ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вы неважно выглядите. Вы позавтракали?

– Да, я великолепно позавтракала. Но мой муж в тюрьме, мистер Йорк, и я бы очень хотела его оттуда вытащить. Какие на это шансы в ближайшем будущем?

– Великолепные. – Барри сиял. – Я разговаривал с банком, все в ажуре. Вы оформляете дом и соглашаетесь на залоговое удержание доходов в магазине на случай его неявки в суд. А мы придержим кольцо с изумрудом и сапфировую брошь.

– Что?

Йорк сказал это так, как будто заказывал для нее ленч, но он прекрасно понял вчера, как она относилась к фамильным драгоценностям.

– Вы, наверное, не поняли, мистер Йорк. Дом и мой бизнес – вот все, что я готова заложить. Вчера я вам сказала, что могу предложить ювелирные украшения. Но это только в том случае, если бы его освободили вечером и без звонка в банк. Без получения лишних гарантий.

– Да. Хорошо. После звонка я чувствовал бы себя лучше.

– А я – нет.

– А как вашему мужу понравится дальнейшее пребывание в тюрьме?

– Мистер Йорк, разве не существует закона в отношении залогодержателей, запрашивающих слишком большую закладную под дополнительное обеспечение?

Мартин сказал ей об этом.

– Вы обвиняете меня в мошенничестве?

О господи, если она собирается прижать его… о нет…

– Нет. Пожалуйста, послушайте…

– Послушай, малышка. Я не веду дела с юбками, которые называют меня мошенником. Я оказываю вам любезность, ужом тут извиваюсь ради вашего муженька за пятнадцатитысячную закладную, а вы называете меня вором. Я такое ни от кого не потерплю.

– Извините. – Слезы жгли ей глаза. Она спрашивала себя, хватит ли у нее сил справиться. Он окинул ее взглядом и пожал плечами.

– Ладно-ладно. Вот что я вам скажу. Мы оставим у себя только кольцо. Брошь можете забрать.

– Идет. – Вышло не так, как она хотела, но ей было все равно. Не важно. Не имеет значения, если Ян убежит и они заберут дом и ее бутик, а также машину и кольцо с изумрудом. Плевать на все.

Йорк ухитрился потратить на формальности вдвое меньше времени против обычного и скользнуть рукой по ее груди, когда доставал другую авторучку. Джесси посмотрела ему в глаза, он улыбнулся и сказал, что она будет настоящей красавицей, если станет правильно питаться, и что у него была такая же высокая подружка в школе. Ее звали Мона. Джессика только кивнула и продолжала выводить свою фамилию. Когда вся бумажная работа была закончена, он взял трубку, чтобы набрать номер городской тюрьмы.

– Я распоряжусь, чтобы Бернис перевела вас через улицу. – Он решил называть ее просто по имени. – И послушайте, Джессика, если вам когда-нибудь понадобится помощь, вы только позвоните, я буду рядом.

Она мечтала о том, чтобы этого никогда не случилось, однако, прежде чем уйти, пожала ему руку.

К тому времени, когда Барри Йорк делегировал свою сотрудницу перевести Джесси через улицу, чтобы освободить Яна под залог, был уже почти полдень. А ей казалось, что часы скоро пробьют полночь. Она была измотана, мысли путались, очертания предметов расплывались перед глазами. Она попала в царство злых, гнусных людей.

Молодая особа, которую он назвал Бернис, для вида пошелестела бумагами, затем вместе с Джесси перешла улицу, направляясь в Зал правосудия. Она просунула стопку бумаг, подписанных Джесси и Барри Йорком, в окошко на третьем этаже и повернулась к Джесси, смерив ее взглядом.

– Собираешься липнуть к своему старику?

– Простите?

– Собираешься остаться с мужем?

– Да… конечно. А в чем дело?

– Чертовски трудно тебе будет, сестренка. И что такая хорошенькая цыпочка будет делать с неудачником вроде него? Он еще потрясет твой кошелек. – Она покачала головой и заработала челюстями.

– Он того стоит.

Девушка пожала плечами и махнула рукой в направлении лифтов.

– Можешь подняться в тюрьму. Мы свое сделали.

– Нет, леди. Это я сделала. В этом-то вся и разница.

Бернис, лопнув на прощание пузырь из жвачки, направилась к лестнице.

Спустя несколько секунд Джессика была уже в тюрьме и нажимала на маленький звонок, чтобы позвать к двери охранника.

– В чем дело? Еще не время для посещений.

– Я пришла, чтобы забрать мужа под залог.

– Как его зовут?

– Ян Кларк. Знаете, известный насильник. Вам только что звонили из «Йорктаун Бондинг».

– Я проверю. – Проверишь? Проверишь что? Когда на карту поставлен дом, бутик и мамино кольцо с изумрудом, что еще проверять? А «Йорктаун Бондинг», а инспектор Хоугтон, а Ян? Ее вновь стали грызть сомнения, она не могла разобраться даже в своих переживаниях. Джессика сердилась на мужа, но не за его прегрешения, а за то, что его не было с ней, когда он был так нужен.

В полубессознательном состоянии, с притупившимися чувствами она прождала возле железной двери почти час, прислонившись к холодной стене. А что, если она никогда не увидит его? Но неожиданно дверь открылась. За ней, не сводя с нее глаз, стоял Ян. Небритый, грязный, неопрятный и похудевший. Но он был свободен. Она поставила на карту все, что имела. И освободила его. Со стоном она сползла ему на руки, а он, нежно обняв, повел ее к лифту.

– Все в порядке, малышка… все хорошо. Все будет нормально, Джесс… тсс…

Это был Ян. Живой Ян. Он держал ее так нежно и почти что нес к машине. Джесси понимала, что не смогла бы выдержать больше… Он не знал всех деталей своего освобождения, но когда увидел документы и услышал об изумрудном кольце ее матери, то понял больше, чем она хотела ему сказать.

– Все хорошо… Все будет хорошо. – Она прижалась к нему, когда они стояли около автомобиля, слезы рекой катились по ее щекам, на лице застыло выражение крайнего отчаяния, а между рыданиями слышались тихие всхлипывания.

– Джесси… малышка… я люблю тебя. – Ян крепко держал ее, а затем медленно повел машину домой.

Глава 9

– Какие у тебя планы на сегодня, дорогая?

Джесси налила Яну вторую чашку кофе за завтраком и посмотрела на часы. Было почти девять, она не показывалась в магазине вот уже два дня, но ей казалось, что прошел по крайней мере месяц. Мрак отступил, теперь все было позади. Ян снова дома. Вчера Джессика провела большую часть дня в полудреме в объятиях мужа – чистого, выбритого, слегка отдохнувшего. На нем были серые свободные брюки и темно-красный свитер. Каждый раз, когда она смотрела на него, ей хотелось его потрогать, чтобы убедиться, что он – настоящий.

– Ты собираешься сегодня писать?

– Не знаю еще. Полагаю, мог бы провести день, ничего не делая.

Но Ян не просил ее остаться дома, он знал, что ей нужно работать. Джессика достаточно сделала для него за прошедшие дни. Он не мог просить большего.

– Я заберу тебя на ленч.

– У меня есть идея. Почему бы тебе сегодня не поболтаться рядом с бутиком?

Ян следил за выражением ее глаз и догадался, о чем она думает. Джессика была такой же задумчивой целыми месяцами после смерти Джейка. Она боялась потерять его из виду хоть на секунду.

– Боюсь, я тебе только помешаю. Но сделаю, как ты просишь. Буду рядом с тобой большую часть времени.

– А оставшуюся? – Джессика наклонилась и взяла его за руку.

– Я собираюсь поговорить кое с кем по поводу работы.

– Нет! – Она отдернула руку, ее глаза переполняла боль. – Нет, Ян! Пожалуйста.

– Джессика, будь благоразумной. Ты подумала о том, во что нам обходится эта трагедия? Вернее, тебе, если быть точным? Самое подходящее время подыскать работу. Ничего необычного, просто пора приносить в дом немного денег.

– А как ты будешь выкручиваться, когда тебе надо будет появляться в суде? Кому ты тогда станешь приносить пользу?

Джессика опять крепко схватила его за руку, и Ян поразился отчаянию, с которым она держалась за него.

– Хорошо, что именно ты хочешь от меня, Джесс?

– Закончи книгу.

– И позволить тебе взять на себя все судебные издержки?

Джесси кивнула.

– Мы сможем уладить финансовые дела позднее, если ты хочешь. Но не принимай это близко к сердцу, Ян. Какая разница, кто подписывает чеки?

19
{"b":"26000","o":1}