ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Фоллер
Уже взрослый, еще ребенок. Подростковедение для родителей
Опасная улика
438 дней в море. Удивительная история о победе человека над стихией
Как купить или продать бизнес
Не благодари за любовь
Одиссея голоса. Связь между ДНК, способностью мыслить и общаться: путь длиной в 5 миллионов лет
Алхимики. Бессмертные
Ее худший кошмар

– Ситуация в Европе складывается взрывоопасная, – промолвил он наконец. – Да вы, наверное, и сами знаете... Боюсь, скоро она вырвется из-под контроля, и тогда... тогда большая война неизбежна. Что касается Соединенных Штатов, то мы можем оказаться втянутыми в конфликт помимо своей воли.

Джо начал задумываться об этом еще в августе, когда услышал о боевых действиях в Польше. А теперь германские самолеты регулярно бомбили Лондон. На рейды вражеской авиации Королевские ВВС отвечали бомбежками немецких городов, однако главной задачей британцев была оборона собственного острова. Именно за этим Джо и приглашали в Англию. Он консультировал английских авиаконструкторов и испытывал английские самолеты, стараясь повысить их живучесть в борьбе с опытными асами люфтваффе. Кое-каких успехов им удалось достичь, и все равно ночные налеты продолжались, и в британской столице уже погибли тысячи людей. Кейт не могла этого не знать, поэтому Джо весьма удивила горячность, с которой она поспешила ему возразить.

– Но ведь Рузвельт обещал, что Соединенные Штаты не примут участия в войне! – воскликнула девушка.

– А вы действительно этому верите? Даже после того, как мобилизация уже практически объявлена? Никогда не следует особенно полагаться на то, что пишут газеты, – можно сесть в лужу. Что касается меня, то я почти уверен: рано или поздно нам придется принять участие в этой войне.

Сам Джо несколько раз задумывался о том, чтобы вступить добровольцем в Королевские Военно-воздушные силы Великобритании. Однако работа, которую он делал вместе с Чарльзом Линдбергом, была гораздо важнее нескольких германских самолетов, которые ему удалось бы сбить над Ла-Маншем. От того, как они с ней справятся, зависели сила и мощь американского воздушного флота в грядущей войне, поэтому Джо решил, что должен остаться дома. Чарльз Линдберг, с которым Джо не раз говорил об этом, разделял его точку зрения, хотя и был горячим противником вступления США в войну. Как бы там ни было, буквально после Нового года оба собирались отправиться в Калифорнию, чтобы испытывать новые самолеты – истребители и штурмовики, которые могли пригодиться их стране при любом варианте развития событий.

– Я очень надеюсь, что вы ошибаетесь, – негромко сказала Кейт.

И она действительно на это надеялась, ибо война означала, что все красивые молодые люди, которые сейчас беззаботно смеялись, болтали, ухаживали за дамами, наденут военную форму и отправятся на фронт, где им будет грозить смертельная опасность. Кроме того, ей было ясно, что весь мир, каким она его знала, непременно изменится, кто бы ни победил в той большой войне, которую предсказывал Джо.

– Вы правда думаете, что нам придется вступить в войну? – снова спросила она, не скрывая своей тревоги. На мгновение Кейт даже забыла о том, что находится на балу, потому что вещи, которые они обсуждали, были куда более серьезными.

– Да, Кейт, я так думаю. Больше того, я в этом уверен, – твердо сказал Джо, и Кейт неожиданно подумала, что ей нравится выражение его глаз, появившееся в тот момент, когда он назвал ее по имени. И это было далеко не все, что ей в нем нравилось...

И тут Кейт сделала нечто такое, чего никогда прежде себе не позволяла. Да и сейчас не позволила бы – во всяком случае, ни с кем другим. Но с Джо Олбрайтом она чувствовала себя просто на удивление легко и свободно, словно обрела в его лице близкого друга.

– Давайте пойдем в зал и немного потанцуем, – предложила она.

С точки зрения Кейт, в этом не было ничего зазорного, однако Джо отчего-то стушевался. Он даже отвернулся от нее и несколько секунд сосредоточенно разглядывал собственную тарелку. Наконец он снова поднял голову и смущенно пробормотал:

– Я не умею.

К его огромному облегчению, Кейт не стала смеяться. Она лишь удивленно приподняла брови.

– Не умеете? Так я вас научу! Это очень просто: нужно лишь переступать ногами под музыку и стараться не налетать на другие пары. И еще улыбаться так, словно вы занимаетесь приятнейшим делом. Ну, идемте?..

– Может, лучше не стоит? Я отдавлю вам все ноги, – с сомнением отозвался Джо, думая о том, что танцевать с ней, наверное, действительно самое приятное занятие в мире. – Да и вам, очевидно, пора – друзья, должно быть, уже заждались вас, – добавил он.

Джо Олбрайт уже не помнил, когда говорил с кем-нибудь так долго, в особенности – с девушками ее возраста, о котором, впрочем, он по-прежнему не имел никакого понятия. Ему было ясно только, что она младше его; о том же, сколько ей может быть лет, он не задумывался.

– Может быть, я вам надоела? В таком случае простите, я не хотела быть назойливой, – сказала Кейт озабоченно. Ей в самом деле показалось, что Джо не терпится от нее избавиться, и она испугалась, уж не оскорбила ли его своим предложением потанцевать.

– Проклятье, нет, конечно!.. – воскликнул Джо и тут же прикусил язык.

Подобные слова не пристало употреблять в разговоре с леди, но он слишком привык к ним, постоянно вращаясь в грубом мужском мире. Этот мир авиационных ангаров, аэродромов, заправщиков и механиков был единственным местом, где Джо чувствовал себя как дома. Однако сейчас он неожиданно поймал себя на том, что ему нравится сидеть здесь и беседовать с этой молодой женщиной в голубом атласном платье и изящных, в тон платью, бальных туфельках.

И это казалось ему настолько неправдоподобным, что он даже не удивился.

– Нет, мне нисколько с вами не скучно, – сказал он. – Просто я подумал, что, если вы хотите танцевать, вам лучше выбрать себе в партнеры кого-то, кто умеет это делать.

– Я и так уже танцевала сегодня достаточно много, – объяснила Кейт и тихонько вздохнула, кляня себя за то, что зря потратила столько времени и вышла в банкетный зал только теперь. Впрочем, жалеть было глупо – ведь и Джо пришел сюда совсем недавно.

– А что вы любите делать в свободное время? – поинтересовалась она.

Джо пожал плечами.

– Летать, – ответил он со смущенной улыбкой и не покривил душой: авиация была его единственной страстью. – А вы? Что любите вы?

– Мне нравится читать, путешествовать и играть в теннис. А зимой я люблю кататься на лыжах. Когда я была маленькая, я каталась и на коньках и даже мечтала играть в хоккей, но мама мне не разрешила.

– Очень мудро с ее стороны: ведь вы могли остаться без зубов, – вставил Джо, которому, впрочем, было уже ясно, что в хоккей Кейт никогда не играла – настолько ослепительной была ее улыбка. – А машину вы водите?

Он откинулся на спинку стула и неожиданно подумал, что, пожалуй, мог бы научить ее водить самолет за два-три занятия. Нет, лучше за пять занятий.

Кейт улыбнулась.

– Я получила водительскую лицензию в прошлом году, когда мне исполнилось шестнадцать. Но папе не нравится, когда я беру машину. Он считает, что я вожу кошмарно, хотя сам учил меня, когда мы летом отдыхали на мысе Код. Там почти нет движения и водить гораздо проще.

Джо удивленно взглянул на нее, и лицо его слегка вытянулось.

– Простите, но... Сколько же вам лет?

Он был уверен, что его собеседнице лет двадцать, быть может – чуть больше. Во всяком случае, выглядела она достаточно взрослой, да и держалась на редкость уверенно.

– Семнадцать. Восемнадцать мне исполнится только через несколько месяцев. А вы думали, мне сколько? – Его удивление неожиданно польстило Кейт.

– Ну-у, не знаю, право... Может быть, года двадцать два – двадцать три... – Джо хмыкнул. – Девочек вроде вас нельзя выпускать в свет в таких платьях – они очень легко могут сбить с толку старых дураков вроде меня.

Но он вовсе не выглядел старым, особенно когда улыбался или смущался. В последнем случае Джо вообще напоминал мальчишку, обманом втиснувшегося в общество взрослых и уличенного в этом. Вот уже несколько раз Кейт замечала, как он в смущении отводил глаза и, только справившись с собой, снова поднимал голову. Эта непонятная стеснительность ей очень нравилась, хотя Кейт и казалось, что такой человек, как он, должен был бы лучше адаптироваться в обществе – в любом обществе.

8
{"b":"26005","o":1}