ЛитМир - Электронная Библиотека

– Хочешь, подброшу дельце?

– А у тебя есть на примете стоящее? – Дэвид, казалось, был доволен. Ростом он уступал Молли, глаза у него были карие, а черные волосы курчавились – по-своему он тоже был хорош. Но самым привлекательным в нем был, конечно же, характер – обаяние с лихвой искупало недостатки внешности, мешавшие ему вполне походить на Кларка Гейбла. К тому же он был и сексапилен. А то, как он окидывал взглядом фигуру Молли, красноречиво свидетельствовало о том, что она его привлекает. – С каких пор ты самолично назначаешь защитника?

– Да ладно, ладно… Просто хотелось знать, не возьмешься ли ты за новое дело. Я сейчас работаю над одним, а сегодня как раз будет решаться вопрос с общественным защитником. А мне хотелось бы работать именно с тобой.

– Польщен. Что, дело табак?

– Хуже некуда. Мокрое дело. Возможна даже высшая мера. Семнадцатилетняя девочка застрелила отца.

– Изумительно! Люблю такое. А что именно она сотворила? Сама сделала из предка котлету или попросила кавалера? – Он много жути повидал в Нью-Йорке, и, если сравнивать, тут был просто рай земной.

– Все не так живописно. – Молли с беспокойством смотрела на него, а думала лишь о Грейс. – Хотя очень сложно. Мы можем где-нибудь поговорить?

– Угу. – Она положительно заинтриговала его. – Если уж ты столь решительно настроена, можем уединиться у меня в кабинете. Ты ведь с меня живого не слезешь…

В кабинетике Дэвида с трудом умещался письменный стол, но там по крайней мере были двери и можно было все обсудить с глазу на глаз.

– Ну, так что там стряслось? – спросил он, усадив Молли на стул и тяжело вздыхая.

Ах, как ей хотелось, чтобы он согласился! Ведь Грейс и пальцем не шевельнет, чтобы защититься. И помочь ей может только такой человек, как Дэвид.

– Она пристрелила его с расстояния в пару дюймов из маленького дамского револьверчика, который «неведомо как оказался в руке, потом вдруг выстрелил», так она говорит. И если верить ее словам, то причины нет решительно никакой. Они были счастливой семьей – вот разве что в тот самый день похоронили мать. А так… никаких проблем.

– А она в своем уме? – Он, похоже, заинтересовался, но лишь слегка. Больше всего на свете он обожал борьбу. А детьми занимался с особым удовольствием. Вот именно поэтому для Молли важно было, чтобы он согласился. Дэвид был единственным шансом для Грейс. Без него она погибнет. Пусть для нее это не имеет сейчас значения, а вот для Молли это было чрезвычайно значимо, она сама пока не понимала почему. Может, потому, что Грейс казалась такой слабой, сломленной. Она уже потеряла надежду – и собственная жизнь выеденного яйца для нее не стоила. А вот Молли хотела все переменить.

– Она вполне нормальная, – уверенно отвечала Молли. – Разумеется, в глубокой депрессии, да и невроз у девочки налицо, но, по-моему, оснований для этого более чем достаточно. Думаю, он просто измывался над ней – и в сексуальном плане, и во всех остальных. – Она вкратце описала обнаруженные врачом синяки и внутренние повреждения, а также состояние девочки на момент их первой встречи. – Грейс клянется, что он никогда и пальцем до нее не дотронулся. А я не верю. Полагаю, что он надругался над ней в ту ночь, думаю даже, он делал это и прежде, и, весьма вероятно, очень долгое время. Возможно, потеряв мать, она лишилась единственной защитницы и запаниковала… И когда он снова полез к ней, она вышла из себя и пристрелила его. Понимаешь, для того чтобы застрелить человека с такого расстояния, он должен был лежать прямо на ней, насилуя ее. Если она выстрелила именно в этот момент, тогда все сходится.

– А кто-нибудь еще согласен с тобой? – Вот теперь Дэвид был по-настоящему заинтригован. – Копы какого мнения?

– В этом-то и проблема! Никто и слышать об этом не желает! Еще бы, покойный папочка был Прекрасным Юристом и Всеобщим Любимчиком! Ни единая душа не верит в то, что этот ангел спал с родной дочерью или, что еще хуже, насиловал свое дитя! Может, он сам наставил на нее пистолет, а она его вырвала… Но в жизни этой девочки случилось что-то жуткое, а она молчит как рыба. У нее нет друзей и вообще никакой жизни, кроме школы. Похоже, о ней никто ничего толком и не знает. Она исправно отсиживала школьные уроки, потом шла домой и ухаживала за умирающей матерью. Матери не стало несколько дней назад, теперь нет и отца, вот и все. Ни родни, ни друзей, а весь город клянется, что лучшего человека, чем покойный, на всем свете не сыщешь и обидеть родную дочь он просто не мог!

– А ты, как я понимаю, в это не очень-то веришь? Интересно, почему? – Дважды отработав в тандеме с Молли, он понял, что ее интуиции можно доверять.

– А потому, что она мне ничего не говорит, однако я знаю, что девчонка лжет. Она в ужасе. И упорно защищает его, словно он воскреснет из мертвых и призовет ее к ответу!

– Она не говорит вообще ничего?

– Ровным счетом. Она словно застыла от боли, это на ней аршинными буквами написано. С девочкой стряслось нечто страшное, но она упорно скрывает это.

– До поры до времени. – Он улыбнулся. – Она расколется. Я слишком хорошо тебя знаю. Просто еще слишком рано.

– Спасибо за такую аттестацию, но времени мало. Сегодня ей официально предъявят обвинение, а общественный защитник должен быть назначен уже завтра утром.

– И что – у семьи не было собственного адвоката? А у папаши разве не было добрых знакомых среди юристов, которые могли бы ею заняться?

Когда Молли отрицательно покачала головой, брови его поползли вверх. Молли объяснила:

– Его компаньон лишь твердит, что они с покойным были слишком близки, чтобы он теперь защищал его убийцу. Говорит также, что наследство практически нулевое – все деньги ушли на лечение матери. Вот разве что дом да доля в совместном деле. Но похоже, и то и другое достанется ему, поскольку она теперь лишена этого права. Он к тому же утверждает, что покойный должен ему чертову уйму денег. Он и десяти центов не потратит на девочку. Вот поэтому я и сижу сейчас здесь, у тебя. Мне этот тип не нравится, и я не верю ему. Он расписывает покойного, словно святого какого-нибудь, и постоянно твердит, что никогда не простит его дочери содеянного. Думает, что девушка заслуживает смертного приговора.

– В семнадцать-то лет? Добрый дядя… – Теперь глаза Дэвида загорелись живейшим интересом. – А что говорит наша девочка? Знает она, что этот человек ей не поможет, что заграбастает все, что было у папочки, в счет сомнительных долгов?

– Наверняка нет. Знаешь, она предпочтет сгореть в аду, нежели проговориться. Мне кажется, она убедила себя, что обязана сохранить незапятнанной репутацию родителей.

– Да, похоже, судмедэксперт надобен ей не меньше, чем адвокат. – Он широко улыбнулся Молли. Снова работать с ней в паре? Это явно было ему по душе. Она блестящий специалист, да к тому же у него время от времени мелькает слабенькая надежда на то, что между ними возникнет романчик. Но ничего подобного между коллегами сроду не бывало, и в глубине души он знал, что и не будет. Но воображать себе это было забавно, однако эти романтические мечтания никоим образом не сказывались на работе.

– И какие у тебя соображения? – Молли выглядела озабоченной.

– Думаю, она попала в переделку. И в чем же конкретно ее обвиняют?

– Я еще не вполне уверена. Поговаривают об умышленном убийстве, но, думаю, трудненько будет это доказать. Никакого наследства ведь на поверку не оказалось, так что мотивов для умышленного убийства не было. Только дом да закладная и еще доля в деле, которую, как утверждает компаньон покойного, тот обещал ему.

– Так-то оно так, но ведь девочка могла и не знать об этом, правда? Могла она и не подозревать, что при таких обстоятельствах претендовать на наследство она не может. Нет, дело тянет на умышленное убийство, особенно если суд того захочет.

– Если она станет отрицать, что намеревалась покончить с ним, тогда возможны варианты, – с надеждой сказала Молли. – Но это все равно от пятнадцати лет лишения свободы и выше. Когда она освободится, ей будет сорок, а может, и того больше. Правда, это не смертный приговор. Грейс уже сказали, что ее будут судить как взрослую. Упоминали и высшую меру. Но если она только расскажет, что на самом деле стряслось, ты сможешь добиться пересмотра дела, истолковать это как убийство непредумышленное.

13
{"b":"26028","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Тонкое искусство пофигизма: Парадоксальный способ жить счастливо
Соперник
Илон Маск: изобретатель будущего
Раз и навсегда
Земля живых (сборник)
Под струной
Наука страсти нежной
Палатка с красным крестом
Сделай сам. Все виды работ для домашнего мастера