ЛитМир - Электронная Библиотека

– Нет! – Испуганное восклицание сорвалось с ее губ прежде, чем она сообразила, что должна держать себя в руках.

– Нет? – холодно переспросил Калил.

В его глазах появилась тревога, он стал обдумывать, чем она так напугана. Люси заметила это.

– Калил, пожалуйста! Мне бы хотелось проверить свои разработки еще раз. Есть детали, которые я должна продумать перед нашим следующим совещанием, – в отчаянии импровизировала Люси.

– Работа может подождать, – успокоил ее Калил. – Я сам назначил дату следующего совещания и поэтому могу изменить ее. Если тебе нужно больше времени, ты должна только уведомить меня.

Люси вздохнула. Он все равно узнает об Эдварде. Лучше она сама скажет ему, чем кто-нибудь другой.

– Мне нужно уйти, – объяснила Люси, едва слыша свой охрипший голос, – потому что я здесь не одна…

– Не одна? – резко перебил он. – Что ты имеешь в виду?

– Я привезла с собой своего ребенка, – сказала Люси и, собравшись с духом, добавила:

– Своего сына.

– У тебя есть сын? – Калила, казалось, поразило это известие.

Шейх отвернулся от Люси; внутри у него все бушевало. Напрасно он доверял ей, как и своему советнику по проведению конкурса. Неужели ему следует за всем наблюдать лично? Снова посмотрев на Люси, он обжег ее взглядом. Сын! Она ничего не говорила о ребенке. Что же это за женщина?

Внезапно Калилу самому захотелось немедленно уйти. Ему нужно время, чтобы во всем разобраться, понять самого себя, и продумать свой следующий ход.

– Тогда иди к нему, – резко проговорил он. Иди к своему сыну!

– Его зовут Эдвард, – спокойно сказала Люси.

Было ужасно слышать, что об Эдварде говорят с таким гневом, – и говорит Калил! – Имя моего сына – Эдвард, – повторила она.

Глаза Калила сузились. Оттого, что у нее есть сын, или от ее прямого ответа? Люси сомневалась, что кто-то мог когда-нибудь прервать Калила. Но, возможно, он ни разу не сталкивался с матерью, защищающей своего ребенка.

Калил перевел взгляд на старинную вазу. В его правилах было активно поощрять работающих в Абадане иностранцев привозить с собой семьи.

Ничто так быстро не ведет к недовольству, как тоска по тем, кого любишь. Если у Люси есть ребенок, то, конечно, она должна была привезти его с собой. Вот только любопытно, какую еще информацию она скрывает от него.

– Во дворце для детей моих слуг организована хорошая площадка для игр, – сказал он, поворачиваясь к ней, – есть и школа…

Люси больше не слушала его. Он считает ее одной из своих слуг? Возможно, имеется также вакансия любовницы…

Она помедлила, чтобы собраться с духом, потом произнесла:

– Эдвард еще несколько маловат для подвижных игр, но спасибо.

– Какого возраста твой ребенок?

Слова Калила были подобно кинжалу в сердце Люси.

– Так вы позволите мне пойти к нему? – тихо спросила она вместо ответа.

– Иди, – сказал Калил, указывая ей на дверь.

Сгустился сумрак, когда Люси вернулась к себе. Она расслабилась, видя, как счастлив здесь Эдвард, и почти поверила в то, что, в конце концов, все будет хорошо.

– Он проснулся сразу после вашего ухода, – сообщила Лейла.

Люси обвела взглядом преобразившуюся комнату. Вокруг было огромное количество игр и игрушек: доски с цветными мелками, краски, деревянные вагончики, составляющие целый поезд, автомобили и даже лошадка-качалка. Люси посадила малыша на лошадку и отошла, предоставив его заботам Лейлы. Эдвард попытался отодвинуть девушку.

– Я боюсь, что он настроен ездить на ней самостоятельно, – объяснила Лейла, – он не хочет, чтобы я держала его. Должно быть, вы увлекаетесь верховой ездой.

– Да, увлекаюсь, – рассеянно пробормотала Люси, снова подойдя и помогая Эдварду поудобнее устроиться в седле.

– Или, возможно, он унаследовал это от своего отца, – прокомментировала Лейла. Потом увидела смущенное выражение лица Люси и быстро сказала:

– Простите, я хотела сказать…

– Не имеет значения, – перебила ее Люси и добавила:

– Возможно, ты и права.

Слова Лейлы напомнили ей, что та ничего не знает об отце Эдварда. Но вполне вероятно, что Калил ездит верхом так же первоклассно, как делает и все остальное. Он рожден для спорта, для движений…

– Откуда эти игрушки? – спросила она.

Глаза Лейлы расширились.

– Это детские игрушки шейха Калила, – доверилась она Люси. – Слуги сказали мне, что много игрушек и других его вещей хранится в кладовой.

То, как трепетно Лейла произносила его имя, напомнило Люси об опасности ситуации, в которой она оказалась.

– Все во дворце так добры к Эдварду, – счастливо щебетала Лейла. – Старые слуги сказали мне, что было бы хорошо, если бы во дворце снова появился ребенок. С вами все в порядке? – спросила она, прерываясь.

– Да, спасибо. Все нормально, – сказала Люси, едва управляя непослушными губами.

Но с ней не все было нормально. Она начала осознавать, что лишает сына его законного наследия. Все это внимание, вся эта роскошь, привилегированный образ жизни по праву принадлежат ему. Неужели она не расскажет Эдварду об Абадане? Он должен узнать о своей второй родине. И о том, что шейх Калил, наследник Абадана, его отец.

Но если Люси признается во всем Калилу, то он может подумать, что у нее какая-то скрытая цель. Иначе почему она так долго утаивала от него правду? Калил богат и могуществен, а это означает, что он должен относиться с подозрением к каждому. И что, если Калил решит отправить ее назад, а Эдварда оставить в Абадане?

Несмотря на протесты Эдварда, Люси сняла его с лошадки и крепко прижала к себе. Ей надо уехать с ним из Абадана и поискать хорошего юриста.

– Вы должны прослушать это.

Люси повернулась к Лейле, отвлекаясь от своих мыслей.

– Мы делали записи некоторых мелодий, объяснила Лейла, – чтобы дети могли спеть Эдварду завтра на торжественном чаепитии. Эдвард схватил микрофон…

Прослушивая записи, Люси признала, что малыш произносит свои немногочисленные слова более четко. Он даже сказал слово или два на абаданском языке. Но она уже привыкла, что перемены, происходящие в развитии и познаниях ее ребенка, идут быстро, и поэтому не удивилась. Малыш уже мог сделать несколько шагов, если кто-то поддерживал его. А Калил пропустил все это.

И его первые слова, и его первые шаги, и много всего остального.

Вина пронзила Люси. И вдруг случилось худшее – в комнату вошел Калил. Ей даже не надо было оборачиваться, чтобы узнать, что он здесь.

Будто ледяная рука провела по ее спине. Эдвард смотрел в направлении двери, не мигая. Калил, по-видимому, что-то показал Лейле жестом, и та поспешила выйти из комнаты.

– Калил! – воскликнула Люси, повернувшись к нему и опуская мальчика на пол.

– Странно, – сказал он, подходя ближе. – Я думал, что твой ребенок гораздо старше.

У Люси пересохло в горле. Официальная аравийская одежда придавала ему неслыханное великолепие и делало его похожим на незнакомца.

Впрочем, во многом он и был незнакомцем. Закутанный с головы до ног во все черное, кроме золотого огала, Калил являл собой величественную фигуру. Люси заметила, что Эдвард не вздрогнул и не отвернулся, когда высокий мужчина в черном шагнул к нему.

Когда Калил наклонился к Эдварду, тот протянул ручку, и, к удивлению Люси, Калил разрешил ребенку обхватить кулачком свой длинный загорелый палец.

– Я очень рад познакомиться с тобой, Эдвард, – вежливо произнес Калил, позволяя мальчику повиснуть на себе.

Сердце Люси громко застучало, когда она наблюдала реакцию малыша на его отца. Глаза Эдварда имели то же самое бесстрашное выражение, что и у Калила.

– Какого он возраста?

– Эдвард… Эдварду почти год. Завтра день его рождения, – сказала Люси, вздернув подбородок, чтобы посмотреть Калилу в глаза.

– Он мой?

Не ожидая столь прямолинейного вопроса, Люси напряглась.

– Я спрашиваю, это мой ребенок?

Люси бросило в озноб. Несомненное сходство двух людей, огромного и крошечного, было столь явным, что скрывать правду стало бессмысленно.

7
{"b":"26043","o":1}