ЛитМир - Электронная Библиотека

Илант внезапно смутился, заметив на себе пристальный взгляд Сенатора, пожал на ходу плечами, поддел ногой мелкий камушек, откинул в сторону.

— Почему Вы так на меня смотрите? — спросил он

— Уверен, что Леди ты об этом не говорил.

— Она не поймёт, Алашавар, ей без толку говорить. Единственное, на что она способна, так это без конца повторять своё сладкое «мальчик мой».

Алашавар усмехнулся, остановился, показал на скамью.

— Присядь, — предложил он, — если я задержусь на лишних пять минут, дела не убегут, а поговорить нам стоит.

Илант, не спеша, подчинился.

— Чем ты занимался после бунта? — спросил Сенатор, оставаясь стоять.

Илант слегка улыбнулся.

— Дела были, — ответил негромко. Мыл посуду в кабаке, драил полы за харчи и ночлег. Ничего интересного.

— А потом?

— Потом ... — протянул Илант, — потом служил в доме Да-Дегана.

— Юлишь, — заметил Сенатор, — не думаю, что удар ножом ты получил за плохую службу.

Илант улыбнулся.

— На Рэне полно мерзавцев, — ответил он, — я отправил к праотцам одного.

— Почему ты об этом не сказал сразу?

— На Софро подобное поведение не приветствуется, Алашавар, не так ли? Внук Леди и — убийца?

— Прекрати... — отмахнулся Сенатор, слегка поморщившись. Глаза смотрели пристально, а на лице отражалось сочувствие, — при мне не нужно делать реверансы. Можешь считать, что я понимаю. В отличие от Леди. И догадываюсь, что мерзавец был не один.

— Я тоже. Но меня задели. Ну что вы хотите? — проговорил Илант, чувствуя, что не может больше молчать, — Эти новые рэанские господа уже научились убивать, а со мной были такие же мальчишки, как я сам, одержимые идеей мести. Жаль, вывернулся Корхида, убей я его, всем было бы лучше.

— Почему?

— Это отъявленный негодяй, Алашавар. Вы о таких здесь, на Софро, не слышали.

— Кто он такой?

— Один из главарей. Господин Энкеле Корхида. Вы, правда, о нём никогда не слышали?

— Кем он был до бунта?

— Никем.

— Значит, не слышал.

Илант вздохнул, сцепил пальцы рук в замок.

— Я так понимаю, Рэну тебе помог покинуть твой воспитатель? — задал вопрос Алашавар.

Илант кивнул, поджал губы.

— Еще он предостерегал ехать на Софро, — ответил, не зная сам почему, — теперь я вижу, он был прав, и здесь мне делать нечего. Только и забот, что бродить по садам, я пошёл бы к Стратегам, но это ведомство разогнали. Я не хотел покидать Рэну, но так получилось, что оставаться там я не мог. Единственное, чего я желаю, так это вернуться. Там я нужен. Здесь — не особо. Знаю, вы сейчас скажете, что Рэна — Закрытый Сектор, и тому подобное...

Алашавар улыбнулся.

— Не скажу.

— Почему?

— Без толку. У вас с Хэланом одна порода — убеждать вас в чем-то — напрасный труд. Если ты вбил в свою голову, что должен вернуться — ты вернёшься, что б я не говорил. Так?

Илант вздохнул, пожал плечами.

— Я здесь лишний, — проговорил устало.

— Кто тебе это сказал?

— Я чувствую. Вы думаете, я нужен Локите? Мне кажется, что я ей только обуза.

— Не забивай себе голову ерундой. — посоветовал Сенатор, — Если тебе нечем заняться, могу предложить навести порядок в моей библиотеке, ради разнообразия. Предложение не прельщает? А то у меня до этого руки не доходят, у Юфнаресса тоже.

Илант негромко рассмеялся, переплёл пальцы в замок.

— Всё-то у вас просто, — проговорил он, отсмеявшись. — И вы не меняетесь

— Ну если ещё и я изменюсь, — отозвался Сенатор, с усмешкой — то, пожалуй, ты не найдёшь на Софро ничего знакомого. Хотя, порой, и мне хочется сбежать отсюда.

Илант поёжился от налетевшего порыва ветра, всколыхнувшего листву, посмотрел на небо, яркая звездочка уходила от горизонта, поднималась выше и выше, меняла траекторию. Корабль был маленьким и быстрым.

— Почтовик? — спросил, заметив, что Сенатор тоже наблюдает за стартом.

— Скорее кто-то из контрабандистов, — вздохнул сенатор, — ты будешь смеяться, но их корабли на Софро — не редкость.

— Быть не может!

— Может, Илант, я же говорю, что Софро изменилась...

— А спецслужбы?

Сенатор качнул головой, взъерошил волосы.

— Знаешь, — промолвил тихо, — хотя это, разумеется, ни для кого не секрет, всё ж не болтай об этом везде — парни из спецслужб, впрочем, как и диспетчера тоже, берут взятки.

Илант легонечко присвистнул.

— Бабка знает?

— Должна понимать, — отозвался Сенатор, — Но, мне кажется, её заботит, как и прежде, только одно — как свести с ума побольше мужиков в округе. Ты извини, но подобных... дам, Софро давно не видела.

Сенатор поднялся со скамьи, вздохнул, обернулся.

— Да, — проговорил, словно внезапно что-то вспомнив, — ты заходи как-нибудь вечером, у меня где-то лежит запись последнего разговора с Хэланом. Приберёг для Локиты, так, на всякий случай, думал она спросит, все же мать, но она не спрашивала, так я почти и забыл. Но если тебе она нужна — заходи.

Илант кивнул коротко, облизнул пересохшие губы.

— Я зайду, Элейдж, обязательно зайду... — проговорил тихо.

Сенатор как-то странно усмехнулся, качнул головой. Потом недоуменно пожал плечами, что-то буркнул негромко себе под нос и пошёл прочь, несколько раз по дороге оглянувшись. Илант посмотрел ему вслед, улыбнулся, и вдруг, внезапно понял, каким именем назвал Сенатора.

«Элейдж», — подумал он, смутившись, и чувствуя, что краснеет. Несмотря на то, что за глаза этим прозвищем Сенатора величали чаще, нежели именем, в глаза называть не решались.

— Элейдж, — проговорил он вслух, словно покатав имя на языке, прислушался к звучанию слова, слегка улыбнулся.

Прозвище Сенатору удивительно шло, оно прилипло к нему давно и всерьёз, сколько Илант ни помнил себя, а Сенатора, за глаза, все называли именно так, лишь в глаза упоминая настоящее имя. Когда-то Хэлан смеялся над этим прозвищем, но, тем не менее, так же как все, употреблял его. Смеялась и Локита.

— Как ты его назвал? — спросила не далее, чем вчера, вертясь перед зеркалом, поправляя изумительный жемчуг с Сиоль-Со, в три нити обёрнутый вокруг тонкой высокой шеи, несмотря на возраст, лишённой даже малейших морщинок.

Жемчуг был крупный, слегка сероватый, слегка отливающий голубизной, сияющий перламутром. Из этого жемчуга были и подвески серег, вдетых в уши Локиты. Сколько Илант её помнил, Локита носила именно такие, словно поседевшие, жемчуга Сиоль-Со, оправленные платиной или просто нанизанные в нити. Иногда к жемчугу добавлялись редчайшие цветные бриллианты, синие как сапфир, или чёрные, как беззвёздное ночное небо Софро, но только бриллианты. Иных камней и украшений она не признавала. Это был стиль или шик, знал лишь то, что для Локиты эти цвета и камни были ещё одним способом выделиться и отличиться.

А ещё поражали её духи, запах, тяжёлый, чувственный, что обволакивал её невидимым облаком, укрывал ореолом, одетая этим запахом, словно укутанная в него, она казалась во сто крат прекрасней и милее, нежели любая другая женщина, пусть даже много моложе Леди. И странно было осознавать, что он — её внук, не знает возраста своей бабки. Локита скрывала его, держала в тайне, на все вопросы, которые он задавал ещё тогда, ребёнком, улыбалась загадочно, выглядела же, словно юная девушка.

Илант усмехнулся, подумав, что не будь она его бабкой, он бы, наверное, как и все вокруг, увлёкся ей. Её очарование не действовало разве что на Элейджа, он, да ещё его секретарь, Юфнаресс Антайи, умудрялись держать между собой и Леди приличную дистанцию, не позволяя себе увлечься. Впрочем, обоих Локита откровенно недолюбливала, словно платя взаимностью на их нелюбовь.

— Ох, уж этот Элейдж, — говорила она сладко, рассматривая своё отражение. — Старомоден и древен, как тот, чьё прозвище ему дали. Он отстал от времени, он совершенно не считается с реалиями нынешнего дня. Он неплохой специалист, но, ...но он всё чаще откровенно мешает. Гнать таких из Сената, в шею. Но не могу, народ его любит, но пусть только чего-нибудь наворотит, выгоню без жалости. На Софро нужны люди молодые и смелые, как ты. Не правда ли?

21
{"b":"2597","o":1}