ЛитМир - Электронная Библиотека

Франсуаза повернулась к дочери:

– Пообещай, что будешь слушаться Софи, пока мы будем в отъезде.

Робер тайком передал сестре кусочек сахара, пропитанный кофе, она быстро сунула его в рот и с благодарностью посмотрела на него.

– Не убегай далеко, помни, что Софи не может за тобой гоняться.

Через два дня у Мари-Анж начинались занятия в школе.

– Мы с папой вернемся в выходные.

Но без Робера. Ей это казалось трагедией.

– Я буду тебе звонить из Парижа, – пообещал Робер.

– Каждый день?

Она посмотрела на брата широко раскрытыми голубыми глазами, так похожими на глаза отца.

– Так часто, как только смогу, я же буду ходить на занятия.

Он обнял сестру, поцеловал в обе щеки и вместе с родителями пошел к машине. Каждый нес в руке по небольшому чемоданчику. Перед тем как закрыть дверь, Робер сунул в руку Мари-Анж маленький сверток:

– Это тебе.

Машина тронулась с места. Мари-Анж и Софи стояли рядом, махали вслед машине и обе плакали. Позже, вернувшись в кухню, Мари-Анж развернула крошечный сверток и увидела маленький золотой медальон с фотографией Робера. На снимке, сделанном в прошлое Рождество, Робер улыбался. В другую половинку медальона была вставлена фотография их родителей, сделанная в тот же день. Софи помогла девочке надеть медальон на шею и застегнула тонкую золотую цепочку.

– Очень милый подарок. Робер молодец, – сказала Софи, вытирая глаза платком.

Она принялась убирать со стола, а Мари-Анж пошла полюбоваться на себя в зеркало. Медальон был красивый, но, глядя на маленькие фотографии брата и родителей, Мари-Анж почувствовала себя одинокой. Мама перед отъездом поцеловала ее, папа обнял, взъерошил волосы и пообещал, что в субботу, вернувшись из Парижа, они заедут за ней в школу. Замок без родителей и брата казался пустым. Бродя по дому, она зашла в комнату Робера и присела на его кровать. Через час там ее и нашла Софи. Когда экономка заглянула в комнату, Мари-Анж сидела на кровати с потерянным видом.

– Хочешь пойти со мной на ферму? – спросила Софи. – Мне нужно купить яиц, и я обещала принести мадам Фурнье бисквиты.

Мари-Анж только грустно покачала головой. Сегодня ее не привлекала даже ферма – она уже скучала по брату. Без Робера зима в Мармутоне обещала быть долгой и скучной.

Софи очень не хотелось оставлять девочку одну, но ей необходимо было сходить на ферму.

– Мари-Анж, я скоро вернусь. Обещай не уходить из сада, я не могу искать тебя в лесу. Обещаешь?

– Да, Софи, – покорно пообещала девочка.

Мари-Анж не хотелось никуда идти, но как только Софи ушла, она вышла во двор. Там ей тоже было скучно, и она решила сходить во фруктовый сад, чтобы набрать яблок. Она знала, что если соберет в подол передника достаточно, то Софи сможет испечь яблочный пирог.

Но Софи, вернувшись из деревни, была тоже сама не своя. Она сварила для Мари-Анж ее любимый суп, но девочка едва притронулась к еде. У обеих было подавленное настроение. Вскоре Мари-Анж снова пошла в сад, но вместо того чтобы играть, просто легла в высокую траву и стала смотреть в небо, думая о брате. В это время дня она обычно так и делала. Девочка заметила, что в их внутреннем дворе появилась полицейская машина, но и это ее не заинтересовало. Местные жандармы иногда заезжали к ее родителям поздороваться, проверить, все ли в порядке, а Софи поила их чаем. Мари-Анж подумала: «Интересно, они знают, что папа с мамой в Париже?»

Позже, когда Мари-Анж вошла в кухню, полицейский сидел там с Софи, которая почему-то плакала. Сначала Мари-Анж решила, что Софи, рассказывая ему о том, что Робер уехал в Париж, расплакалась. Думая об этом, девочка дотронулась до подаренного Робером медальона. Она не снимала его весь день и хотела проверить, не потеряла ли его в саду. Когда она вошла, полицейский и Софи разом замолчали. Пожилая экономка посмотрела на Мари-Анж с тоской во взгляде, и девочка вдруг поняла, – что-то случилось и дело вовсе не в отъезде Робера. Может, с дочерью Софи случилось несчастье? Но взрослые по-прежнему молчали, глядя на нее, и от необъяснимого страха у нее по спине пробежал холодок.

Молчание затянулось. Софи посмотрела на жандарма, потом на девочку и, протянув к ней руки, сказала:

– Иди ко мне, дорогая, присядь. – Она похлопала себя по коленям, приглашая Мари-Анж сесть. Девочка немного удивилась: она давно выросла из того возраста, когда забираются на колени ко взрослым, но все же подошла и села. Софи обняла ее своими худыми руками. Старая женщина не находила в себе сил рассказать девочке о том, что случилось, и жандарм понял, что это должен сделать он.

– Мари-Анж… – начал он скорбно.

Мари-Анж почувствовала, что Софи дрожит, и ей вдруг захотелось заткнуть уши и убежать. Что бы ни собирался сказать жандарм, она не желала его слушать, но заставить его замолчать она не могла.

– На дороге произошла авария.

У Мари-Анж перехватило дыхание, сердце забилось часто-часто. Авария? Не может быть! Но раз он говорит, значит, так и есть. Видно, пострадал кто-то из семьи, вот почему он приехал к ним.

– Страшная автокатастрофа, – продолжал полицейский. Девочку охватил ужас. – Твои родители и брат…

Мари-Анж спрыгнула с колен Софи и попыталась убежать, но полицейский схватил ее за руку. Как ни тяжело ему было сообщать ребенку эту ужасную новость, он знал, что обязан это сделать.

– Они погибли. Это случилось час назад. Водитель грузовика не справился с управлением, вылетел на встречную полосу и врезался в вашу машину. Они погибли мгновенно. Нам позвонили из дорожной полиции.

Он замолчал так же внезапно, как и заговорил. Мари-Анж стояла в оцепенении, чувствуя, как бьется ее сердце. В наступившей тишине тиканье часов казалось неестественно громким.

– Это неправда! – закричала девочка. – Вы все врете! Мама с папой и Робер уехали в Париж!

– К сожалению, они не доехали до Парижа, – скорбно сказал жандарм.

Софи всхлипнула, и в то же мгновение Мари-Анж завизжала и стала вырываться из его рук. Не зная, как быть, и не желая причинить ребенку боль, жандарм разжал руки. Мари-Анж бросилась из комнаты, выбежала из дома и побежала в сад. Жандарм растерянно посмотрел на Софи. У него не было детей, и он не знал, как с ними обращаться.

– Может, мне пойти за ней?

Экономка отрицательно покачала головой и вытерла глаза уголком фартука.

– Пусть побудет одна, позже я сама за ней схожу. Ей нужно время, чтобы свыкнуться с этим страшным известием.

Но сейчас Софи только и могла, что оплакивать потерю и гадать, что будет теперь с ней и Мари-Анж. Три замечательных, красивых, дорогих ей человека умерли в одно мгновение… Ей и самой было трудно в это поверить. Когда жандарм описывал ей место трагедии, Софи хотелось заткнуть уши. Она молилась только о том, что смерть всех троих была быстрой и они не страдали. Но что ждет Мари-Анж, осиротевшую в одно мгновение? Она спросила об этом жандарма, но тот ничего не смог ответить и посоветовал ей связаться с поверенным семьи Хокинсов.

Наступили сумерки, и Софи пошла искать Мари-Анж. Найти девочку оказалось нетрудно: она сидела под деревом, свернувшись в клубочек, и, уткнувшись лицом в колени, плакала. Софи молча села рядом. Некоторое время она молчала, потом сказала сквозь слезы:

– Мари-Анж, на все воля божья, он забрал твоих родителей и Робера на небеса.

– Нет, не забрал! – упрямо возразила девочка. – А если он это сделал, я его ненавижу!

– Не говори так. Мы должны молиться за них.

С этими словами Софи обхватила девочку за плечи и стала тихонько покачивать, словно баюкая. Они долго так сидели и плакали, старая женщина и маленькая девочка. Только когда совсем стемнело, встали и побрели домой. Всю дорогу до дома Софи обнимала девочку. Мари-Анж была так ошеломлена, что у нее подкашивались ноги. У дверей она остановилась, подняла голову и с ужасом посмотрела на Софи.

– Что теперь будет с нами? – прошептала она. – Мы можем остаться здесь?

– Не знаю, дорогая, надеюсь, что да.

3
{"b":"26006","o":1}