ЛитМир - Электронная Библиотека

Кидд вытянул из кармана сигнальный флаг под номером один, поспешно вышел на конец мола и, развернув, стал им размахивать. Его новость должна была вызвать оживление на корабле. Однако сигнал не прибавил активности на квартердеке, видимо, на корабле привыкли днем плавать к берегу и обратно. Вот матросы закончили подтягивать паруса, корабль совершил красивый разворот, паруса опять наполнились ветром, и «Крепкий», изящно накренившись на бок, поплыл от берега. Кидд размахивал флагом в напрасной надежде, что кто-нибудь на шкафуте оглянется, но тщетно. Корабль уходил все дальше и дальше, вскоре паруса «Крепкого» совсем растаяли за линией горизонта под хихиканье и ехидные насмешки городских жителей.

Кидд стоял, глубоко удрученный главным образом тем, что не удалось передать такие важные известия. Даже если бы он сумел быстро нанять лодку, вряд ли бы он успел догнать большой корабль, идущий под основными парусами. Ему оставалось лишь одно утешение, – завтра «Крепкий» вернется. Да, но где ему сегодня ночью приклонить голову? Он хорошо понимал, что к Хэю дорога ему заказана.

– Мистер Джиндлер, раз вы так хорошо знакомы с городом, не могли бы вы мне посоветовать, где тут можно переночевать?

– Нет, сэр, не знаю. Вернее, не знаю, где есть такое жилье, которое подходило бы для джентльмена, – он улыбнулся. – Пойдемте со мной, я не могу позволить, чтобы у английского гостя создалось превратное мнение о нашем гостеприимстве. Вы будете ночевать вместе со мной, мистер Кидд.

– Да что вы, мистер Джиндлер? Как это любезно с вашей стороны.

Джиндлер похлопал Тома по плечу:

– Кроме того, вам будет гораздо покойнее под моим присмотром…

– Мне так нравится бывать летом в Новой Англии, здесь так привольно дышится, такое раздолье. Вот почему я тут останавливаюсь, – Джиндлер привел Тома к снятой им рыбацкой хижине на самом берегу моря. Рядом стоял сарай для лодок.

– Вы любите рыбачить, мистер Кидд? Здешние свежевыловленные палтус и треска, без всякого преувеличения, могут украсить самый изысканный стол в стране. Может быть, ночью мы выйдем порыбачить.

Кидд пытался выказать хоть какой-то интерес к беседе, но его мысли были целиком поглощены последствиями, вытекавшими из того, что его не заметили на молу. У него оставалась единственная надежда: «Минотавр» полностью воспользуется предоставленным ему временем, и таким образом «Крепкий» успеет вернуться вовремя на следующий день, чтобы не упустить свою добычу.

– Нам придется самим заботиться о себе, – извиняющимся тоном сказал Джиндлер. – Прислуга не входит в условия найма.

– Что? Ах, да, конечно, мистер Джиндлер.

– Мистер Кидд, мы на американской земле, будьте так добры, зовите меня просто по имени – Эдвард, а еще лучше просто Нэд.

– Благодарю вас, сэр, я имел в виду Нэд. В таком случае зовите меня просто Том.

Кидд вышел на крыльцо и взглянул на море. Вскоре к нему присоединился Джиндлер с двумя оловянными кружками, полными сидра. Они удобно уселись в плетеные кресла.

– Ты мне не поверишь, Том, но я целиком и полностью на твоей стороне, – сказал Нэд и прибавил: – Черт бы побрал этих французов!

– Но разве они не ваши друзья? – возразил Кидд, не веря своим ушам.

– Они причинили нам больше зла и вреда, чем когда-либо англичане. Проклятье. Я узнал об этом от самого государственного секретаря Тимоти Пикеринга.

Настроение у Кидда сразу улучшилось:

– Значит, вид пойманного французского корсара нисколько тебя не расстроит?

– Нисколько, сэр. Напротив, для меня не будет ничего более приятного.

Кидд злорадно усмехнулся:

– Тогда давай пошевелим мозгами и придумаем что-нибудь такое, что помогло бы нам осуществить это на деле.

Джиндлер помотал головой.

– Мы? Вспомни Том, это территория Соединенных Штатов. Если я буду действовать против корабля нейтрального государства, пока он стоит в наших водах, я окажусь между двух огней.

– Итак, я опять действую в одиночку.

– Более того, мой долг противодействовать любым твоим действиям, направленным против нейтрального судна, особенно если оно стоит в одном из наших портов.

Кидд дернулся в своем кресле.

– Скажи Том, мы ведь друзья? – спросил Нэд. Удивленный Кидд согласился.

– В таком случае совесть мне подсказывает, что помочь своему другу – это не преступление. Ты как полагаешь?

После проведенного на месте военного совета одно стало несомненным, если не убавить ход «Минотавру», то он без труда ускользнет от «Крепкого».

– В таком случае у нас остается лишь одна возможность, – мрачно произнес Кидд.

– По-видимому, так оно и есть. Как насчет плавучего якоря?

– Его легко обнаружить. Как только корабль выйдет в море, так сразу заметят действие якоря. Возможно, мне удастся наполовину обрезать брас или топенант, и в ответственный момент он оборвется, – предложил Кидд больше от отчаяния, чем с надеждой.

– А команда на борту барка будет стоять, разинув рты от удивления? Нет, это пустое дело.

Наверное, это даже выглядело смешным – два человека против целого фрегата, но Кидд не сдавался.

– Есть еще один способ уменьшить скорость француза, чтобы он попался к нам в руки, – нарушить его управление.

– Управление? Штурвал и канаты румпеля?

– Нет, сам руль.

– Если с рулем что-то сделать, то на корабле очень быстро заметят его неисправность.

– Не совсем, если моя идея верна.

Это случилось несколько лет тому назад, но происшедшее было настолько свежо в памяти Кидда, как будто случилось вчера. Английский фрегат подошел к одному из необитаемых островов на юге Тихого океана. С острова исходило благоухание. Команда корабля принялась чистить и скрести днище судна, очищая его от моллюсков. Кидд чистил низ кормы, с благоговейным уважением поглядывая на огромный тридцатифутовый руль, протянувшийся по днищу фрегата. Работая в непосредственной близости от руля, он хорошо изучил принцип его работы.

– Нэд, – вкрадчиво начал Кидд, – знаешь ли ты, как крепится руль?

– Конечно, – ответил Нэд.

– Просто штырем или рулевым крюком, который поддерживает румпель, другим концом крюк крепится болтом к днищу. На самом конце киля располагается ахтерштевень, – продолжил Кидд.

– Да, так и должно быть. Подводная часть корабля соединяется под прямым углом с рамой ахтерштевня.

– Так. А сам румпель или руль тщательно крепится к ахтерштевню с помощью рулевых крюков, а также болтами. Теперь, Нэд, мне бы очень хотелось, чтобы ты обратил внимание на зазор между выступающим краем руля и нижней кромкой ахтерштевня. Ты, наверное, удивишься, когда узнаешь, какова толщина румпеля у фрегата, – не меньше целого фута, а может, и побольше. Ничуть не меньше толщина каркаса и у ахтерштевня. Я предлагаю пропихнуть клин между этими поверхностями.

– Задумка превосходная. Но как поставить клин, вот в чем вся сложность.

– Это мы обсудим чуть позже. Для начала нужно обговорить кое-какие детали. Во-первых, величина зазора там не больше одного-двух дюймов. Да, никакой клин такой ширины не затруднит перемещения руля. Несмотря на это, надо все обдумать, уж больно удобное место. Ах да, в том месте, где крюк соединяется с болтом, плотник вытесывает углубление в руле, иначе нельзя будет отсоединить румпель. Это называется зарубка или желобок.

– И как велик зазор в том месте? – спросил Нэд.

– Около шести дюймов. Итак, у нас есть две поверхности шириной около фута и зазор между ними около шести дюймов. Клин такого размера может сработать, – озорная улыбка скользнула по губам Кидда. – Ты только представь себе, Нэд, француз выходит в море, видит идущего ему навстречу «Крепкого», пытается лечь на другой курс, но его руль заблокирован. У него не будет времени, чтобы устранить неисправность, и он прямо попадет к нам в руки.

– Мои поздравления, но…

– Твое «но» вполне понятно, как установить этот клин. Сейчас я тебе все объясню.

61
{"b":"26110","o":1}