ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Через минуту она услышала топот бегущих ног. К ней приближалось несколько человек, но вдруг раздался голос:

– Стойте, черт возьми! Всем стоять!

Сабрина услышала голос Джона и какие-то неясные слова:

– Где?.. Ладно, идите назад. О Господи...

Снова зазвучали шаги, и через мгновение Джон склонился над дрожащей от холода и едва прикрытой остатками юбки девушкой. Он держал в руках одеяло, которое купила ему Весенняя Луна. Индианка отвела мужчин в сторону, рассказала, где лежит тело Дэна Ричфилда с ножом в спине, и они пошли взглянуть на него.

– О Господи... – Голос Джона ласково звучал в ночной тишине.

Сабрина опустила глаза, не в силах смотреть на него.

– Нет, нет, прошу тебя, не надо. – Она хотела сказать ему, чтобы он не смотрел на нее, но не смогла.

Только всхлипнула и теснее прижалась к нему. Страх перед тем, что могло случиться, внезапно вновь охватил ее. Слезы смывали кровь с ее щеки.

Он завернул ее в одеяло, поднял на руки, словно ребенка, и принялся что-то тихо нашептывать ей, баюкая, как когда-то давным-давно баюкал свою маленькую дочь. Джон внес ее в дом и усадил на кожаный диван в гостиной. Глядя на ее израненное лицо, на ее глаза, полные слез, он внезапно понял, что все равно бы убил Дэна Ричфилда, если бы Весенняя Луна не сделала это за него. Индианка уже шепнула ему, что Дэн не успел изнасиловать Сабрину. Джон был благодарен Весенней Луне за эти слова. Но если бы ее нож не попал в цель или она бы опоздала... Он невольно содрогнулся, представив, что это могло случиться. Джон опустился на колени возле Сабрины.

– Детка, как могло такое случиться? Я больше никуда не отпущу тебя одну. Клянусь тебе. Я найду тебе телохранителя, и он будет повсюду следовать за тобой. Я сам буду твоим телохранителем... Это больше не повторится...

Конечно, это не повторится, но телохранители тут ни при. Главное, что Дэн Ричфилд мертв. Нож вошел ему прямо в сердце, и он умер на месте. У Весенней Луны была верная рука, Джон отлично знал это.

– Если бы не она... – Сделав глоток чаю с виски, который заставил ее выпить Джон, Сабрина немного пришла в себя.

Она старалась не думать о том, как выглядит. Прежде чем уйти, Весенняя Луна нашла одежду Сабрины и отдала ее Джону. Но Сабрина так и сидела, укутавшись в одеяло. Джон не отрываясь смотрел на девушку. Он чуть было не потерял самое дорогое, что у него было в жизни. Наверное, если бы Дэн убил Сабрину, он бы этого не перенес. На глазах у Джона выступили слезы. Он с нежностью смотрел на Сабрину и без конца повторял:

– Этого больше никогда не случится. Никогда. Ты слышишь? Я всегда буду рядом...

Сабрина взяла его руку, и он почувствовал, что девушка вся дрожит.

– Ты здесь ни при чем. Я сама виновата. – Голос Сабрины звучал спокойно.

Казалось, самообладание вернулось к ней, но она была еще очень слаба и из-за дрожи в коленях не могла подняться.

– У нас была старая вражда. Удивительно, что он не решился на это раньше. Когда угодно он мог подкараулить меня на рудниках. Он ненавидел меня, вот и все. Ты ведь знаешь, это чуть не случилось несколько лет назад. Тогда мне повезло. А сейчас повезло еще больше. И все благодаря Весенней Луне. – Тут Сабрина вспомнила, что несколько минут назад Джон выходил, чтобы переговорить со своими людьми. – Он мертв?

Джон кивнул:

– Да. Нож вонзился прямо в сердце.

– А что теперь будет с Весенней Луной? – В отношении индейцев закон был достаточно суров, и то, что она спасла Сабрину, не являлось смягчающим обстоятельством.

– Сегодня ночью она уедет отсюда в Южную Дакоту, – ответил Джон, который уже давно обо всем позаботился. – Тело Дэна найдут только завтра... Его не особенно здесь любили... – Слова Джона успокоили ее.

Сабрина знала, что его не будут допрашивать и что полиции будет достаточно одного его слова, а злополучный нож исчезнет навсегда. – Тебе не о чем беспокоиться. – Джон произнес это так спокойно и уверенно, как никогда в жизни, и у Сабрины отпали последние сомнения.

Казалось, она никогда себя не чувствовала в большей безопасности.

– И ей тоже не о чем беспокоиться. Вам обеим ничто не угрожает. Поверь, Ричфилд получил по заслугам. Я жалею только о том, что когда-то ему доверял.

– Я тоже. – В ее памяти всплыли картины прошлого.

Неожиданно перед ней снова возник образ человека, срывающего с нее одежду. Ком подкатил к горлу, и Сабрина зажмурилась, но Джон подошел и крепко обнял ее.

– Сейчас я отвезу тебя домой. – Джон вынес укутанную в одеяло Сабрину на улицу и осторожно усадил в машину.

Добравшись до места, он бережно взял ее на руки и отнес в спальню. Перепуганная Ханна не знала, что и думать.

– Что с ней случилось? – спросила она дрожащими губами.

– Все нормально, – успокоил ее Джон и рассказал о случившемся.

Старая женщина была потрясена.

– Какой подлец! Повесить его мало!

Джон не сказал Ханне, что Ричфилд уже мертв. Скоро та сама обо всем узнает.

– Спасибо Господу, что кто-то остановил его. У вас хорошие люди.

– И хорошие друзья.

Любая другая женщина на месте Весенней Луны не ударила бы пальцем о палец, чтобы помочь Сабрине. По ее милости индианка теряла человека, которого любила много лет, и все же она защитила его невесту, как собственное дитя, и Джон был благодарен ей. Он сделает Весенней Луне щедрый подарок, а потом отвезет на вокзал и посадит в поезд. Дорога предстояла неблизкая: они выедут еще ночью, а прибудут на место уже на рассвете. Весенней Луне нужно исчезнуть из города, пока никто не проболтался. Пожимая на прощание руку Ханны, он попросил старую женщину позаботиться о его девочке. Именно о девочке, ведь Джон воспринимал ее как ребенка. И в этом не было ничего странного, учитывая их двадцативосьмилетнюю разницу в возрасте. У Сабрины хватит сил и здравого смысла, чтобы быстро оправиться после сегодняшнего происшествия. А потом он сам позаботится о Сабрине, будет беречь и лелеять ее всю свою жизнь...

Джон повторил свою клятву два месяца спустя, когда они обвенчались в церкви Сент-Элены. На церемонии присутствовало более восьмисот человек. Церковь была заполнена до отказа, и те, кто не смог войти внутрь, наблюдали за венчанием сквозь открытые окна. Среди собравшихся было много шахтеров, даже тех, кто в свое время ушел от Сабрины. Они и сейчас, наверное, не испытывали к ней особой любви, но пришли, чтобы выразить свое уважение к Джону. Во время венчания Ханна плакала. Джон и Сабрина сильно волновались.

Гостей было так много, что прием по случаю свадьбы пришлось устроить под открытым небом на территории рудников Харта. Среди приглашенных были все рабочие с женами и детьми. На этом настояла Сабрина, сказав со счастливой улыбкой:

– Ты же знаешь, свадьба бывает один раз в жизни.

Конечно, она знала, что Джон уже был женат, но сейчас в это верилось с трудом. Матильда умерла за год или два до рождения Сабрины. Это было так давно, что, казалось, не имело к Джону никакого отношения. Словно не он, а совсем другой человек имел жену и двоих детей. Гораздо проще ей было представить рядом с Джоном Весеннюю Луну. Она в течение нескольких лет довольно часто видела их вместе. Но сейчас и это ушло в прошлое. Джон принадлежал только ей и никому больше. Сразу же после свадьбы молодожены отправились на пароходе в Сан-Франциско.

Он взял ее за руку и ласково произнес:

– Чем я заслужил такую награду, как ты, Сабрина Харт?

Сабрине нравилось, как звучит ее новое имя.

– Я счастлива, Джон Харт.

– А обо мне и говорить нечего.

Джон предлагал Сабрине отправиться куда-нибудь в свадебное путешествие и был крайне удивлен, когда она выбрала Сан-Франциско. После свадьбы она хотела пожить некоторое время в доме Терстонов. Так они и решили. Джон намеревался провести в городе целый месяц, и только после Рождества им предстояло вернуться к своим делам в Напу. Но все дела вылетели у молодоженов из головы, когда уже за полночь они прибыли в дом Терстонов. Сабрина попросила своего банкира временно нанять несколько слуг, и весь дом был озарен ярким светом. Поднявшись за Сабриной в хозяйские покои, Джон увидел просторную спальню с широкой застеленной кроватью. В комнате горели свечи, в камине полыхал огонь, и повсюду стояли вазы с цветами. Никогда этот дом не был столь прекрасен, как сегодня. Сабрина посмотрела на кровать, принадлежавшую раньше ее матери. Теперь это было ее брачное ложе. Глаза девушки светились от радости. Повернувшись к Джону, она нежно прошептала:

70
{"b":"25980","o":1}