ЛитМир - Электронная Библиотека

– Кроме того, как судно выйдет в море с заблокированным рулем?

– Я уже подумал об этом, – Кидд еле заметно улыбнулся. – Это требует кое-каких особых мер. Мы сделаем отверстие с одной стороны клина и прикрепим к нему линь, затем засунем клин в зазор. Если потянуть за линь, то он подтянет клин и застрянет в зазоре. И знаешь, кто потянет этот линь…

– Ума не приложу. Кто?

– Ага! Наш старый приятель – плавучий якорь. Замотаем небольшой кусок паруса и привяжем его к противоположной стороне линя, когда якорь раскроется, он и сработает в качестве тянущей силы.

– Но каким образом?

– Надо чтобы руль заклинило в нужный момент, для этого нам необходим пусковой инструмент, который раскроет якорь именно в этот момент. А тут сделаем вот что: обвяжем парус бечевкой, когда потребуется раскрыть якорь, чтобы он потянул клин, бечевку дернем.

– Думаешь, сработает?

– Для этого надо поискать достаточно длинную бечевку и небольшой потайной буек, чтобы привязать его за кормой француза, к нему мы и прикрепим бечевку.

Джиндлер ничего не сказал.

– Ну как? – волнуясь, спросил Кидд.

– У меня только… два возражения.

– Да?

– Кто прикрепит устройство к рулю? И кто будет дергать буек, скорее всего, под неприятельским огнем.

– Я сделаю и то, и другое, – спокойно ответил Том, хотя не имел представления, как он выполнит это.

В лодочном сарае оказалось почти все, что было нужно: верстак, рубанок, пилы. С таким набором инструментов дело быстро двинулось. Кидд в душе благословил время, проведенное в доках Карибского моря, где он работал подмастерьем у корабельного плотника.

– Нэд, мне для клина нужен очень плотный кусок дерева.

Джиндлер обвел взглядом сарай и вытащил из угла небольшой потемневший от времени обрубок корабельного шпангоута. Это настоящий дуб, очень плотный материал, как раз то, что надо для изготовления клина.

– Очень хорошо…

– Кроме того, дуб тонет в воде.

– Замечательно!

Рубанок пел в руках Кидда, Джиндлер с восхищением наблюдал за его работой. В самом деле, дерево оказалось очень плотным, Кидд вспотел, пока выстругал брусок нужной формы. Тем временем Джиндлер нашел моток бечевки и вырезал подходящий по размерам кусок из грязной парусины. Том начал высверливать отверстие в клине. Вдруг он понял, что ему надо осмотреть французское судно еще раз при свете дня. Большой корабль по-прежнему стоял пришвартованным к торговой пристани, но вид у него уже был другой, обновленный. Ремонт закончился, шла погрузка провизии, команда натягивала такелаж. Как только он взглянул через маленький заливчик на судно, ему сразу стало ясно. Ближе вряд ли удастся подойти. На палубе и на молу стояли часовые, да и на корабле, судя по всему, бдительности не теряли.

Кидд внимательно осмотрел линию берега: пристань стояла на сваях. Ах, если бы он сумел забраться под причал… На самом конце пристани он увидел выступающие из-под воды светло-серые камни, уходящие в море.

Вернувшись, Кидд заметил, что в лодочном сарае уже горит фонарь.

– Шанс у меня есть, – поделился Том с Джиндлером.

– Хорошо. Когда думаешь начать? – спросил еле различимый в сумерках Нэд.

– Наверное, до наступления полуночи. Тогда отлив достигнет максимума, порты пушек опустятся ниже уровня причала.

Том взял в руки свернутый кусок парусины, приготовленный Нэдом, плавучий якорь был плотно обмотан просмоленной бечевкой, к которой был крепко привязан прочный линь.

– Какой длины ты сделал линь?

Моток легкого линя выглядел весьма внушительно и в длину составлял никак не меньше пятидесяти футов.

– Думаю, этого хватит, – заметил Кидд. Чем длиннее был линь, тем проще и безопаснее было схватить буек и дернуть за него.

– Итак, осталось последнее – буек, – Кидд быстро огляделся в поисках подходящего материала и увидел несколько вырезанных из дерева подсадных уток. Одна из них по своим размерам подходила как нельзя лучше. Том привязал утку к легкому линю; приготовления закончились.

В ночной тьме они вышли на опушку леса, там, где она ближе всего подходила к пристани и французскому приватиру, и внимательно осмотрели корабль. Повсюду на снастях висели фонари, бросавшие яркие пятна света на палубу и на пристань, по ней медленно ходили перетаскивавшие что-то матросы. Хотя по внешним признакам нельзя было сказать, что корабль торопился выйти в море.

– Ну вот, мы и дошли, – прошептал Джиндлер, – здесь, дружище, нам придется расстаться. Дальше мне не стоит высовываться. Дай пожать тебе руку на прощание, смелый ты человек.

– Пора приниматься за дело, – пробормотал Кидд.

Он зажал под мышкой драгоценный сверток с парусом и бечевкой и тихо подкрался к кромке воды, прячась в тени прибрежных скал. Здесь он застыл на минуту, прислушиваясь к тихому плеску и сонному бормотанью ночного моря. Судно находилось в ста ярдах от него. Когда он вышел из-под прикрытия скал, то между ним и фрегатом оставалось несколько десятков ярдов пустынного берега до безопасного укрытия между сваями причала. Если бы он пошел по открытому пространству, то его, несомненно, заметили бы с корабля. Единственным шансом, на который он рассчитывал, была неожиданность. На корабле могли с тревогой ожидать появления вооруженного отряда людей, но никак не одного, да к тому же безоружного человека. Утешение было невелико, несмотря на это, оно подчеркивало всю нелепость и даже абсурдность его положения. В одиночку идти против большого вооруженного пушками фрегата, имея с собой кусок дерева и сверток грязноватой парусины…

В тени прибрежных валунов Том разделся до нижнего белья, аккуратно сложил на берегу свою одежду и ступил в черную, как чернила, воду. Он не мог позволить себе рисковать и идти оставшиеся совершенно открытые сорок футов по берегу, единственным выходом было дойти до мола, прячась в воде. Вода показалась ледяной, дрожь пробежала у него по спине. Тем не менее усилием воли он заставил себя зайти глубже, подошвы его ног покалывали острые края раковин и камней. Чем дальше он заходил, тем холоднее ему становилось, и когда он забрался в море глубже, чем по пояс, он, открыв рот, почти не дышал, у него дух перехватило от холода. Дойдя до конца уходящей в море скалы, корабль отсюда был виден как на ладони, он обогнул каменистый выступ, погрузившись в ледяную воду по шею. Однако за скалой каменистое дно, к его великому облегчению, стало песчаным, он двинулся параллельно берегу, весь сжавшись от холода и молясь про себя, чтобы его никто не заметил с корабля.

Нос «Минотавра» был устремлен в море, перед глазами Кидда черной громадой встала его высокая резная корма. В капитанской каюте горел свет, желтые отблески пробивались сквозь средние окна. На полуюте виднелись две фигуры, один из вахтенных курил, было видно, как тлеет красный огонек в его трубке, все остальное судно было погружено во мрак.

Под ногами Кидда, напугав его, прошмыгнула какая-то морская живность, затем он больно ударился большим пальцем о торчащий в песке камень, и от удара проникающий до костей холод сотряс его тело. Наконец, впереди зачернели угловые сваи причала. Он поспешил укрыться под настилом мола, под ним, как под крышкой, запах воды ощущался еще сильнее. Том выпрямился и тут же снова погрузился в воду, дувший с берега ночной бриз резко обдал его колючим холодом. В воде, как ни странно, было теплее. Натыкаясь то и дело на плохо видимые в густой тьме сваи, покрытые илом и моллюсками, и крепко держа в руках свой сверток, Том подошел поближе к судну, смутно различимому в ночной темноте. Он направился к нему, как вдруг дно ушло у него из-под ног. Испугавшись, Кидд подался назад. Не будучи опытным пловцом, к тому же отягощенный своей ношей, Кидд, сам не зная как, скорее всего от ужаса, вынырнул наверх.

Он вдруг сообразил, что береговой мол обычно строят в наиболее глубоком месте, чтобы большие корабли могли спокойно подходить к берегу. Осадка у «Минотавра» была никак не меньше пятнадцати-двадцати футов, намного больше глубины, где он стоял. Охваченный страхом Кидд принялся судорожно искать выход из положения. Позади кормы, во время отлива находящейся едва ли не ниже уровня причала, он разглядел низкий продолговатый предмет. Это был небольшой плоскодонный ялик, который матросы обычно используют для конопачения и окраски бортов судна. Том подтащил к себе маленькую плоскодонку, положил в него свой сверток внутрь нее и, держась за конец плота, оттолкнулся. Ялик поплыл к темному судну, пока с глухим стуком не ударился о его борт. Ноги Кидда, болтаясь в холодной воде, повисли над водяной бездной.

62
{"b":"26110","o":1}