ЛитМир - Электронная Библиотека

Изабелла кивнула, отметив, что Алессандро теперь и с ней говорит по-английски.

– Конечно. Я имел в виду вас обоих. Так что скажешь?

– Да! – Но для него это было уже слишком. Следующие пять минут он возбужденно и торопливо разговаривал с мамой на итальянском. Он долго обсуждал, какие, должно быть, чудесные американские пожарники, какая у них форма, какие у них большие машины и пользуются ли они латунными шестами.

– Не так быстро... не так быстро... подожди... мы все выясним! – Изабелла смеялась вместе с сыном и с изумлением увидела, как он уже устроился на коленях Корбета.

– Мы скоро поедем?

– Да, обещаю.

– Как хорошо! – Он захлопал в ладоши и бросился догонять Джесона.

Вскоре мальчиков заставили пойти в их комнату, несмотря на просьбы, мольбы, возражения и яростные вопли о том, что пожарникам еще слишком рано ложиться спать. Когда они наконец ушли, в комнате воцарилась непривычная тишина.

Корбет вновь стал наблюдать за Изабеллой.

– У вас милый мальчик.

– Боюсь, ему хочется немного побыть в мужской компании, как вы, вероятно, могли заметить. – После того, что Корбет, несомненно, прочел в сегодняшних газетах, отпала необходимость скрывать правду. – В Риме он общался со своим крестным – одним из моих компаньонов. Здесь у него, – она взглянула на Наташу, – только мы. А это не совсем то, что ему нужно. Но вы не должны чувствовать себя обязанным везти его на пожарную станцию. Вы принесли великолепные подарки и сделали больше чем достаточно.

– Не говорите глупости. Мне это доставит удовольствие. Наташа может сказать вам. Джесон – один из моих лучших друзей.

– К счастью, – подтвердила Наташа, – так как его милый папаша никогда не появляется. – Они с Изабеллой часто обсуждали это в последнее время. Но, казалось, Джесон все равно счастлив, а появление в доме второго ребенка пришлось очень кстати для обоих мальчиков. Это компенсировало им недостающее общение, их утраты в такой степени, как не могли это сделать их матери.

– Я постараюсь организовать экскурсию туда на этой неделе. Может быть, в выходные, если вы все будете свободны. – Но когда он сказал это, Изабелла взглянула на него и засмеялась:

– О да, мы вполне свободны.

Корбет был рад, что она смеется. После утренних сообщений в газетах он не был уверен, что Изабелла еще сможет смеяться. Но наблюдая за ней, он понял, насколько она сильная. Жизнь нанесла ей жестокий удар; она была одинока, но неустрашима и не утратила ни огня, ни способности смеяться, ни определенного неразрушимого веселья. Он открыто улыбнулся ей, а затем поднял бровь.

– Скажите, Изабелла, вы хотели бы сегодня вечером услышать от меня кое-что о тканях? Или будем обсуждать искусство? – Теперь он мог подшучивать над ней. Через мгновение они все смеялись, и атмосфера в комнате стала легкой и непринужденной.

– Прошу прощения. Я ничего не могла поделать. Но то, что вы рассказали, было очень интересно. Даже если мы закупаем большинство наших атласных тканей во Франции.

– Это – ваша ошибка. Но по крайней мере вы могли бы сказать, что связаны с миром моды.

– Зачем? Мне понравилось то, что вы рассказывали. И вы были правы во всем, за исключением синтетики. Я не люблю использовать ее в наших моделях.

– Но вы же применяете синтетические ткани в готовой одежде, не так ли?

– Конечно. Приходится, из-за ее высокой носкости и низкой стоимости.

– Тогда я не так уж и не прав.

Они пустились в замысловатую дискуссию о химических волокнах и красках. Наташа тихо покинула их. Когда она вернулась, разговор шел об Азии, о трудностях ведения там дел, о климате, финансовых вопросах, проблемах обмена, открытых рынках. Они закончили только когда Хэтти позвала их ужинать, а Наташа начала зевать.

– Я обожаю вас обоих, но вы нагнали на меня чертовскую скуку.

– Прости, – тотчас же извинилась Изабелла. – Просто очень приятно, когда можно с кем-то поговорить о делах.

– Я вас прощаю.

Корбет улыбнулся хозяйке дома.

Все трое провели восхитительный вечер. Они перешли к лимонному суфле, а под конец Хэтти подала небольшой серебряный поднос с мятными леденцами.

– Мне бы не следовало. – Наташа произнесла это, как Скарлетт О'Хара, засовывая в рот четыре леденца.

– Мне тоже. – Изабелла поколебалась, но потом пожала плечами. – А почему бы и нет? По мнению Наташи и Бернардо, мне в любом случае предстоит скрываться в течение ближайших десяти лет, так что я вполне могу стать толстой. Мне можно отрастить волосы до пят...

Наташа быстро оборвала ее:

– Я не говорила о десяти годах. Речь шла об одном.

– А какая разница? Один год или десять? Теперь я знаю, как чувствуют себя люди, приговоренные к тюремному заключению. Оно всегда кажется нереальным, пока не испытаешь сам, а когда такое случается, трудно поверить, что это когда-нибудь кончится, и к тому времени это, наверное, уже не важно. – Она с серьезным видом помешивала кофе, а Корбет наблюдал за ней.

– Не знаю, как вы выдерживаете. Я не уверен, что смог бы такое вынести.

– Я явно не так уж хорошо справляюсь с этим, а то никогда бы не допустила такого провала, как вчера. Слава Богу, что он послал вас, Корбет, а то меня бы бросили а растерзание волкам, и сейчас я уже не смогла бы оставаться у Наташи. Мне бы пришлось прятаться с Алессандро где-нибудь еще. – Эта мысль отрезвила всех троих.

– Тогда я рад, что оказался там.

– Я тоже. – Она открыто посмотрела на него и медленно улыбнулась. – Боюсь, я поступила очень глупо. Но мне очень повезло. Еще раз спасибо. – Она образумилась, но он покачал головой.

– Я ничего не сделал. Только устроил сумасшедшую гонку.

– Этого было достаточно. – На мгновение их глаза встретились, и он посмотрел на нее с теплой улыбкой.

Они неохотно покинули столовую и вернулись в гостиную посидеть у камина. Они разговорились о Наташиной книге, о театре, путешествиях и событиях в Нью-Йорке, и у Наташи на миг появился обеспокоенный вид, когда она заметила тоску по этой жизни в глазах Изабеллы. Корбет понял это, и на мгновение все умолкли. А потом Наташа лениво встала и повернулась спиной к камину.

– Ладно, вы, двое. Думаю, я собираюсь поступить невежливо. Я устала. – Но она знала, что Корбет хотел поговорить с Изабеллой наедине.

Изабелла ждала, что Корбет скажет, что ему пора уходить, но он этого не сделал. Он встал, чтобы поцеловать Наташу, и они остались одни.

Какое-то время он наблюдал за ней, пока Изабелла с отсутствующим видом смотрела на огонь, пламя которого мягко освещало ее лицо, отражаясь в больших темных глазах. Ему хотелось сказать, как прекрасно она выглядит, но он инстинктивно понимал, что не должен этого делать.

– Изабелла... – тихим шепотом произнес он, и она повернулась к нему. – Мне ужасно жаль, что вчера вечером случилось такое.

– Не стоит. Полагаю, это было неизбежно. Мне просто хотелось, чтобы все было иначе.

– Знаете, Наташа права. В конце концов так и будет.

– Но еще очень нескоро. – Она задумчиво посмотрела на него. – В некоторых отношениях я была избалована.

– Неужели такие вечера, как вчерашний, имеют большое значение для вас?

– По правде говоря, нет. Но люди – да. Мне интересно, что они делают, как выглядят, о чем думают. Вдруг становится очень трудно жить в собственном крошечном мире.

– Ему совсем необязательно быть таким уж крошечным. – Он оглядел освещенную мягким светом гостиную и с улыбкой перевел взгляд на нее. – У вас есть возможность выходить, оставаясь незамеченной.

– Я попыталась сделать это вчера вечером.

– Нет, это не то. Вы вошли прямо на арену для боя быков, одетая как матадор, и когда вас заметили, вы были удивлены.

Она засмеялась над подобным сравнением.

– Я не думала об этом с такой точки зрения. Он тоже тихо засмеялся.

– Я не уверен, что высказался правильно. Но вам необязательно сидеть взаперти. Можно ездить за город и подолгу гулять там. Не надо полностью запираться здесь. Раз вам это необходимо, то нужно выходить.

41
{"b":"26018","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Сильное влечение
Тени ушедших
Меньше значит больше. Минимализм как путь к осознанной и счастливой жизни
Ключ от Шестимирья
Продавец обуви. История компании Nike, рассказанная ее основателем
Русалка высшей пробы
Вдохновляй своей речью. 23 правила сторителлинга от лучших спикеров TED Talks
Тёмные не признаются в любви
Дневник слабака. Предпраздничная лихорадка