ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

17

Джейсон Брекинридж одет в терракотовую спортивную куртку. Терракота – цвета Сицилии. Джейсон Брекинридж никогда не был на Сицилии. Возможно, однажды он поедет туда – на полученную премию. Для того чтобы завоевать бесплатный круиз на Сицилию, Джейсону надо набрать 10 тысяч очков «от крестного отца».

Свой крестовый поход он начал с благоприятного старта. Открыв франшизу «Новая Сицилия», он автоматически начал с 3333 очками в банке «от крестного отца». Прибавьте к этому одноразовый Бонус Гражданства в 500 очков, и баланс выглядит уже неплохо. Число зарегистрировано в большом компьютере в Бруклине.

Джейсон вырос на западной окраине Чикаго, одного из самых богатых франшизами регионов страны. Он окончил бизнес-школу при Иллинойском университете, набрав тем самым 20567 очков «от крестного отца», а на последнем курсе написал диплом под названием «Взаимодействие этнографического, финансового и полувоенного аспектов на определенных рынках». Это было конкретное социологическое исследование войны за территорию между франшизами «Новой Сицилии» и «Наркоколумбии» в его родном городке Ороро.

Энрике Кортасар заправлял приходящей в упадок франшизой «Наркоколумбии», на примере которой Джейсон строил свои доказательства. Джейсон взял у него несколько коротких интервью по телефону, но в лицо мистера Кортасара никогда не видел.

Присвоение Джейсону степени бакалавра мистер Кортасар отпраздновал, подложив бомбу в семейный миниван Брекинриджей на автостоянке, а потом выпустив одиннадцать обойм из автоматической винтовки в переднюю стену их дома.

К счастью, мистер Карузо, управлявший местной цепью франшиз «Новая Сицилия», как раз готовился наголову разбить Энрике Кортасара и проведал об этих нападениях еще до того, как они случились, – вероятно, перехватил сигнал с флота плохо защищенных мобильных телефонов и любительского радио мистера Кортасара. Мистеру Карузо удалось заранее предупредить семью Джейсона, поэтому, когда среди ночи по их дому летали пули, Брекинриджи наслаждались дармовым шампанским в одном из мотелей «Старая Сицилия Инн» в пяти милях по 96-й трассе.

Разумеется, когда бизнес-школа устроила новогоднюю ярмарку рабочих мест, Джейсон не преминул подойти к павильону «Новая Сицилия», чтобы поблагодарить мистера Карузо за спасение его семьи от верной смерти.

– Да ладно, это ж… ну, просто по-соседски, сам знаешь, дружок Джесси? – сказал мистер Карузо, ударив пятерней Джейсона по лопаткам, а потом сжал дельтовидную мышцу, которая у Брекинриджа была размером с мускусную дыню. Джейсон не так увлекался стероидами, как когда ему было пятнадцать, но все же был в отличной форме.

Мистер Карузо родился в Нью-Йорке. На ярмарке рабочих мест его павильон оказался одним из самых популярных. Ярмарку устроили в большом выставочном зале в Унии. Стены расписали под воображаемую улицу. Две «авеню» разделяли зал на квадраты, и павильоны всех франшиз, компаний и национальных государств расположились вдоль этих хайвеев. Столики ЖЭКов и прочих компаний прятались среди «улочек» предместья внутри квадратов. Павильон «Новой Сицилии» мистера Карузо гордо стоял на самом перекрестке. Возле него уже выстроилась очередь из дюжины худосочных выпускников бизнес-школы в ожидании собеседования у мистера Карузо, но мистер Карузо заметил в очереди Джейсона и выдернул его, схватив прямо за дельтоид. Все остальные выпускники пялились на него с завистью. Джейсону эту понравилось: он почувствовал себя особенным. Личное внимание – вот что отличает «Новую Сицилию».

– Ну, я, разумеется, собирался прийти на собеседование сюда, а потом в «Великий Гонконг мистера Ли», потому что меня очень интересуют высокоэффективные технологии, – ответил Джейсон на отеческие расспросы мистера Карузо.

За что получил особенно крепкое рукопожатие. По тону мистера Карузо ясно слышалось, что это для него неприятный сюрприз, но Джейсон не пал из-за этого в его глазах, во всяком случае пока.

– Гонконг? А что такой смышленый белый парень, как ты, забыл в чертовой япо-лавочке?

– Ну, строго говоря, они не япы – что просто сокращенное от «японцы», – попытался возразить Джейсон. – Большинство в Гонконге – выходцы из Кантона…

– Все они япошки, – отрезал мистер Карузо. – И знаешь, почему я так говорю? Не потому, что я чертов расист, поскольку я не расист. А потому, что для них, для япов, мы все иноземные дьяволы. Вот как они нас называют. Иноземные дьяволы. Как тебе такое?

Джейсон только признательно засмеялся.

– И это после всего, что мы для них сделали! Но здесь в Америке, мальчик Джесси, мы все иноземные шельмы, так ведь? Мы все приехали из какого-нибудь другого места… кроме этих чертовых индейцев. Ты ведь не собираешься пойти на собеседование в «Народ Лакота», а?

– Нет, сэр, мистер Карузо, – ответил Джейсон.

– И правильно. С этим я согласен. Но я отклоняюсь от темы. Поскольку у всех нас есть своя уникальная этническая и культурная индивидуальность, нам надо работу искать в организации, которая способна ценить и сохранять эти характерные особенные личности, отковывая из них единое функциональное целое, понимаешь?

– Да, я понимаю, о чем вы, мистер Карузо.

К тому времени мистер Карузо уже отвел его в сторонку и повел гулять по метафорической «Улице Возможностей».

– А теперь приходит тебе на ум какая-нибудь деловая организация, которая подходила бы под это описание, мой мальчик?

– Ну…

– Уж точно не чертов Гонконг. Это для белых, которые хотят быть япами, да не могут, разве ты не знал? Ты ведь не хочешь быть япом, а?

– Ха-ха. Нет, сэр, мистер Карузо.

– Знаешь, что я слышал? – Отпустив Джейсона, мистер Карузо повернулся и стал к нему совсем близко, грудь к груди. Когда мистер Карузо заговорщически махнул рукой, его сигара огненной стрелой просвистела мимо уха Джейсона. Это была конфиденциальная часть дружеской беседы, небольшой анекдот для двух мужчин. – Знаешь, в Японии, если ты облажался, ты должен отрубить себе палец. Шмяк. Вот так. Богом клянусь. Ты мне не веришь?

– Я вам верю. Но это же не во всей Японии, сэр. Только в якудза. В японской мафии.

51
{"b":"26048","o":1}