ЛитМир - Электронная Библиотека

Она вспомнила лицо Элейджа, напряжение, которое возникло в глазах, стоило ей сказать и вздох облегчения и изумление, и еще что-то проступившее на его лице, то чему она не нашла слов. « Уговори его работать с ними, девочка, — вспомнила она осторожные слова Лорда, — этот человек знает Эрмэ, он нужен нам».

Глядя на Да-Дегана, она не могла решиться сказать ни одного из запасенных слов, фраз, утверждений, которые запасла, собираясь идти в этот дом, словно язык прилип к гортани. Не хотелось играть с ним, и потому она проговорила прямо:

— У меня к вам предложение.

Да-Деган вздрогнул, но быстро овладел собой, вновь надев маску безразличного спокойствия, схожего с равнодушием. Покачав головой, повернувшись к ней лицом, заглянул в глаза.

— Ни за что, — проговорил он, словно угадав, — И не мечтайте.

— Вы не знаете?

— Догадываюсь, — заметил мужчина отстраненно и бросил на стол перед ней маленький квадрат пластика, сиявшего радугой в его руках.

— Кабран? — удивилась женщина.

— Да, — усмехнулся вельможа. — Верните его Элейджу. Я больше не желаю играть ни в какие игры. Я имею на это право?

— Вы — Стратег?

— Был им, — холодно отозвался Да-Деган, — только не было времени сказать об этом прямо, и не было смелости вернуться. — и, помолчав, мужчина жестко добавил, — Я хочу уехать. Покинуть Рэну. Я имею на это право?

— Вас никто ни в чем не обвиняет, и не обвинял, — повторила женщина, чувствуя неловкость.

— Это хорошо, — усмехнулся вельможа. Длинные, унизанные перстнями пальцы побарабанили по стеклу. — Но у меня есть просьба. И только вы можете помочь. Поможете?

— Смотря, какая просьба.

— Я хочу устроить бал в этом доме, как когда-то давно. Бал — маскарад.

Да-Деган стоял поодаль от дома, глядя на его стройный белый силуэт, выхваченный из темноты прожекторами. В их ярком свете казалось, будто дом парит в воздухе, едва касаясь земли стенами. Этот дом был прекрасен, в этот вечер он манил к себе людей, как магнит притягивает железо, властно и дерзко привлекал к себе обещанием невиданного колдовства.

Поправив легкомысленные локоны прически, вельможа улыбнулся, чувствуя как славно, ярко блеснули в полумраке глаза. Этот вечер принес ожидание чего-то доброго, искушение, которому трудно было не поддаться.

Глядя на прибывающих гостей, он всматривался в маски, узнавая скрытые под ними лица. В этой атмосфере всеобщей суеты, возбужденного ожидания, неразгаданной интриги он был хозяином, и, почти что богом. В этот вечер, здесь, сейчас, было легко укрыться в толпе, не шокировать, не останавливать взгляд своим эксцентричным видом и манерами.

В воздухе, наравне с ароматами роз и нежной музыкой носился шепоток. Сплетня, слушок, пущенный госпожой Арима, влекущий, не оставивший никого равнодушным. «Ну и что? — спросила она, в ответ на его недовольное лицо, — Ну и что? Не думаю, что хоть один человек останется разочарованный этим вечером, даже, и, не встретив Ареттара? Дагги, что с того, что это — маленькая ложь? Вы просили, вы желали, что б на этот бал пришли те, кого б вы желали видеть в стенах своего дома. Они пришли. И они не уйдут. Вы получите то, что хотели. Праздник. А за эту ложь меня простят. Дамам на Рэне прощается многое. Ведь не вы же солгали».

Да-Деган видел жадные взгляды, этой маленькой лжи верили, верили, как в чудо. Почему-то стало просто верить в чудеса. Он поднял взгляд к небу, там, в стороне от яркого диска луны, тянулись светлые следы, скорее угадываемые, нежели видные человеческому глазу — следы битвы, страшного боя, что свел Иллнуанари и Эрмэ, поставив друг против друга. Там, разметанные, ставшие космической пылью, продолжали свое движение массы, бывшие некогда могучим флотами могучих держав.

Лига пришла на помощь, когда Иллнуанари, ослабев, более не могла противостоять флоту Эрмэ, не могла сдерживать мощь, когда большинство контрабандистов, поняв, предугадав поражение, спешили уйти, скрыться в бездонных просторах космоса.

Флот Лиги обрушился подобно ливню на ослабленный флот Империи. И он знал, что в тот же миг, в те же минуты крейсера Лиги вынырнули не только в пространстве, прилегающем к Эрмэ, он чувствовал, как Лига обрушивала свою силу, свою мощь на военные базы-планеты Империи, как где-то качнулся гигантский маятник, отсчитывая последние секунды существования псевдоцивилизации. Он чувствовал замешательство, страх Императора и кучки его приближенных, он чувствовал понимание, что власть выскальзывает из рук, доселе крепко державших ее золотой хвост.

Вот и пришел конец Империи, — подумал Да-Деган, — конец страху, напряжению, конец силе, что могла поставить крест на всех начинаниях Лиги. Конец кучке Властителей, что живут, как вампиры, высасывая все лучшее из судеб своих рабов, лишая их надежды на свободу, на радость, на полет разума и чувств. Конец беспросветному рабству, подобного которому я нигде и никогда не встречал. Пройдет время и Империя забудется, как черный сон.

Он, улыбнувшись, вновь посмотрел на землю, на клумбы, полные распустившихся цветов, на пруды с темной водой в которой, как в зеркале отражался силуэт легкого здания. Оторвавшись от созерцания, пошел к дому, уже полному гостей.

Он шел, кивая знакомым, словно отдавая легкомысленный поклон. И слышал, как за его спиной рождаются слова, легкий шепоток, колкости, подтрунивания. К нему, только завидев, подошла Фориэ, улыбнувшись, пошла рядом. Он узнал под маской, сопровождавшей ее, лицо Донтара. Доэл и Ордо таились от взглядов в стороне, о чем-то тихо разговаривая. У окна стоял Вероэс, держал в руке бокал вина, задумчивый, улыбался, чему-то своему.

Теплые глаза вспыхнули, увидев фигуру вельможи, одетую в драгоценный ирнуальский шелк.

— Ты без маски? — заметил медик удивленно, и пожал плечами, добавив, — помню, когда-то, прежним хозяином было заведено, что в полночь снимались маски, открывая лица. Золотое было времечко.

Да-Деган пожал плечами, взяв с подноса бокал с вином, алым, как кровь, ничего не ответил.

В этот вечер ушла тоска, оставив душу в покое, перестав грызть и рвать, перестав мучить сомнениями. И недавнее решение показалось нелепым. Глядя в лицо Фориэ, мужчина подумал, что глупо бежать, глупо отказываться, глупо, сто раз глупо, ведь от судьбы не убежать. Этот вечер дарил прощение и сказку. Второй такой возможности не было. Он поймал свое отражение в зеркале, посмотрев, словно впервые увидев.

Молодость этого лица была привычна и была внове, как и блеск глаз, и белая кожа и сарказм, навечно застывший в уголках губ. Он посмотрел отражению в глаза, задав вопрос, тот на который не было ответа и вновь сердце забилось глухо, пропустив на мгновенье удар. И пришло решение. Да-Деган отошел в тень, не желая быть замеченным, наблюдал за своими гостями.

«Жизнь не кончена», — подумал он, отбрасывая сомнения, отбрасывая тяжесть, что осадком лежала в душе после пребывания на Эрмэ, тяжесть, от которой доселе никак не удавалось избавиться. Улыбнувшись, мужчина, в который раз, пожал плечами, словно сомневаясь. Но сомнений не было. «Ну что? — сказал он себе, — все складывается как нельзя лучше».

Фориэ Арима нашла его в его убежище, подошла и встала рядом.

— Зачем вы прячетесь? — спросила она, для чего тогда бал.

— Эти люди здесь пришли не ко мне, — заметил мужчина странным, будто ломающимся голосом, кашлянул, замолчав, перевел взгляд в зал, — им нужен Ареттар, — добавил спокойно, — только он.

— Бросьте, — проговорила Фориэ, — мы с вами знаем, что это невозможно. И был ли певец — тоже вопрос.

Он покачал головой.

— Ошибаетесь, — заметил сухо, и Фориэ заметила, как блеснули маслянисто, как у кота наевшегося сметаны, серые, обычно холодные глаза. — Именно этот сюрприз я б и хотел преподнести. Так получилось, что вы угадали.

— Он будет?

Да-Деган скупо кивнул.

— Когда?

— Откуда я знаю? — заметил вельможа, спарывая нить вышивки, выдергивая ниточки из своего драгоценного одеяния, — он — ветер, а ветру трудно назначить время. Как вы думаете, разве он не сможет сегодня сюда не прийти?

151
{"b":"2597","o":1}