ЛитМир - Электронная Библиотека

— Шанс? — заметила Ис-Шабир удивлённо, — шанс чего?

— Шанс уцелеть, — проговорил Имрэн почти с жалостью, — аналитики утверждают, что в кои-то веки мы столкнулись с интересами псевдоцивилизации, что вопреки всем законам Вселенной не закончила своё существование, и вышла на стадию развития, когда она опасна, очень опасна для всего окружающего мира. Лигу может смести с лица Вселенной. Вопреки всем законам.

Ис-Шабир опустилась в кресло, стоявшее у стены, посмотрела на Имрэна внимательней. Он не шутил, и все равно, облизнув пересохшие от волнения губы, она проговорила:

— Шутка затянулась.

— Вы же понимаете, что я не шучу, — откликнулся Имрэн, — зачем же тогда...

— Я не хочу в это верить, — тихо отозвалась она, — И ко всему остальному, должна вас разочаровать, но даже если мы и отгадаем секреты Аюми, как вы думаете, сколько времени понадобится нам, что б самим воплотить нечто подобное.

Имрэн, улыбнувшись, пожал плечами, подошел к женщине, присел на стул, подвинувшись к ней так, что б иметь возможность смотреть ей прямо в лицо. Улыбка вновь была теплой и сочувствующей.

Глядя в его лицо, Ис-Шабир невольно отмечала такую правильную, нереальную гармонию черт, какой до этого не замечала ни у кого другого. Что-то в его взгляде и улыбке напомнило ей статуэтки Аюми. В них тоже присутствовала гармония, до этой встречи, казавшаяся ей преувеличением. Просто она не могла поверить, что человеческое существо может быть настолько совершенным, настолько гармоничным. И в сердце рождалась тоска. Она не знала, от чего это происходило, но на глаза наворачивались слезы. И выплывала из памяти строчка из Саги о Странниках.

— Вы — Аюми, Имри? — спросила женщина, нелогично, поддаваясь всплеску эмоций, готовясь получить дерзость в ответ на нелепое предположение. Но мальчишка только кивнул, нежно коснулся теплыми пальцами ее ладоней.

— Аюми, — вздохнул он, — почти что. Но не дай вам судьба встретить настоящих Аюми, Исси. Вы не знаете, что это такое. Не дай судьба встретиться с ними никому.

— Почему?

— Не много людей на этом свете может встретиться лицом к лицу с Аюми и... сохранить себя. У Странников была причина, что гнала их от всех обитаемых миров. Причина достаточно веская. И вы бы поняли, знай вы о ней. Но вы не поверите. Не поверите, даже если будете знать. Вы живете в своем мире, и не стоит мне его нарушать.

— Он все равно будет разрушен, — прошептала женщина, вспоминая его слова, — ведь где-то на окраине мы встретились с Империей из наших Легенд, что оказались не легендой, а лишь напоминанием. Какая разница, когда будет разрушен мой мир, сегодня или через несколько лет?

Имрэн качнул головой, словно не соглашаясь с ней, на лице отразилось виноватое смущение и нежелание говорить. Он помолчал несколько минут. А она неожиданно для себя поняла, что он намного старше, нежели можно предположить, глядя на его лицо. Лицо задиристого мальчишки и сорвиголовы.

Невозможно было понять, сколько же событий прячется за ясным взглядом лучистых глаз, за несерьезностью, за легкой насмешливостью и по-детски открытой улыбкой. Возможно, гораздо больше, чем она могла себе представить. Его облик вновь и вновь напоминал, что перед ней — мальчишка, но с некоторых пор ... она перестала доверять внешнему облику.

Закрыв глаза, она попыталась вспомнить прошедший вечер, где полумрак скрывал его черты, и только память напоминала о них. Если б она не видела его до той прогулки, то навряд ли смогла, даже мысленно назвать его мальчишкой. Кроме внешнего, что заставляло ощущать его совершеннейшим мальчишкой, в этом человеке не было практически ничего детского. Разве что улыбка....

Все так же, прикрыв глаза, она невольно почувствовала легкое раскаяние, за это, более чем несерьезное отношение.

— Имри, — проговорила она негромко, чувствуя, как дрогнул голос, — я должна.

— Не извиняйтесь, — ответил он мягко, — не стоит, это излишне. Я все понимаю....

Имрэн сидел на подоконнике, внимательно наблюдая за Юфнарессом, что, сидя около компьютера, рассортировывал пришедшие данные по степени их важности. Вид у секретаря, был усталым, словно на том неделю пахали. Да и действовал он вяло и заторможено, словно находясь в полусне.

— Ты не заболел часом? — спросил Имрэн участливо, глядя на полную отчаянья мину, воцарившуюся на лице Антайи.

Юфнаресс молча махнул рукой, и, отвернувшись от дисплея, посмотрел на рыжего мальчишку так, словно впервые заметил его присутствие. Подойдя к окну и встав рядом, он протяжно вздохнул. Выражение усталости стало лишь более явным. Об этом говорила какая-то безжизненная мимика и уголки губ, опустившиеся вниз, и вновь ссутуленные плечи. А когда он встал рядом, то Имрэну показалось, будто какая-то неведомая сила выпивает из того все соки.

— Нет, Имри, — ответил секретарь и, вздохнув, примостился рядом. — я не болен. Просто тошно на душе.

Имрэн пожал плечами и, отвернувшись, посмотрел за окно.

— Чиачиллит заявила об желании выйти из Лиги, — устало заметил Антайи, — точнее, заявила о желании выхода. Сколько лет существует Лига, но такой скандал случается впервые. Сенатор в составе делегации помчался туда, что б предотвратить эту нелепую крайность. Без него, наверное, никто не сумеет изменить ситуацию, ты знаешь Элейджа, там, где не слушают других, к нему могут прислушаться.

Имрэн согласно склонил рыжую голову.

— Жаль, — проговорил он, — я надеялся с ним встретиться. Но нет, так нет. Но, может, ты скажешь, что новенького происходит в Лиге? Я давненько не был на Софро.

— Новенького? — усмехнулся секретарь, подходя к шкафу и доставая две чашки, — кофе хочешь?

— Да, не откажусь.

— Новенького, — проговорил секретарь, разливая ароматный напиток из термоса, — за последние три месяца наберется много. Первое — прилетала рэанская ласточка, Илант Арвис. Исчез так же нежданно, как и появился. Второе — на верфях Та-Аббас готов к спуску крейсер нового типа. Вскоре он уйдет в испытательный полет. Третье, говорят, на Софро видели Ареттара. Про Чиачиллит ты уже знаешь. Что еще тебя интересует? Да, чуть не забыл, сенатора Антрэго выпихнули из Сената.

— Этого-то за что?

— За взяточничество. Но, думается мне, это работа Локиты. Она, наверняка, хочет провести в Сенат очередного из своих любовников. Знаешь, Имри, если так пойдет и дальше, то, думается мне, через пару — тройку лет от Лиги отойдет добрая треть миров. А мне бы этого не хотелось.

Имрэн молча взял из рук Антайи чашку с горячим напитком и сделал глоток.

— Удивительная гадость, — заметил он, проглатывая горький, без сахара, крепкий напиток. — И как ты это пьешь?

— Молча, — усмехнулся Юфнаресс, — и с улыбкой.

— Кстати, теперь твоя очередь рассказывать новости. Где ты был?

— На Раст-Танхам.

Секретарь удивленно выгнул бровь, и, пристально посмотрев на Имрэна, пожал плечами.

— Сенатор знает?

— А, — отмахнулся юноша, — нечего ему знать.

— Что ты там делал?

— Это допрос?

— Это вопрос, Имри. Если не хочешь отвечать, — промолчи.

— Искал следы Ареттара, — признался Имрэн нехотя, — ходят упорные слухи, что он жив. Хотелось бы встретиться. Задал бы я ему пару вопросов по существу.

Секретарь тихо рассмеялся.

— Говорят, — заметил он нервно, — что где-то дней десять назад он был на Софро, отметился в покоях Локиты. Оставил ей записочку в пару слов и вновь исчез, кто-то утверждает, что видел его в порту. Знаешь, Алашавар не спешит говорить, что не верит.

— Значит, он был и здесь, — спокойно заметил Имрэн, — жаль, что я проспал это знаменательное событие. Спел бы он у меня «Аюми Файэ», а я бы послушал. Если он явился сюда, то не просто так, а с каким-то тайным умыслом. Знать бы зачем, Антайи.

— Ты веришь?

— Я, Юфнаресс, знаю, что за бестия этот певец. Никому б я не посоветовал переходить ему дорогу. Он из той породы, которым фортуна если и показывает спину, то длиться это недолго, потом, хочет она того или нет, но улыбаться ей приходится. Я не особо поверил в гибель Ареттара. Знаешь, когда он работал в Закрытых секторах, то известия о его смерти приходили не единожды. И в итоге, оказывалось, что он жив. Я просто привык к тому, что если говорят о его гибели, то верить в это сразу нет нужды. Сначала стоит проверить.

83
{"b":"2597","o":1}