ЛитМир - Электронная Библиотека

О характере Гресс, её упрямстве и твёрдости байки ходили не только по Ирдалу, но и по многим мирам, в которых той доводилось бывать. Говаривали, что эта отчаянная дама не побоялась привести свой корабль в гавань Раст-Танхам, мотивируя это тем, что кораблю требовалась срочная починка, и, желательно, в условиях верфи. Сама Ис-Шабир в реальности подобного случая сомневалась, но уже по тому, какую профессию выбрала себе её собеседница, судила о многом. Направляясь к ней в дом, она понимала, что характер Гресс Альбенар описал ей верно. И что придётся потрудиться, выжимая из камня воду, но то, что за два часа беседы ей не удастся выудить абсолютно ничего нового, никак не предполагала.

«Надо было уступить этот визит Эдуэ, — подумала, отчаиваясь, этот смазливый рэанин, осевший у них, в исследовательском центре на Кайринта, мог обольстить статую, не только очаровать женщину, — может быть, чего-то он бы добился».

— Вам не кажется, — заметила Гресси Кохилла, — что погода портится? Я б на Вашем месте поспешила уйти.

Ис-Шабир недовольно пожала плечами. Все эти два часа её вежливо игнорировали, терпя присутствие и не более того, теперь же явственно давали понять, что визит затянулся, и терпеть его долее не собираются. Она поднялась на ноги, поправила одежду и заметила, что твёрдое и решительное лицо её собеседницы смягчилось, когда она глядела вдаль.

— Вы правы, — заметила Ис-Шабир, — мне и в самом деле пора идти. Гресси, но, пожалуйста, пообещайте, если вспомните, быть может, хоть что-то, дайте нам знать. Это важно.

Гресс отвернулась от окна.

— Знаете, что я Вам скажу, — заметила сухо и дерзко, — надо было слушать самого Ордо, когда он что-то хотел сказать, а не носиться по его знакомым теперь, когда самого Аториса Вам не достать. Я знаю, что несколько недель назад Вы пытались разговорить на эту тему Архата Хайадару, он мне говорил, только ничего не добились. Теперь видимо моя очередь, и мы будем сталкиваться с Вами до тех пор, пока не кончится мой отпуск, и я не покину Ирдал. Но, можете мне поверить, Ордо говорил мне то же, что и всем, и ничего нового я не смогу поведать. Ничего. И, огромная просьба, дайте мне получить то, за чем я приехала — покой и отдых. Большего я не прошу. А если Вам интересно, что ж на самом деле видел Ордо, — полетайте на Рэну, к Аторису. Может быть, он сам всё расскажет.

Гресси подошла к двери, провожая нежданную гостью, и, открыв ее, коротко кивнула, словно предлагала выместись подобру-поздорову. Пронизывающий ветер взметнул её короткие, тёмно-медовые, присоленные сединой, пряди, приподнял их, отбросил назад. Назвать это причёской, даже мысленно Ис-Шабир не могла.

Гресси Кохилла, если б не её явно женская фигура, могла б легко сойти за мальчишку — занозистого, грубоватого по глупости юнца, — манеры и жесты явно соответствовали. Единственное, кроме фигуры, что выдавало в ней женщину — мягкий взгляд тёплых, рыжевато-карих глаз, спокойных и слегка мечтательных. «Дали Небесные! — подумалось Ис-Шабир, — Вот заноза!»

Несмотря на годы, которые капитан космического флота Лиги уступала ей, и немалые надо сказать годы, Ис-Шабир выглядела перед ней юной девочкой, бабочкой-однодневкой, только что вылупившейся из куколки.

Выйдя на улицу, она тихо и бесцельно побрела по набережной, чувствуя, что потерпела полное фиаско. Вспомнился взгляд Альбенара, почти сочувствующий, когда она рассказала о своей затее. «Вы не знаете эту женщину, Исси, — проговорил координатор задумчиво, — это не женщина, это пират в юбке. Акула. Вам её не взять. И Эдуэ ваш тут тоже не помощник. Возможно, единственный кому она доверяет — это Элейдж. Попробуйте уговорить сенатора, что б он попытался на неё воздействовать, тогда, может быть, и выйдет из вашей затеи хоть что-то. А я б не стал даже и браться. Я знаю её давно, с тех пор, когда Архат притащил её на руках в мой дом, заявив, что эта девочка тонула, а он её спас. Могу заметить, пришла в себя она быстро, да ещё и отвесила оплеуху Архату, который неуклюже пытался делать ей искусственное дыхание. Им обоим тогда было по пятнадцать лет, но с тех пор она не изменилась. Доказательством служит то, что Архат до сих пор бегает за ней, без малейших шансов на успех быть замеченным».

Вздохнув, она попыталась понять, что же в этой коротко стриженой, похожей на пацана женщине было такого, что могло задеть, зацепить самоуверенного и самовлюблённого Архата Хайадару, заставив увиваться вокруг нее. Ответа не было.

Архат казался человеком иного склада, нежели эта занозистая и колючая Гресси Кохилла. Архат во время беседы был вежлив и мил, возможно, сказывалось воспитание, и он не дал заподозрить, что её визит не кстати.

Единственное, что в них было схожим, только то, что ни один из них на все поставленные вопросы не дал вразумительного ответа. Разве что, Архат сразу дал понять, что ни в каких Аюми он не верит, и к словам Ордо относился, да и относится, более чем скептически.

Впрочем, она тоже не сразу сумела поверить в реальность встречи с флотом Аюми, она бы не поверила в это никогда, если б не работа, не Кайринта. Она вспомнила исследовательский центр и усмехнулась.

Официально Кайринта был закреплен за биологами, но неофициально несколько лет подчинялся ведомству Стратегической разведки, а после ее расформирования перешел под прямой контроль Алашавара. Сенатор появлялся несколько раз в год, просматривал отчеты, качал головой и уезжал. Казалось, так длится целую вечность. И Ис-Шабир перестала надеяться на успех давно, только потому, что ничто так и не менялось.

Вещи, принадлежавшие Аюми, те, которые уцелели после взрыва корабля, словно решили не поддаваться исследователям, свято храня свои маленькие тайны при себе. До сих пор, хоть на исследования ушло более восьми лет, не удалось продвинуться даже на немного. Так и не стало понятным, что за принципы и технологии использовали Аюми, создавая свои шедевры.

Женщина покачала головой, вспоминая статуэтки, переливающиеся сполохами цвета, прекрасные фиалы, тонкостенные настолько, что невозможно было установить их толщину, но то, что она была меньше, чем размер атома, всем и давно в Кайринта было известно, как прописная истина. Были еще картины на тонкой пленке, казавшиеся живыми, были цветы, и....

Она вспомнила, как, впервые увидев эти творения, не обратила внимания на горстку огненных, алых камней. Они были красивы, но куда более ее голову занимало другое. И лишь когда Эдуэ взял один из камней, а остальные потянулись за ним, словно бы связанные невидимой нитью, обвиснув у него в руках, превратившись в изысканное, редкое по красоте, ожерелье она изумленно вздохнула. До сих пор оставалось неясным как оказалось возможным это волшебство, ведь между камнями свободно проходил любой предмет, не разрушая невидимой связи.

Да и наивно было думать, что им удастся разгадать секрет. Хотя, вначале, казалось, что ничего сложного нет, что вся эта работа займет ну год, ну два, но не более. Но и за все время существования исследовательского центра, им не удалось приблизится к разгадке и на шаг. Исследования лишь прибавляли вопросов, не давая надежды на быстрое получение ответов.

И становилось понятным, что слишком многое ускользало от внимания исследователей Лиги, слишком многое, что копилось столетиями, и что невозможно открыть, даже держа в руках раритеты Аюми, которые словно бы говорили, как узко восприятие реальности человеческим разумом.

Она качнула головой и, проведя рукой по светлым, медовым прядям, осмотрелась, отыскивая взглядом Эдуэ. Он обещал быть где-то рядом. Он и был рядом, только стоял в стороне, рядом с немолодым, но подтянутым и стройным человеком, на плечах которого явно не хватало знаков отличия. Выправка у старика была еще та.

Замедлив ход, Ис-Шабир достала из сумочки сигареты, и, не доходя до мужчин, остановилась, закурив, присела на скамью. Сказывалось нервное напряжение и разочарование в визите. Она ждала большего.

Впрочем, это разочарование, и она верила в это, было последним. Припомнив многочисленные командировки по мирам Лиги, усмехнулась. Она провела в перелетах больше трех месяцев, но если б не Эдуэ, могла б провести и больше трех лет.

74
{"b":"2597","o":1}