Черты, они были чуть неправильны, и скольких носителей подобных черт видела она за свою жизнь. Но ни одно лицо из тех не смогло ее так впечатлить и заворожить как это.

От лиц Аюми словно исходило сияние. Сияющими были взгляды и молодость, поразительная юность. И полное отсутствие недовольства, ненависти, только доброжелательство она видела в их взглядах, только сочувствие, понимание, и еще ту уверенность, которую дает лишь обладание истиной.

— Ну, вот и все, — проговорила она, — и нам надо спешить.

— Куда? — тихо спросил Имрэн, слегка улыбаясь, пряча улыбку в уголках губ.

— Назад, — проговорил она, — Лиге не помешает лишних пара пилотов.

Он покачал головой.

— Некуда торопиться, — откликнулся Джабариэль, вторя Имрэну, — незачем спешить.

— Но почему?

— Время, — усмехнулся Имри, — оно не ходит вспять, оно не начинается заново. Вы пробыли здесь дольше, чем хотели. И вы не сможете вернуться. Корабли Эрмэ и Иллнуанари прочесывают пространство вблизи всех точек выходов у каждой из планет. Порталы, они открыты, но пока не стабильны; должно пройти какое-то время, что б вновь образовалась единая сеть. Вам просто придется остаться.

Да-Деган медленно, не торопясь, прошел по каюте. Здесь было уютно, тихо, даже гул маршевых двигателей не мешал ощущать себя дома, забывая о том, что ты на корабле. Здесь было все, к чему он привык — оптимальная температура, оптимальная влажность и привычная сила тяжести. Картины украшали стены, в вазах стояли живые цветы, наполняя воздух благоуханием. Его, как всегда, окружали роскошь, нега и уют.

Вздохнув, вельможа позволил себе расслаблено опуститься в кресло и, улыбнувшись, посмотрел на человека, который терпеливо ожидал, когда на него обратят внимание. Да-Деган покачал головой, складывая губы в одну из не самых приятных улыбок, что держал в своем арсенале про запас. На случай подобных встреч с подобными людьми. Эта улыбка не зажгла глаз, не наполнила их сиянием. Взгляд стал лишь острее и неприятнее.

— Катаки, — заметил Да-Деган, — вы последнее время что-то забываетесь. Мои приказы уже не выполняются беспрекословно. Как это понимать? Почему я должен повторять дважды, хуже того, объяснять?! Вы что, желаете потерять голову, и помочь мне избавиться от своей, которой я дорожу? Вы начинаете требовать от Империи, больше, чем Император согласится дать. Вы хотите получить третью часть территорий Лиги! Да, вы сошли с ума! У Императора не требуют. У Императора покорно просят лишь то, что он и так согласится дать. Это, — во-первых. А во-вторых, разве я этого хочу? Разве мне нужна треть территорий Лиги?

— Вам нужна Рэна, — огрызнулся контрабандист, эта помойка на задворках. — А больше вы не желаете ничего. Но Иллнуанари такой вариант не устроит. Если у нас будет только Рэна, Империя сгрызет Гильдию, практически сразу. Треть территорий, — это не слишком много, что б Эрмэ не могла их дать, и не слишком мало, что б не было куда отступать, позже. Ведь потом, после этой битвы нам не с кем будет торговать, и у нас не будет ни сырья, ни энергии. Мы быстро потеряем все. И станем не союзниками Эрмэ, а ее рабами! А вы, господин Да-Деган — идиот, если не видите, не понимаете всего этого.

— Я — вижу, — ответил вельможа, передернув плечами. — Я, оказывается, лучше вас знаю Империю, Катаки, и ее нравы, ее обычаи и ее цели, несмотря на то, что не торгую с ней всю свою жизнь, подобно вам. Я все знаю! Я, а вот вы..., вы, молодой человек, не понимаете, что вы делаете.... И, кстати, попрошу не забываться, говоря мне об интересах Иллнуанари. Мои интересы — интересы Иллнуанари. Вот так!

Да-Деган вздохнув, посмотрел на Катаки, на плотно закрытые створки шлюз-двери. Выражение лица контрабандиста было мрачным и злым. «О других ты не беспокоишься, — мысленно заметил рэанин, — тебе дела нет до тех, кто служит тебе же. Ты боишься за себя. Ты боишься, что тебе светит стать эрмийским рабом. И ты предашь всех кто с тобой и кто просто рядом, лишь бы только вылезти самому. Подлец. И все равно раб. Паршивая порода. Кто б только знал, как я ненавижу подобных людей. Но именно ты мне и нужен. И сделаешь ты, как хочу я, не иначе».

Вельможа улыбнулся вновь, остро и зло.

— Разве у нас маленький флот, Катаки? — усмехнувшись, спросил он, — Но, только, если считать все. И старые корабли и новые, те которые мы пока держим в резерве, те, которые, пока, тайна даже для наших союзников?

— Нормальный, что б мы могли диктовать условия даже Эрмэ. Но только пока.

— Пока, — ответил Да-Деган презрительно, — мы не можем диктовать условия Эрмэ. Империи не диктуют. У Империи, повторяю, не требуют. Империей можно владеть, но требовать от нее чего-либо... соблюдения условий, компенсации за оказанную помощь,... может только глупец. Ты ведь не помешан на чести? С чего ты взял, что Эрмэ будет с нами честна? Я прекрасно понимаю, что мы получим удар в спину, сразу, как только покажем слабость. Я держу в уме сотни факторов и сотни вариантов, Катаки.

— Блеф.... Очередная глупость.

— Нет, такая возможность представляется раз на миллион поколений, такая, что ты даже не видишь ее. Власть. Власть над миром. Вся власть. Да, знаю, я смешон, мое присутствие смешит Императора, смеешься ты, смеется Рэна. Кто смешон, говорят, не опасен. А вот это — ошибка, Катаки. Смех может быть маской, малыш. Только маской. Когда-то я служил у Стратегов, да, они научили меня правильно распределять силы и оценивать возможности. Научили многому, за что я им благодарен. Научили не бояться выглядеть смешно, если это необходимо, на деле будучи опасным. И реальная мощь нашего флота будет сюрпризом для Эрмэ, — проговорил Да-Деган, не прекращая улыбаться, — как и для Лиги. Но я не для того помог Императору решиться убрать Локиту, что б оставить власть в его руках. Локита была хитрая бестия. И куда более опасная, чем Хозяин. Настоящая Властительница. Умная. Хитрая. Холодная. Только разум, только властолюбие, никаких сантиментов. Блестящая женщина. Алмаз. Она могла почувствовать игру, расшифровать интригу, она, не он. И потому он погибнет. Так надо. Ни один из властителей Эрмэ, если не считать самого Императора, не может потягаться с нами силами. А Иллнуанари получит все. По праву сильного. Пока все остальные грызутся за трон. Осталось лишь убрать Императора. Так?

147
{"b":"2597","o":1}