ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Неправда. Все получится – стоит только захотеть. Поймите, Мередит, работа, даже самая любимая, не может заменить ребенка. Клиенты приходят и уходят, а ребенок остается навсегда. Подумайте об этом.

Взглянув на Мередит, Кэллен понял, что она готова взорваться, и заговорил о другом.

Следующие два часа они говорили только о работе. Кэл был, как всегда, остроумен, вежлив и предупредителен, и к концу ужина Мередит почти забыла о его странной выходке. Но неприятный осадок, как оказалось, остался.

Вернувшись к себе в номер, она снова задумалась о неожиданной выходке Кэла. Надо же такое сказать – она, видите ли, недостаточно любит Стива! Что Кэл себе позволяет!

Она не хочет иметь детей, потому что... потому что боится совершить непоправимую ошибку. Работа отнимает у нее все время и силы: чтобы заниматься ребенком, ей придется уволиться и несколько лет сидеть дома, а это означает крах карьеры. Даже Стив это понимает – почему же не понимает Кэллен?

Да, он со своими тремя детьми справляется, но это не значит, что того же можно требовать от каждого. У него перед глазами живой пример – его жена. Она не хотела иметь детей – должно быть, догадывалась, что не способна на материнские чувства, – но Кэл не пожалел трудов, чтобы ее уломать. Чем это кончилось, он сегодня рассказал. Интересно, сам-то понимает, что в этой грустной истории есть и его вина?

Нет, никогда в жизни Мередит не поступит, как Шарлотта Доу! Что может быть хуже этого – родить ребенка и бросить, оставить без матери, нанеся ни в чем не повинному созданию глубокую душевную рану?

Кэл ошибается; собственный опыт играет с ним дурную шутку. Из-за предательства жены он теперь во всех женщинах видит обманщиц и изменниц. Как убедить его, что он не прав?.. И, если уж на то пошло, почему Мередит так переживает из-за его слов? Почему мнение этого, в общем-то, чужого человека вдруг стало для нее так важно и она теперь лежит без сна из-за того, что он усомнился в ее искренности?

Больше часа проворочавшись в постели, Мередит решила встать и позвонить Стиву. Просто чтобы сказать, что соскучилась и любит его. Но медсестра, что взяла трубку, ответила, что доктор Уитмен пять минут назад был здесь, а вот сейчас куда-то вышел. Мередит сбросила свой номер ему на пейджер и попросила позвонить, как только он освободится.

Но время шло, а Стив не звонил.

«Все это ерунда, – думала она, постепенно погружаясь в дремоту. – Я же знаю, что люблю Стива! И он знает. Вот что главное. Какая нам разница, что думает об этом посторонний человек, который никогда не видел Стива и едва знаком со мной! А то, что я не хочу иметь детей... ну, не хочу, и что ж такого?.. У меня просто другие приоритеты... это неважно, и никого это не касается... Да и вообще, пошел он к черту, этот Кэл!»

Наконец Мередит заснула, но сон ее был неспокоен. Всю ночь она металась: то снилось ей, что Стив обвиняет ее в обмане, измене и еще бог знает в каких грехах; то ее окружала толпа детей – маленьких бесенят со злобными усмешками на уродливых рожицах; они прыгали вокруг нее, грозили ей кулачками и, кривляясь, вопили: «Ты не любишь нас, значит, не любишь и его!»

Глава 5

Первая презентация в Чикаго прошла как нельзя лучше. Кэллен произнес яркую убедительную речь, и даже Чарли Макинтош, вопреки их с Мередит опасениям, держался в рамках, не проявляя особого энтузиазма, но и не давая воли своим чувствам. Слушатели задавали разумные и деловые вопросы, а Кэллен объяснял им все, что они хотели услышать. То же повторилось и в Миннеаполисе.

В Лос-Анджелес Кэл и Мередит прилетели в самом боевом настроении. Успех акции превзошел ожидания: если так пойдет и дальше, говорила Мередит, дело кончится превышением номинальной стоимости акции – это означало, что Кэллен получит гораздо больше инвесторов, чем ему нужно, а значит, сможет с полным правом повысить цены на акции и получить прибыль, о которой даже не мечтал.

Совместное путешествие сблизило Кэла и Мередит: уже в Миннеаполисе они перешли на «ты». Кэллен держался безупречно, и Мередит уже почти простила ему тот неприятный разговор о любви и детях. Он сам был несчастлив в браке, думала она; ничего удивительного, что и о чужих отношениях он судит по своему опыту. С того дня словно по молчаливому соглашению ни один из них не упоминал более о своей личной жизни.

Дважды Мередит разговаривала со Стивом. Его рабочее расписание постепенно вошло в обычную колею.

В Лос-Анджелесе Мередит и Кэл провели четыре презентации, а в перерывах успели еще и побеседовать с несколькими инвесторами в частном порядке. На второй день после ужина они сели на самолет и в четверть одиннадцатого уже приземлились в Сан-Франциско. Шофер Кэллена встретил их в аэропорту: он должен был доставить Мередит в отель «Фейрмонт». Сам же Кэллен ехал домой, в Пало-Альто, чтобы уже к утренней презентации вернуться в город. Позади были три дня напряженной и плодотворной работы, и теперь он предвкушал отдых в семейном кругу.

– Ты не будешь скучать одна? – заботливо спросил он Мередит.

В последнее время они то и дело менялись ролями. Во время встреч и презентаций обо всем заботилась Мередит, но в дороге и в перерывах между официальными мероприятиями командование брал на себя Кэл.

– Не хочется бросать тебя здесь, в аэропорту, – добавил он.

– Я редко скучаю, – с улыбкой ответила она. – Поезжай домой, дети, наверно, тебя заждались. А я приму горячую ванну и наконец отдохну. Увидимся утром.

– Буду здесь в половине восьмого, – пообещал он.

Презентация была назначена на восемь. День предстоял насыщенный: деловой завтрак, деловой обед, две встречи с крупными инвесторами – представителями медицинских университетов, а затем ночной рейс в Нью-Йорк – домой, где Мередит ждал Стив.

– Мередит, а может быть, завтра почтишь мой дом своим присутствием? – неожиданно предложил Кэл.

Но Мередит не торопилась соглашаться. Пойти к Кэлу в гости – значит перевести отношения на более личный уровень, а этого ей не хотелось.

– Господи, Кэл! Ты еще не устал от меня? Не хочу мешать тебе общаться с детьми. Не беспокойся, я и одна найду чем заняться.

– Тебе тоже надо отдыхать, – не сдавался Кэл. – А ребятам ты понравишься, я уверен.

– Завтра решим, ладно? – уклонилась она от прямого ответа. – А теперь до свидания.

Когда Мередит вошла к себе в номер, телефон уже звонил. Это был Стив.

– Привет! Ты где пропадаешь? Я вычислил – ты уже десять минут назад должна была появиться в номере.

– Уточняла кое-что с Кэлом. В субботу утром прилечу. Ужасно соскучилась и устала.

– Я освобожусь завтра вечером. Когда ты приедешь, скорее всего буду спать. Прыгай ко мне в постель – я мигом проснусь!

– Самое приятное предложение за всю неделю! – улыбнулась Мередит, счастливая уже оттого, что слышит его голос.

О том неприятном разговоре с Кэлом она старалась не думать. Надо же было ему такое сказать, что в глубине души она не любит Стива! Конечно, Кэл умен и знает свое дело, но в том, что касается человеческого сердца, он – скептик или, хуже того, циник. К тому же, как видно, обо всех женщинах судит по своей неверной жене.

– Надеюсь, кроме меня, никто не приглашал тебя в постель? Кстати, как там этот Доу, не пристает к тебе?

– Господи, Стив! Что за глупости ты говоришь! У нас чисто деловые отношения.

– И как дела?

– Отлично! Не могу дождаться, когда мы окажемся в Нью-Йорке. В понедельник у нас намечен Бостон. Я вылетаю ночным рейсом в воскресенье, так что у нас с тобой целых два дня впереди!

– Ах, черт! Этого я и боялся. В воскресенье я замещаю Лукаса.

– Значит, остается суббота.

– Господи боже! Можно подумать, я женат на стюардессе! Хотя нет, стюардессы не заставляют мужей накрывать на стол.

– Хочешь, я захвачу с собой пару бутылочек текилы?

– Главное, себя захвати! Ты не представляешь, как мне тебя не хватает!

Поговорив еще несколько минут, они распрощались. С полчаса Мередит нежилась в горячей ванне, а затем с книгой в руках легла в постель. Но почитать ей не пришлось: позвонил Кэл.

16
{"b":"26025","o":1}