ЛитМир - Электронная Библиотека

– Вы поверили хоть одному слову? – спросил Картер, закончив рассказ.

Хоуп тепло улыбнулся:

– Звучит это все невероятно, и мне нужны веские доказательства. Но вы, похоже, в здравом уме, и я не вижу, зачем бы вам нарочно морочить мне голову.

– Вы меня удивляете, сэр.

– Чем же? Тем, что я не исключаю вероятности фантастических происшествий? Знаете, в зале суда мне приходилось выслушивать и более немыслимые речи. В детстве мне случалось сталкиваться со многим, что на ту пору казалось необъяснимым. Так почему же взрослые должны быть от такого застрахованы?

– Честное слово, вы меня просто поражаете, – признался Картер. – Я-то все видел собственными глазами, а верю с трудом.

– Я пока мало что понимаю, – отозвался Хоуп. – Я не легковерен. Не забывайте: я всего лишь не исключаю возможности того, что все рассказанное вами – правда. Всю свою жизнь я жил, служа закону. Время от времени законы подвержены изменениям – исключительно вследствие того, как их трактуют законники. Так почему же вселенские законы должны оставаться незыблемыми? Вы говорите, что обнаружили на чердаке ящера. Вроде бы сущая небылица, но я не удивлюсь, если, последовав туда вместе с вами, обнаружу там девственные леса, где самое место подобным страшилищам. Тут все дело в интерпретации, не более того.

– У вас необычные для современного человека взгляды.

– Я просто подошел к вопросу с точки зрения разночтения закона. Сэр, мир – это странное, загадочное место, полное тайн и мистических совпадений, суть которых непонятна простому смертному. С какой стати меня должен изумить динозавр, если я своими глазами видел осьминога, паровой двигатель, закат? С какой стати я возьмусь отрицать существование волшебства, если у меня дух захватывает при виде того, как сами по себе по небу плывут облака? Разве дерево – неровный столб, похожий на перевернутый вверх дном пень, покрытый зеленой шерстью, – не такая уж невероятная вещь? Держи разум открытым нараспашку – вот мой девиз. Гигантский ящер невероятен ровно настолько же, насколько дом без владельца, дом, которым тем не менее владеют в течение не одного десятка лет, насколько завещание, согласно которому никто не получает ничего.

– Спасибо вам за доверие, – сказал Картер и облегченно улыбнулся. – Может быть, и в совете не откажете?

– Я предложил бы порыться в библиотеке после церемонии зачтения завещания. Быть может, нам повезет, и мы наткнемся на какие-то старинные записи об особняке. Среди слуг по этому поводу, похоже, просто-таки заговор молчания. Нам нужно разузнать побольше.

– Я был бы вам крайне признателен, – поблагодарил Картер, радуясь тому, что, похоже, обрел настоящего союзника.

Зачтение завещания прошло не слишком весело. На церемонии присутствовали Хоуп, Картер, леди Мэрмер и Даскин. Бриттл, накрывавший стол к чаю, то появлялся, то исчезал. Как и сказал поверенный, Картер, согласно завещанию, назначался Служителем Дома до избрания Хозяина. Эта формулировка огорчила юриста своей туманностью, а леди Мэрмер – тем, что она явно надеялась на большее для себя.

– А моему сыну – ничего? – оскорбленно вопросила она. Даскин был готов взором испепелить сводного брата. – Он что же, должен жить в доме по милости Картера?

– Документ составлен довольно оригинально, – признался Хоуп. – Оба сына лорда Андерсона имеют право жить в доме, сколько пожелают, но имуществом распоряжается Служитель. О том, каким образом избирается Хозяин, тут не сказано ни слова. Могу лишь предположить, что некий неизвестный механизм избрания существует и в свое время обнаружится. Я намереваюсь более детально изучить этот вопрос.

– Быть может, изучите, а быть может, придется пригласить другого поверенного, – фыркнула леди Мэрмер. – Вы с Картером, похоже, слишком хорошо знакомы.

– Сударыня, – возразил Хоуп, – если вы подозреваете подделку завещания, то совершенно напрасно. Этот документ, наряду с рядом других, был депонирован в нашей конторе около десяти лет назад. Я – младший партнер в фирме «Дайсон, Виллис и Хоуп». И работаю там всего шесть лет, но относительно завещания все самым тщательным образом проверено моими коллегами. С мистером Картером же мы познакомились всего лишь позавчера. Вы отрицаете, что здесь стоит подпись вашего покойного супруга? – И Хоуп протянул леди Мэрмер завещание.

– Ничего я не отрицаю, – огрызнулась она и резко встала. – Посмотрим, до чего вы докопаетесь в своем «более глубоком изучении вопроса». Будем ждать результатов. Пойдем, Даскин, вернемся в наши комнаты.

Даскин, пылая злобой, пошел за матерью.

– Похоже, ее вовсе не удивило то, что ваш отец ничего не завещал лично ей, – сказал Хоуп, когда Мэрмер и Даскин ушли. – Он оставил ее целиком и полностью на вашу милость. Вы могли бы, по идее, выселить ее отсюда.

– Да, но мой отец когда-то любил ее, хотя, думаю, в конце концов понял, что она собой представляет. А Даскин – мой брат. Она его уже против меня настроила, но зачем отвечать злом на зло?

– Совершенно верно, – сказал Хоуп и потер руки, словно хотел что-то с них стряхнуть. – Лучше быть выше этого. Ну а теперь, когда с этим делом покончено, не отправиться ли нам в библиотеку? Будем надеяться, что там мы найдем хоть какую-то подсказку.

Покинув столовую, они пошли по боковому коридору к высоким дверям библиотеки, изготовленным из цельного дуба и покрытым таким количеством резных серафимов и гипогрифов, что наверняка слуги трудились над их натиркой с утра до ночи. Как ни массивны были дубовые двери, стоило повернуть малахитовую ручку, они легко, бесшумно открылись, и перед молодыми людьми предстал зал, который в детстве Картеру казался самым загадочным из помещений дома. Библиотеку, словно болото, окутывала сизая дымка, стены покрывала испарина. В детстве Картер подходил к стенам, но никогда к ним не прикасался. Между стеллажами лежали ковровые дорожки с узором из кошачьих хвостиков среди оливковых ветвей. Слева от входа стояли длинные диваны, обитые зеленой тканью. Подлокотники были выполнены в виде охотящихся ястребов. Колонны из серого доломита поддерживали серый потолок, по которому тянулись желтоватые и коричневатые прожилки. За диванами Картер увидел узкую дверь, что вела в комнату, где хранилась Книга Забытых Вещей.

Высокие дубовые стеллажи посередине зала образовывали причудливый лабиринт. От дальней стены лесенка вела на галерею, где по всему периметру также стояли набитые книгами полки.

– Солидно, – заметил Хоуп, – хотя правильнее было бы сказать «эфемерно». Выглядит все как-то нематериально.

– Здесь есть карточный каталог, – сообщил Картер. – Но что именно мы будем искать?

– Описание традиций дома. В особенности нас интересует система передачи титула. Мне нужно уточнить правовые моменты.

Карточный каталог представлял собой несколько ящиков вишневого дерева общей длиной футов десять.

Хоуп быстро отыскал несколько карточек, и они с Картером двинулись между полками, чтобы найти нужные книги.

Ходьба между стеллажами напоминала прогулку по темным джунглям, где неторопливо течет река, покрикивают птицы, вдалеке мычат буйволы, еле слышно звучит поступь племени воинов. Благоухающие книги окружали молодых людей со всех сторон – древние, забытые, полные всевозможных слов, воплощенная древность в форме небольших кирпичиков, обтянутых темной кожей.

По ковру на глазах Картера проползла сороконожка.

– Странно, – проговорил Хоуп, остановившись возле раздела, помеченного табличкой «беллетристика». – Все перепутано. Здесь стоят книги по юриспруденции.

Через некоторое время он снял с полки высокий заплесневелый фолиант.

Картер, уйдя вперед по проходу, прищелкнул языком.

– Вы бы посмотрели, что в историческом разделе стоит! Тут и «Ватек» Бекфорда, и «Вожделение Мира», даже «Неистовый Роланд» – ведь это все беллетристика. О, да тут даже «Кранкенхаммер» Стефана Шимфа, этого полоумного сапожника из Майнца – магическая книга, запрещенная в большинстве стран. Путаница или извращенное чувство юмора, как вы думаете?

12
{"b":"26090","o":1}