ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 26

По дороге в Бейкерсфилд Бенджамина не покидало беспокойство. Оливер взял выходной и поехал с ним. Оба нервничали, молчали, занятые каждый своими мыслями об Алексе и его роли... Для Оливера он воплощал новую жизнь, новое начало, ему опять вспомнились слова Чарли, что она хочет иметь от него детей. Маленький Алекс как раз и напомнил бы, что такое малыш в доме. С одной стороны, Олли радовался, а с другой – его пугали хаос и беспорядок. Правда, Бенджамин обещал самостоятельно заниматься ребенком, лишь изредка прибегая к помощи Агнес.

Оливер пытался заговорить с Бенджамином, пока они ехали по автостраде S 5, но паренек слишком нервничал. Вместе с Агги они установили в его комнате детскую кроватку, он купил шесть упаковок подгузников. Он хотел заехать к миссис Картер за одеждой Алекса, но Оливер решил, что лучше будет это сделать на обратном пути. Он все еще боялся, что Алекса им не отдадут. Адвокатам не удалось разыскать Сандру в Мауи, но, по их словам, и так имелись хорошие шансы на передачу малыша Бенджамину, поскольку она перед отлетом на Гавайи подписала бумаги об отказе от малыша и согласии на усыновление.

Здание бейкерсфилдского суда находилось на Тракстон-авеню. Олли поставил машину на стоянку и вошел с сыном внутрь. Была последняя неделя августа, погода стояла очень жаркая.

Адвокат ждал их. Бенджамин выглядел испуганным, когда они занимали места в зале. На нем были темно-синий пиджак, брюки цвета хаки, голубой батник и синий студенческий галстук, волосы были аккуратно причесаны. «Ни дать ни взять студент Гарварда», – подумал Оливер, когда судебный пристав приказал всем встать.

– Все будет хорошо, сынок.

Олли пожал ему руку, а Бенджамин в ответ нерешительно улыбнулся:

– Спасибо, папа.

Но оба знали, что все еще под вопросом, тем более и адвокат предупреждал, что могут быть накладки: в зале суда никто и никогда не застрахован от неожиданностей. Судья со своей скамьи сурово взирал на них.

Дело было оглашено, зачитано заявление миссис Картер. Оба Ватсона вздохнули облегченно, когда не увидели ее в зале. Бумаги, подписанные Сандрой, были представлены в качестве доказательства, специальный отчет характеризовал будущие условия жизни ребенка. Предусматривалось, что он будет жить в доме, арендованном семьей Ватсонов в Бел-Эйре, с отцом Бенджамина, его сестрой, младшим братом и домработницей, которая будет присматривать за малышом, пока отец будет находиться на занятиях в ЛАКУ. Занятия начинаются на следующей неделе, в настоящее же время Бенджамин Ватсон подрабатывает в книжном магазине.

Судья, похоже, был в затруднительном положении, он попросил их адвоката подойти к скамье. Они несколько минут шептались, судья кивал головой, потом обратился к Бенджамину и попросил его занять свидетельское место и дать присягу, поскольку хотел задать ему ряд вопросов. Бенджамин с дрожью в коленях сделал несколько шагов и сел, не отрывая глаз от отца.

– Я хотел бы, мистер Ватсон, чтобы вы поняли, что это не просто формальный опрос, а серьезное дело – решается судьба ребенка. Вам это понятно?

Бенджамин, бледный, но спокойный, кивнул:

– Да, сэр, понимаю.

– Является ли упомянутый ребенок, Александр Вильям Картер, вашим сыном? Подтверждаете ли вы данный факт?

– Да, сэр, подтверждаю.

– Проживаете ли вы внастоящий момент с матерью ребенка?

– Нет, сэр, не проживаю.

– Проживали ли вы с ней ранее?

– Да, в течение года.

– Вступали ли вы в брак?

– Нет, не вступали.

– Содержали ли вы ребенка или его мать?

– Да, сэр. Шесть месяцев до рождения Алекса и потом, до того, как мы разошлись в марте. Потом я... мой отец и я, мы каждый месяц посылали ей деньги. Шестьсот долларов.

Судья кивнул и продолжал:

– А вам известно, какой уход необходим ребенку его возраста?

– Да, сэр. Я сам ухаживал за ним до марта. Сандра... в общем, ее часто не было дома, и она на самом деле плохо представляла себе, как надо ухаживать за ребенком.

– А вы представляли? – со скептическим видом спросил судья, но Бенджамин, похоже, владел ситуацией.

– Нет. Но пришлось научиться. Я ухаживал за ним ночью, после работы, и иногда брал его с собой. Я тогда работал на двух работах, чтобы оплачивать... ну, вобщем, все... Сандра накануне родов бросила работу.

– И вы брали ребенка с собой на работу?

– Иногда, когда ее не было дома. Мне больше не с кем было его оставить, а няньку нанять нам было не по карману.

Лицо судьи было бесстрастно. Оливер же никогда так не гордился своим сыном, как в тот момент. Это уже был не юноша, а настоящий мужчина и замечательный отец. Он мог быть опекуном ребенка. Олли надеялся, что судья будет того же мнения.

– А теперь вы и малыш жили бы с вашим отцом?

– Да, сэр.

– И он на это соглашается?

– Да, соглашается, – ответил Бенджамин, а Оливер со своего места кивком подтвердил.

– А что, если вы решите покинуть отцовский дом? Скажем, вдруг вы опять бросите учебу или найдете себе новую спутницу?

– Тогда я заберу Алекса с собой. Он для меня важнее всего. А если я брошу учебу, то буду работать, чтобы его содержать, как я делал и прежде.

– Можете вернуться на свое место, мистер Ватсон. Объявляется короткий перерыв. Заседание будет продолжено через пятнадцать минут.

Судья стукнул молотком и покинул зал, а Бенджамин сошел со свидетельского места, внешне спокойный, но взмокший, как мышь.

– Вы были молодцом, – шепнул ему адвокат, – так и продолжайте.

– Почему он объявил перерыв? – поинтересовался Оливер.

– Может, он хочет снова прочесть документы, чтобы убедиться, что все в порядке? Но Бенджамин вел себя просто прекрасно. Я бы отдал ему моих сорванцов, если бы он захотел.

Адвокат улыбнулся, пытаясь их ободрить.

Через пятнадцать минут, нервно побродив по вестибюлю, они снова заняли свои места. Появился судья, он окинул взглядом зал, посмотрел на Оливера, адвоката, в упор на Бенджамина и стукнул молотком:

– Заседание продолжается. Не вставайте, сидите, пожалуйста. – И потом, глядя в глаза Бенджамину, с грустью в голосе произнес: – Вы вознамерились взвалить на себя тяжелую ношу, молодой человек. Это ответственность, от которой нельзя увильнуть, о которой нельзя забывать. Нельзя взять выходной от отцовских обязанностей. Нельзя передумать или отказаться. На протяжении следующих восемнадцати лет, если не дольше, ответственность за этого малыша будет лежать исключительно на вас, если суд назначит вас полноправным опекуном. Как бы то «ни было, до сих пор вы замечательно справлялись с грузом этой ответственности. Призываю вас серьезно отнестись к своему решению, помнить о нем всю жизнь и ни на минуту не забывать о своих обязательствах в отношении вашего сына... Настоящим суд назначает Бенджамина Оливера Ватсона единственным опекуном Александра Вильяма Картера. Мальчик полностью вверяется вам с сегодняшнего дня, двадцать девятого августа. Лишение его матери родительских прав одобрено судом и вступит в силу в предусмотренный законом срок. Вы имеете право по вашему желанию изменить фамилию ребенка на вашу сейчас или потом. Судья ласково взглянул на Бена и улыбнулся.

92
{"b":"26010","o":1}