ЛитМир - Электронная Библиотека

Но если и после этого лох артачится и начинает звать милицию в надежде на то, что эти деньги ему удастся прикарманить, тогда уж ему и на самом деле может быть плохо. Однако известны случаи, когда с помощью некстати подвернувшегося мента хапуге удавалось избежать расправы. Кидалы самым натуральным образом теряли свои деньги, потому что кинувший их лох угрожал накатать заяву о разбойничьем нападении в общественном месте и в присутствии свидетелей, а это уже недопустимо. Менты тут кидалам помочь не могли ничем.

Впрочем, такое случалось очень редко, в остальном же профессия «подкидыша» имела очень много плюсов. Самый главный заключался в том, что в случае удачно проведенной операции ментам от выручки мало что обламывалось, скорее всего менты и не знали об отъеме денег. Делиться приходилось лишь в том случае, если кидалу «взяли за жопу» в самый момент совершения им мошеннических действий. «Крыша» «подкидыша» — кидальское звено, к которому он и принадлежит.

Помимо «подкидывания» валютные кидалы в последнее время освоили еще одну профессию: воровство, причем воровство как карманное, так и товарное. В периоды некоторого затишья в основной работе, когда, как говорится, «рыба не идет», некоторые «верхние» начинают высматривать в толпе, что у кого можно стащить. Обычно тянут все, что плохо уложено в сумках покупателей и торчит из них.

Наиболее ловкие приглядываются к оттопыренным карманам в надежде поживиться наличностью: как правило, у приезжих в карманах хранятся вполне приличные суммы, от 1000 гривен и до нескольких десятков тысяч долларов. В таких случаях в ход идут длинные медицинские пинцеты — ими гораздо удобнее работать, так как не всегда удается просунуть в карман руку на требуемую глубину, чтобы жертва ничего не почувствовала.

В любом случае методы воров-кидал существенно отличаются от методов «натуральных» воров, которые в «рабочие зоны» кидал попросту не допускаются. Все доходы от подобного рода деятельности идут в кассу звена или бригады, от которой работают такие воры. Наиболее популярен вид воровства, называемый «товарным».

Когда жертва, намереваясь получше разглядеть и пощупать заинтересовавший ее товар, ставит свою набитую ранее купленными шмотками сумку между ног, а то и просто рядом с собой, один или два кидалы тоже пристраиваются к тому же лотку и прикидываются такими же покупателями (в крайнем случае — продавцами с соседских лотков), чтобы отвлечь внимание жертвы от собственных сумок. Сами сумки тем временем аккуратно изымаются и быстро уносятся. Присвоенные таким образом вещи по дешевке раздаются окрестным реализаторам, а некоторые лотки торгуют только тем, что им приносят кидалы.

Как уже говорилось, кидалы внимательно следят за тем, чтобы у окрестных реализаторов ничего не пропадало с прилавков. Не дай бог какому-нибудь новичку по незнанию стащить что-нибудь со стола, поэтому реализаторы, «осчастливленные» соседством кидал, могут не опасаться за сохранность товара и даже, если им срочно нужно отойти по делу или еще куда-нибудь, могут запросто оставить свой товар на слоняющихся порой без дела «верхних» или на «нижнюю».

Впрочем, «нижняя» в любой момент может кинуть покупателя и скрыться, так что за товаром в таком случае надлежит следить «верхним», а то и самому звеньевому. Кроме того, порой случаются ситуации, когда разбушевавшийся «терпила» начинает в виде компенсации за потерянные доллары хватать с прилавка товар, якобы принадлежавший той (или тому), кто его кинул.

Кидалы этого допустить не должны, и, если все же что-то с прилавка в таком случае и исчезнет, бригадир после недолгого, а то и просто поверхностного разбирательства без пререканий вносит потерянную реализатором сумму.

Продавцы, которые относятся к кидалам с явной симпатией, могут рассчитывать на их покровительство и помощь в разрешении всяких мелких проблем. Например, кидалы могут помочь отогнать от прилавка слишком уж надоедливого покупателя, вернувшего бракованный или некачественный товар.

Случается так, что толчок внезапно посещают так называемые особые бригады по борьбе с преступностью, или «Беркут». С этими шутки всегда плохи, и потому предупрежденные свыше кидалы моментально сворачивают свою деятельность и уезжают с рынка вообще. Не было еще ни одного случая, чтобы кидалы влипали по-крупному, за исключением тех ситуаций, когда они нарывались на какого-нибудь «крутого» городского мента в штатском. Но и тогда их неизменно отмазывают. Стоило это, правда, недешево, и порой лоханувшемуся кидале приходилось исчезать с рынка надолго, если не навсегда. Но заводить на них дела менты всячески избегают.

К лету 199... года эра валютных кидал закатилась. Менты как ни старались этого избежать, а вследствие прямого приказа сверху вынуждены были запретить этот промысел, процветавший на толчке около пяти с половиной лет. Многие кидалы остались без работы, одни исчезли с рынка, другие вступили в воровские бригады, на которых указ об искоренении преступности на рынке мало действует, да и вряд ли когда-то подействует, а третьи стали заниматься лохотроном.

Игроки

Летом 199... года на толчке стали появляться так называемые бригады игроков, состоящие в основном из оставшихся без дела старых валютных кидал. Торговцы их еще прозвали «зонтичниками», потому что непременным атрибутом этих бригад являлся большой стационарный солнечный зонт, который, впрочем, служил не столько защитой от солнца (потому что присутствовал и в абсолютно не солнечные дни), сколько для придания «фирме» необходимой солидности.

Обычно такая бригада устраивается у любого закрытого контейнера, если же в конце концов приходит хозяин контейнера и открывает его, они идут дальше, но обычно поиск свободных мест много времени у них не отнимает.

Пользуясь открытой поддержкой ментов, они просто-напросто сгоняют со свободного места мелких торговцев, которых называют барыгами и которые развешивают свои товары на дверях нужного игрокам закрытого контейнера. Очень часто для того, чтобы обеспечить своим протеже свободное место, менты под всякими предлогами закрывают тот или иной контейнер. Поводом могут явиться мелкие нарушения или отсутствие у реализатора необходимых документов на право торговли.

Патрульные менты прекрасно знают, к кому и как придраться, и, хотя основная масса торгующих контейнеров находится под хорошими «крышами», всегда найдется десяток-другой так называемых «бесхозных». В любом случае проблем со свободными местами для игроков не существует.

Однако, по сравнению с валютными кидалами, количество бригад игроков было очень невелико. В лучшие «оптовые» дни можно было насчитать 10—15 точек.

Всем желающим сыграть зазывала представлял свою контору как «Фирма ПАРТИЯ, Фонд возрождения региона».

К началу зимы 199... года (ноябрь — декабрь) всех игроков постигла участь валютных кидал. Их тоже «попросили» с толчка, и потому они вынуждены были переместиться на территорию города.

Продолжение следует...»

...О городском ведомстве мемуаров найти не удалось. Придется описывать самому.

В городе властвовал Папа.

Впрочем, деятельность его ведомства тоже была освещена. Причем литераторами-профессионалами. В период следствия в нескольких одесских газетах вышли разоблачающие статьи. Цитировать их не буду. Это были нормальные ругательные публикации. Несколько оголтелые. Все в них было вроде бы правильно, но безжизненно. Нюансы особо не анализировались. Главная, единая для всех статей идея была в следующем: Папа создал в Одессе империю мошенников. И сам «работал» в ней императором.

Насчет «империи» журналисты хватили лишку. Но некая клановость, семейственность, имела место. И Папа в семье был папой.

Папа на самом деле был папой. Правой рукой во всех его делах стал сын Олег. Улыбчивый, обаятельный парень, в котором остальные усыновленные и удочеренные Папины дети души не чаяли.

Сам Папа, может, и проявлял к Олегу какие-то особенные отцовские чувства, но позволял себе это только наедине. Чтобы у остальных членов семьи не возникало чувства неполноценности. На людях ко всем относился ровно. С родного сына даже строже спрашивал. Как со старшего, которому положено оберегать младших и учить их уму-разуму.

9
{"b":"2598","o":1}