ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Интуитивное питание. Как перестать беспокоиться о еде и похудеть
Кронпринц мятежной галактики 2. СКАЙЛАЙН
Призрачная будка
#Нескучная книга о счастье, деньгах и своем предназначении
Шаман. В шаге от дома
Просветленные видят в темноте. Как превратить поражение в победу
Сыщик моей мечты
Блондинки тоже в тренде
Любовница Синей бороды

Долго спать им не дали. Да-Деган растолкал их через три-четыре часа, заставил собраться и вновь повел за собой. Спать хотелось ужасно. Илант искал повода, что б сказать об этом, но так и не сказал. Лия шла молча, покорно несла свою долю поклажи, не позволив себе переложить её на чужие плечи. Она была старше мальчишек на пару лет, но это ничего не значило. Значимым было то, что она, девушка, не позволяла себе раскиснуть и жаловаться, а, следовательно, жаловаться грешно было им обоим

Да-Деган вывел их на поверхность в то время, когда один из двух спутников Рэны как раз скрылся с горизонта, а второй ещё не взошёл, рассвет тоже был далёк, но зарево над городом не позволяло потерять ориентира. И, глядя на это зарево, Илант вдруг и отчетливо почувствовал, что происходит нечто страшное, то, что заставило отца вздрогнуть и так, явственно побледнеть.

То, что за какую-то долю мгновения, заставило Да-Дегана измениться, словно собравшись с силами, встряхнуться и действовать иначе, чем всего день назад. Его сухопарая длинная фигура словно налилась силой и ловкостью, походка, мягкая и упругая, совершенно бесшумная, напоминала походку хищника, и, львиную часть груза он тоже нёс на своих плечах. А ещё, он казался совсем иным человеком, незнакомцем, только похожим на кого-то из давних знакомых.

Илант почувствовал, как Рэй встал рядом, и, глядя на зарево, вздохнул, что-то в этом вздохе говорило о едва сдерживаемых слезах, впрочем, ему самому хотелось плакать, будто дым щипал глаза, и, само собой, невозможно было в этой слабости признаться. Он крепко сжал руку брата и понял, что Лия тоже застыла, и стоит совсем близко. Она плакала и кусала губы, но ей это разрешалось, ей была позволительна эта маленькая дамская слабость — слёзы. Всхлипнув, и замаскировав всхлип вздохом, она пошевелилась, и пошла, все, убыстряя шаг, туда, где в темноте угадывалась сухопарая фигура воспитателя.

Помнится, шли они долго, в основном, ночами, днем останавливаясь в лесах и перелесках. Дагги умудрялся доставать провиант, ловя то рыбу, там, где была вода, то, ухитряясь, в несложные силки заполучить пару неосторожных птах. Однажды, изловив крупную водяную крысу, он уселся поудобней в тени, и стал её разделывать, вызвав всеобщее удивление.

— Зачем это? — проговорил Рэй, глядя изумленными, широко распахнутыми глазами на действо.

— Затем, что это — наш обед, — невозмутимо откликнулся Да-Деган.

— А это едят? — в свою очередь спросил Илант.

— Мы будем. Ещё есть вопросы?

Вопросов больше не нашлось. Странно, но желудок не протестовал, возмущаясь присутствием экзотического блюда. Съев свой кусок, Илант облизнул жир с пальцев и, вздохнув, подумал, что не отказался б от добавочной порции. Увы, сие было неосуществимо. И, как обычно, дав им понежиться на солнцепеке, с сумерками Да-Деган заставил покинуть лагерь.

Отчего-то Илант был уверен, что будь в их распоряжении больше времени, или, хотя б находись они на материке или таком крупном острове, как Форэтмэ, Дагги сумел бы их спрятать так, что прошли бы годы, прежде чем кто-то сумел взять след. Островок же, на котором находилась Амалгира — столица Рэны, был из себя невелик, исхожен вдоль и поперёк, и просто чудом было, что их искали более недели.

Впрочем, если б не досадная случайность, возможно, всё было б иначе. То, что по их следу кто-то идет, Дагги почувствовал ещё в полдень. Илант видел, как он прислушивается к обычным звукам природы, словно за этой шумовой завесой присутствует ещё нечто. Потом он поднялся и быстро ушёл, вернулся под вечер и приказал собираться, не дожидаясь, когда сгустятся сумерки. Разумеется, всем хотелось узнать, куда он ходил, зачем, и что удалось узнать, но за прошедшие несколько суток и мальчишки и Лия уже успели привыкнуть к тому, что лишние вопросы лучше не задавать.

Шли как обычно молча, но темп не был обычным. Да-Деган спешил, заставляя и их держать этот ускоренный ритм. Несколько раз они пересекали неглубокую речку, шли по её руслу, выходя на берег там, где был только голый камень. А Да-Деган подгонял, время от времени отрывался, уходил вперёд, разведывая дорогу, возвращался назад и, сверкая очами, смотрел на них, юных, уставших, не привыкших ни к подобному темпу, ни к длительным пешим переходам, ни к достаточно скудному рациону питания.

Ко всем печалям добавилась ещё одна, Рэй где-то умудрился подвернуть лодыжку, шёл, прихрамывая, и тем самым замедлял продвижение группы, и долго скрывать подобный факт ему не удалось. Да-Деган, заметив это, только поджал губы, подойдя, велел тому присесть и осмотрел повреждённую ногу.

— Да, — протянул больше устало, чем зло, — с этим далеко не упрыгать.

Он присел на камень, сорвал травинку, сунул в рот, пожевал задумчиво, глядя на небо. Вот-вот должен был начаться сезон дождей, но отчего-то всё не наступал, томил ожиданием. Дождь быстренько б разогнал преследователей по домам, смыл следы, и бесполезно было б искать их через несколько недель, когда они окончательно затеряются в мире.

Да-Деган посмотрел на Лию, потом перевёл взгляд на Иланта.

— Вот что, — проговорил, внезапно решившись, — вы двое, сейчас берете минимум вещей и возвращаетесь в Амалгиру. Не спорьте. А я остаюсь с Рейнаром.

— Но, — возмущённо прервал Илант.

— Никаких «но», — жестко оборвал его Да-Деган, — ему никуда не дойти, неужели это не понятно? Ко всему прочему, я тут подобрался к лагерю наших преследователей и послушал разговоры. Так вот, мои солнышки, бунт удался, затеял это действо Аторис Ордо, и гонят нас его сторонники. Возглавляет их некий Энкеле Корхида, большего головореза я в жизни своей не видел, этот Энкеле мне очень не понравился. Будь на его месте кто-нибудь иной, я, возможно, счел бы необязательным доставлять даме неудобства и позволил бы Лии остаться здесь. Но, в данной ситуации, считаю более целесообразно ей не оставаться. — он вздохнул, и смягчил тон, достал из кармана карту и карандаш, подозвал их обоих и начертил с десяток троп и тропинок, ведущих в город, сплетающихся и расплетающихся в сложном узоре, передал её Иланту. — До города идете оба вместе, а в Амалгире разбегаетесь. Тебе, Илант, думаю, лучше всего исчезнуть, залечь на дно, сменить фамилию, и никогда никому не говорить, что ты — сын координатора. Времена смутные, неизвестно как оно выйдет. Лия постарается вернуться к Ордо.

— Ещё чего! — возмущённо фыркнула девушка.

— Это не каприз, — тихо проговорил Да-Деган, — это необходимость. Две головы — моя и Рэя, могут слететь с плеч, если ты этого не сделаешь. Девочка, пойми, Энкеле Корхида, не задумываясь, прибьет Рейнара, если будет уверен в своей безнаказанности. И, между прочим, я не уверен, что ничего не грозит тебе самой, попадись ты в его руки. Так что идите, Амалгира не так и далеко, два дня пути, и вы там, я постараюсь сбить шавок со следа. Самое страшное город уже пережил, сейчас там на порядок безопаснее, чем было тогда, когда мы его покидали. Не беда, что нет документов, в смутное время они необходимы, но далеко не у каждого имеются, уж поверьте мне. И, в городе, при желании, можно затеряться не хуже, чем в джунглях, а порой — много лучше. Идите.

— Дагги, давайте останусь я, — предложил Илант, — Рэй — мой брат, а вы идите. Вы уж точно дойдёте.

Да-Деган отрицательно покачал белой головой.

— Нет, Илант, — ответил тихо, — остаться лучше мне. Я старше, опытнее. Я пожил. А ты иди, и постарайся выжить в этой заварухе.

Лия подошла совсем близко, присела рядом с Да-Деганом, уткнулась ему в плечо.

— Иди, девочка, — прошептал тот, — и помни, от твоих слов зависит многое, может быть наша жизнь.

Она коротко кивнула, поднялась на ноги, смахнула с глаз слезу и потянула Иланта за собой. Илант пошел нехотя, несколько раз оглянувшись. Да-Деган сидел молча, грыз травинку, прижимал к себе Рэя.

С тех пор более ему не довелось увидеть ни брата, ни отца. Да-Деган нашёл его сам, когда он уже перестал думать о том, как хорошо им было б встретиться. Как бы то ни было, но в Да-Дегане он привык видеть надёжную поддержку и опору. К тому же, те четыре года, проведённые в одиночестве, когда с трудом удавалось добыть кусок хлеба, заставили его ценить, как никогда, и дружеское участие и дружескую поддержку. Правда, за эти четыре года изменился сам Да-Деган. Изменился настолько сильно, что с трудом можно было его узнать. Во всяком случае, понимать друг друга они перестали, словно порвалась тоненькая нить некогда связывавшая их души.

18
{"b":"2597","o":1}