ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Милая девочка
Карта хаоса
Массажист
Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса
Шестнадцать деревьев Соммы
Сила других. Окружение определяет нас
Заботливая мама VS Успешная женщина. Правила мам нового поколения
Гортензия
Новые эльфы: Новые эльфы. Растущий лес. Море сумерек. Избранный путь (сборник)
A
A

Глава 13

Шли недели, в мире происходили важные события, Гитлер захватил балтийский порт Мемель, а процесс продолжался. Первые страницы газет по-прежнему занимали преимущественно судебные новости, зловещие события, послужившие прологом к новой мировой войне, освещались гораздо сдержаннее. Во всяком случае, все газеты Нью-Йорка больше интересовались делом Делони, нежели политическими потрясениями. Тем временем Великобритания и Франция заявили о своей готовности прийти на помощь Польше в случае германской агрессии, войска генерала Франко вошли в Мадрид, и, к огромному огорчению Чарльза, гражданская война в Испании завершилась поражением республиканцев. За три года в этой войне погибло больше миллиона человек. Для Чарльза это стало такой же трагедией, как и для его европейских друзей. Борьба окончена. Война проиграна. Но теперь у Чарльза Делони была новая война, теперь он сражался за собственную жизнь.

После ночного визита Беа Риттер больше не звонила Мариэлле. Только в газетах появлялись ее статьи, и Мариэлла неизменно чувствовала благодарность за симпатию и поддержку журналистки.

Естественно, пресса подняла немыслимый шум вокруг скандальной связи Малкольма с Бригиттой, но Мариэлла смогла остаться в стороне и никак не выразить своего отношения к этому роману. В течение последних недель они с Малкольмом в лучшем случае обменивались несколькими словами, а Бригитту она видела всего однажды. Бригитта старалась смотреть на Мариэллу свысока и подчеркнуто обращалась исключительно к Малкольму, как бы доказывая, что она победила свою соперницу. Естественно, что девушка защищалась таким способом, потому что она оказалась в очень незавидном положении. Мариэлла чувствовала себя спокойнее, чем Бригитта. В ее душе не было ни гнева, ни даже ревности. Муж давным-давно стал ей чужим, но его многолетняя ложь, фальшивое дружелюбие его любовницы — вот где предательство. Ее первую и единственную попытку обсудить создавшееся положение Малкольм пресек, разыграв ярость. Он заявил, что ее поведение с Чарльзом было настолько скандальным, что , сам он теперь не обязан ей ни в чем отчитываться. Этим он не добился ничего, а только подтвердил свою вину. Впрочем, его вина не нуждалась в доказательствах.

Мариэлла холодно напомнила мужу, что пресса не угомонится, если он будет продолжать жить в квартире любовницы. Вечером она отметила, что он не поехал к Бригитте, а остался дома. Тем не менее они почти не видели друг друга.

Как ни трудно было переносить напряженные до предела отношения с мужем, еще тяжелее были судебные заседания, где бесконечной чередой выступали свидетели обвинения, эксперты и какие-то совсем посторонние люди. Все они должны были доказать вину Чарльза, и каждого Том Армур обязательно заставлял растеряться.

Только через три недели после начала процесса защита приступила к опросу своих свидетелей. Первым свидетелем, которого вызвал Том Армур, оказалась Мариэлла. Сначала адвокат аккуратно провел ее по воспоминаниям прошлого, реабилитируя ее везде, где Палмер выставил ее не в лучшем свете. И облик Мариэллы, создаваемый защитой, в итоге существенно отличался от того, который возник в результате стараний прокурора и Малкольма. Вместо полусумасшедшей, больной истерички, которой нельзя было доверить даже собственного ребенка, перед присяжными явилась достойная женщина, потрясенная гибелью сына, рождением мертвого младенца, а затем поведением мужа. Том Армур открыто признал, что Чарльз в то время был полностью не в себе и обращался с Мариэллой очень плохо. Он объяснил, что горе подкосило обоих. Когда он попросил Мариэллу рассказать, как она спасала детей на Женевском озере, едва ли не все присутствующие поднесли к глазам платочки. Теперь у нее появилась возможность объяснить, почему ей удалось спасти двух девочек, но не собственного сына. Андре отнесло слишком далеко от кромки льда. Все участники процесса слушали ее и представляли, как ребенок лежал у нее на руках и не подавал признаков жизни. Рассказывая об этом дне, о последовавшем вечере в больнице и о мертвой новорожденной, она несколько раз останавливалась, так как ее душили слезы. Семья погибла в одночасье, и как муж, так и жена были не в состоянии адекватно оценивать обстановку. Чарльз испытал сильное потрясение, а она сломалась и в течение долгих месяцев ждала только смерти, чтобы вновь оказаться рядом со своими детьми.

— А сейчас вы в таком же состоянии? — спокойно спросил Том Армур. Кто-то из присяжных смущенно кашлянул.

— Нет, — печально ответила она.

— Вы верите, что Тедди жив?

В ее глазах стояли слезы, но она заговорила:

— Не знаю. Надеюсь. Я очень надеюсь… — Она обвела взглядом зал, посмотрела в сторону журналистов. — Если кто-нибудь знает, где он сейчас… Пожалуйста, умоляю вас, верните его… Мы сделаем что угодно… Только не причиняйте ему вреда…

При этих словах один из репортеров вскочил с места, в лицо Мариэлле сверкнула вспышка, и судья распорядился вывести ретивого корреспондента из зала суда.

— И если это еще раз повторится, тот, кто это сделает, будет взят под стражу, — прогрохотал судья Моррисон и затем извинился перед Мариэллой. Она уже пришла в себя и ожидала следующего вопроса Тома.

— Вы уверены, что вашего сына украл Чарльз Делони?

Адвокат задал опасный вопрос. Но ему хотелось, чтобы она во всеуслышание заявила, что не убеждена в виновности Чарльза. Он не сомневался, что ответ будет именно таким.

— Нет, не уверена.

— Способен ли он, по-вашему, на такой поступок? Вы знаете его лучше, чем кто бы то ни было. Он вас любил, он обвинял вас, плакал вместе с вами… даже бил вас… Возможно, с вами он обращался хуже, чем с кем-либо другим. — Чарльз сам признавался в этом Тому Армуру, и тем не менее из предварительной беседы с Мариэллой адвокат заключил, что она не верит в его вину. — Одним словом, миссис Паттерсон, вы многое о нем знаете. Верите ли вы при этом, что он украл вашего сына?

Прошла целая вечность, а она все не отвечала. Наконец она отрицательно покачала головой и уронила лицо в ладони. Том Армур ждал.

70
{"b":"26004","o":1}